Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#2| And again the factory
Aliens Vs Predator |#1| To freedom!
Aliens Vs Predator |#10| Human company final
Aliens Vs Predator |#9| Unidentified xenomorph

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Елена Манова Весь текст 141.98 Kb

Один из многих на доороге тьмы...

Предыдущая страница Следующая страница
1 2  3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13
плоти. Он сидит, высокий, все еще сильный; лишь седина  облепила  виски  и
морщины легли возле губ.
     Жалкий огонь  светильника  корчится  на  столе,  никнет  и  мается  в
тягостной духоте. Не хочется думать  о  раскаленной  постели.  Не  хочется
думать о том, что бродит вокруг. С тех пор, как наш край запрудили  ночные
твари, Такема в осаде каждую ночь. Пока  мы  заставили  их  присмиреть.  В
последнюю вылазку Торкас не дурно их проучил...
     И  чуть  раздвинулись  угрюмые  складки   у   губ,   чуть   смягчился
пронзительный взор. Торкас - не дитя моих чресел, но дитя души  моей,  сын
бога - и все-таки он мой. Он будет великим воином, и  пусть  иссякнет  мой
род, но не иссякнет слава Такемы...
     Торкас... Все мысли о нем, и Вастас не вздрогнул,  когда  сам  Торкас
вдруг встал на пороге.
     - Что случилось? - спросил он. - Тревога?
     - Нет отец.
     И непонятное беспокойство: слишком мягко  он  это  сказал.  Торкас  -
суровый не по годам, он умеет таить свои чувства...
     - Отец, - сказал Торкас и встал перед ним,  и  огромная  черная  тень
потянулась под кровлю. - Я хочу тебя спросить.
     - Что? - спросил он  угрюмо.  Неужели  это  свершилось?  Неужели  бог
отнимет его?
     - Я уже кое-что знаю, - сказал Торкас. Он дождался  кивка  и  сел,  и
печальный огонь лампадки ярко вспыхнул в его глазах. - Я спросил у матери.
     - Аэна - мудрая женщина, - грустно ответил Вастас. - Если она сказала
- значит пора.
     - Мой отец - ты, - сказал Торкас. - Ты меня вырастил и воспитал.  Тот
другой - только имя. Но все равно я хочу узнать...
     Мгновенная ярость: я не позволю тебе ожить! И твердая горечь: я уроню
себя, если солгу. Бесчестно соперничать с мертвецом, а превыше  чести  нет
ничего.
     - Это не только имя,  -  ответил  он.  -  Это  было  последней  нашей
надеждой... или предпоследней, мне этого знать не дано.
     - Он сделал мать несчастной!
     Да! Подумал он яростно, и я его  ненавижу!  Но  ответил  честно,  как
подобает мужчине:
     - Его просто убили, Торкас. Не думаю, чтобы он желал ей такой судьбы.
     - Так кто он был: человек или бог?
     - Человек, но его сделали богом. Погоди, Торкас, - сказал он  устало,
- давай я расскажу тебе все. Я видел Энраса дважды, - сказал он, -  но  не
мог с ним говорить, потому что был в Ланнеране тайно.
     - Почему? - спросил удивленный Таркас.
     Он прикрыл глаза, сжал и разжал кулаки. Можно сказать: это мое  дело.
Можно солгать. Но не зачем открывать рот,  чтобы  сказать  пол  правды.  И
нельзя себя унижать, замарав ложью язык.
     - Род Вастасов кончался на мне, - сказал он хрипло.  -  Я  говорил  с
В_е_д_а_ю_щ_и_м_ и вопрошал _О_т_в_е_ч_а_ю_щ_и_х_, но имя свое я не назвал
никому. Ланнеран полон жадных ушей и грязных ртов. Или я  должен  потешать
ланнеранскую чернь своею бедою?
     - Прости, отец.
     - Я закрыл лицо, но не закрыл ни глаз, ни ушей. Я  видел  как  бурлит
Ланнеран от вестей, принесенных Энрасом  из  Рансалы.  Это  были  страшные
вести, и я не знал, должен ли я им верить. Все, что я слышал, я слышал  из
третьих ртов, а рты в Ланнеране лгут. Суть этих слухов: Энрас вышел в море
и встретил Белую Смерть. Белая Смерть уже сожрала все земли южнее Эфана  и
теперь подбирается к нам. Все мы обречены на гибель,  но  Энрас,  кажется,
знает путь к спасению. Правдой было одно: Энрас принят с великим почетом и
Соправитель Лодас отдал ему дочь.
     Меня это встревожило, Торкас. Род Ранасов не любили в Ланнеране.  Они
- бродяги и храбрецы, и городу трусов они непонятны. Коль  Ланнеран  готов
породнится с Рансалой, значит, беда действительно велика.
     Я захотел увидеть Энраса - и увидел. Я не мог с ним  говорить,  но  я
слушал, что он говорит другим. И я понял: с чем бы он не пришел -  это  не
сказки.
     - Не все сторонятся лжи, отец!
     - Он не нуждался в лжи. Телом он был  могуч,  лицом  приятен,  нравом
спокоен и разумен  речью.  Я  решил,  что  задержусь  в  Ланнеране,  чтобы
спросить его самого.
     - Ну?
     Он покачал головой.
     - Не прошло и двух дней, как  грянула  новая  весть.  Энрас  в  руках
блюстителей и будет казнен. Лодас сам выдал зятя Черным.
     - Ну? - опять хрипло выдохнул Торкас.
     Он не весело усмехнулся.
     - Ланнеран обезумел, сынок. Уши слышали, а  языки  разнесли  то,  что
Энрас сказал Лодасу, когда его уводили. "Несчастный, - сказал он будто бы,
- теперь ты всех погубил." Эти трусы мычали от страха и  ждали  казни,  но
никто не посмел напасть на тюрьму. - Поглядел на Торкаса и сказал  угрюмо.
-  Со  мной  было  десять  воинов,  Торкас,  Такема  не  может  воевать  с
Ланнераном.
     - И ты дождался конца?
     - Да, - ответил он так же жестоко. - Я хотел узнать и узнал.
     - Что?
     - Мир погибнет, - сказал он просто. - Я сам видел, ка Энрас  сделался
богом. Пока он был человеком, он был снисходителен к людям, а теперь он их
презирал. Он смеялся над ними, когда уходил. Он дал  убить  свое  смертное
тело, глумясь над теми, что сами сгубили себя.
     - А мать?
     - Один из моих людей заметил ее в толпе.  Я  не  думал  ее  забирать.
Хотел найти ей укромный дом и женщину, чтобы за ней ходила. Но когда к ней
вернулся разум и она сказала, что носит дитя... Нет, - сказал он, -  я  не
солгу: не ради нее и не ради ребенка. Чтоб  заслужить  милость  того,  кто
ушел от нас в гневе, и защитить Такему. Но я награжден  сторицей,  Торкас,
потому что у меня есть ты.
     - А родичи... Энраса из Рансалы?
     - Была война, - неохотно ответил он. - Ланнерану  пришлось  выплатить
виру. А потом... Рансалы нет, Торкас, она умерла. Море ушло от Рансалы,  и
Ранасы ушли вслед за морем. Говорят,  они  построили  множество  кораблей,
сели на них и уплыли.
     И - тишина. Он молча глядит на обрывок  света,  на  жалкий,  чахнущий
огонек. Будь мой соперник жив, я бы сразился с ним. Силой  рук  или  силой
ума, но я мог бы с ним сразиться. Но что я могу, если он не вытащит меч  и
не скажет в ответ ни слова?  Он  забирает  Торкаса,  как  когда-то  забрал
Аэну...
     - Ты не прав, отец, - сказал Торкас не громко, и он поглядел на него.
Поглядел - и отвел взгляд. Потому что не Торкаса это  были  глаза,  совсем
чужие глаза, словно кто-то глядит через его лицо. Твердая теплая  темнота,
мрак Начала, что все вмещает в себя,  но  сам  непрогляден  для  смертного
взора. Уже?
     - Ты неправ, отец, - мягко сказал ему Торкас. - Мне нужен  ты,  а  не
он. Я не знаю, как человек становится богом, но  мне  не  нравится,  когда
презирают слабых, и смеются над тем, кто не может себя защитить.  Мне  нет
дела до Энраса, но я хочу знать. Жизнь моей матери и моя... Это глупо если
не знаешь, из-за чего... Если ты позволишь,  я  съезжу  в  Рансалу,  когда
минуют трудные дни.
     - Ты волен ехать, куда захочешь, но в Рансале нет людей.
     - Кто-то да есть! - сказал Торкас нетерпеливо. -  Я  возьму  с  собой
пятерых и вернусь до начала Суши.
     - Не загадывай, - устало ответил Вастас. - И не вздумай заглядывать в
Ланнеран. Там тебя сразу сделают богом.



                                5. РАНСАЛА

     На третье утро они оторвались от гор и рысью поехали между холмами.
     Еще не началась сушь и не спалила траву. Короткая серая  шестерка  на
спинах холмов и серая даль, и тяжелая тишина. Как тускл и безрадостен  мир
и как безлюден! И в этом пустующем мире мы еще убиваем друг друга?
     Два дня в безопасности опустевшего края - и начали попадаться  пустые
селенья. Не разоренные - просто  люди  ушли,  когда  в  последнем  колодце
иссякла вода. Они старались держаться  подальше:  в  пустых  домах  обычно
селится нечисть. Опасные порождения Великой Суши, которым почти  не  нужна
вода. И все равно эти твари напали ночью, хоть мы и разбили  лагерь  вдали
от домов. Колючие, безглазые, черные твари, они прорывались сквозь пламя и
тучу стрел. Людей защитили плащи и кольчуги, но искусанный дорм  околел  к
утру.
     А к середине  дня,  в  самую  духоту,  они  увидели,  наконец,  башни
Рансалы. На сером выжженном берегу, над  серой  гладью  бывшего  моря  она
возникла, словно из сна, веселым легким скопищем башен. И так  не  хватало
за ними моря...
     Безлюдье и зной,  лишь  звенит  тишина,  но  гладки  и  прочны  стены
Рансалы, закрыты окованные ворота - Торкас сроду не видел столько  железа,
сколько было на створах огромных ворот.
     Он поднял рог и протрубил сигнал: "Я - путник, я прошу приюта",  -  и
звук без эха сгинул в темноте. Тайд осторожно тронул за  плечо,  и  Торкас
поглядел ему в глаза. Он знал: придут и отворят. Его здесь ждала судьба.
     Пришли и отворили. Огромный человек, немного  выше  Торкаса  и  много
шире в плечах. И темное широкое лицо, которое  ничто  не  прикрывает,  так
странно, так тревожно знакомо...
     - Я - Торкас из рода Вастасов прошу у тебя приюта для  себя  и  своих
людей.
     - А я Даггар из рода Ранасов, седьмой брат по старшинству,  изгнанный
из рода. Коль тебя это не страшит, добро пожаловать в мои руины!
     Веселый зычный голос - прогремел и тоже сгинул без эха.
     - Спасибо, -  сдержанно  ответил  Торкас.  Даггар  посторонился.  Они
проехали сквозь мрак прохода в огромный гулкий двор.
     Величье даже в запустенье. Я думал: замок Вастасов величав, а  тут  я
понял он убог и тесен.
     Даггар направил нас  к  громадине  крытых  стойл.  Здесь  были  сотни
дормов, а теперь лишь наши.
     - Вода есть, - сказал Даггар, - мы, Ранасы, умеем  добывать  воду  из
камня. Вот с кормом худо - мы скотины не держим.
     - Ты тут не один?
     - Со мной жена и трое слуг - те, кто меня не оставил.
     - Корм у нас есть, а вода кончается.
     Даггар усмехнулся. Умно и насмешливо он усмехнулся, отошел от  дверей
сдвинул огромный камень. Нам бы не сдвинуть его втроем. В темной  скважине
тускло блеснула вода.
     - Подземное хранилище?
     - Да, - лениво ответил Даггар. - Ночи  прохладны,  а  море,  -  слава
богам! - еще не совсем пересохло.
     Для Торкаса не было смысла в этих словах, но что-то в нем знало,  что
это значит, и он стиснул зубы, досадуя на себя. Нельзя быть тем, и другим.
Или я - или...
     Дом, в который привел их Даггар, был прекрасен  и  величав.  Огромные
гулкие комнаты, роспись на стенах -  веселая  зелень,  счастливая  синева,
ликующий мир, которого не бывает. И Торкас подумал: а если бывает? А  если
таким и должен быть мир?
     Тускнеет под слоем пыли богатая мебель: роскошные  ложи,  златотканые
покрывала,  тяжелые  кресла,  украшенные  резьбой.   Даггар   хохотнул   -
бесшабашно и горько.
     - Когда бегут, чтоб жить, берут  то,  что  надо  для  жизни.  А  этот
хлам... ну, что же, он сгорит вместе с нами.
     Привел их в богатый покой, где было с десяток лож,  и  сказал  воинам
Торкаса:
     - Отдыхайте. Вам принесут поесть. -  И  Торкасу:  -  А  ты,  господин
Вастас, окажи мне честь, раздели со мной трапезу.
     И опять они шли среди роскоши и запустения.
     - Ты сказал - седьмой брат, - спросил Торкас.  -  Сколько  же  вас  -
братьев?
     - Мы все одного колена. Отцы и матери  у  нас  разные.  Ты  ведь  сын
Энраса? Он был третий по старшинству.
     - Я приемный сын Вастаса, -  ответил  Торкас,  и  Даггар  без  улыбки
взглянул на него.
     - Ты прав, что держишься Вастов, здесь живым доли  нет.  Но  пока  мы
одни, позволь считать тебя родичем.
     - Куда мы идем? - спросил Торкас - чтобы что-то сказать.
     - К моей жене, - ответил Даггар. - У Ранасов женщины носят  оружие  и
не сидят взаперти. Майда будет рада тебя повидать.
     Он распахнул  тяжелую  дверь;  новый  покой,  еще  роскошнее  прежних
потому, что убрано и опрятно, и высокая женщина поднялась им  на  встречу.
И, увидев ее, Торкас молча отвел  глаза,  потому  что  он  понял,  за  что
Даггара изгнали из рода.
     Это было одно лицо, у Даггара грубее и шире, у Майды - нежнее и  уже,
но оно повторялось каждой чертой, каждым взглядом и каждым движеньем.
Предыдущая страница Следующая страница
1 2  3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама