Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Сергей Довлатов Весь текст 262.48 Kb

Ремесло

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 11 12 13 14 15 16 17  18 19 20 21 22 23
Повторяю, это были лучшие дни моей жизни.

     ВСТРЕТИЛИСЬ, ПОГОВОРИЛИ

     Зимой  я наконец познакомился  с Линн  Фарбер.
Линн  позвонила и говорит:
     --  Я отослала перевод в "Ньюйоркер". Им понравилось.
Через два-три месяца рассказ будет напечатан.
Я спросил:
     --  "Ньюйоркер" --  это газета? Или журнал?
Линн  растерялась от моего невежества:
     --  "Ньюйоркер"  --  один из самых популярных
журналов Америки, Они  заплатят вам несколько тысяч!

     --  Ого! -- говорю.
Честно  говоря, я даже  не удивился. Слишком
долго я всего этого ждал.

     Мы  решили встретиться на углу Бродвея и Сороковой.

     Линн  предупредила;
     --  В руках у меня будет коричневая сумочка.
Я ответил:
     --  А меня часто путают с небоскребом "Утюг"...
Я пришел  ровно в шесть. По Бродвею  двигалась
шумная, нескончаемая толпа. Я убедился, что коричневая
сумочка -- не очень выразительная примета, Слава Богу,
меня заранее предупредили, что Линн Фарбер -- красивая.
Типичная "Мадонна" Боттичелли...
В живописи  я разбираюсь слабо. Точнее говоря,
совсем не разбираюсь. (С музыкой дело обстоит не
лучше. ) Но имя Боттичелли --  слышал. Ассоциаций
не вызывает. Так мне казалось.
И  вдруг я ее узнал, причем безошибочно, сразу.
Настолько, что преградил ей дорогу.
Наверное, Боттичелли жил  в моем подсознании.
И, когда понадобилось, выплыл.
Действительно --  Мадонна. Приветливая улыбка,
ясный взгляд. Казалось бы, ну что тут особенного?!
А в жизни  это попадается так редко!
Надо ли  говорить, что я сразу решил жениться?
Забыв обо всем на свете. Что может быть разумнее --
жениться  на собственной переводчице?
Затем состоялся примерно такой диалог:
     --  Здравствуйте, я -- Линн фарбер.
     --  Очень приятно. Я тоже...
Видно, я здорово растерялся. Огромный гонорар,
"Ньюйоркер", юная  блондинка... Неужели все это
происходит со мной?!
Мы  шли  по Сороковой улице. Я распахнул дверь
полутемного бара. Выкрикнул что-то размашистое. То
ли --  "К цыганам", то ли -- "В пампасы"... Я изображал
неистового русского медведя. Я  обратился к бармену:
     --  Водки, пожалуйста. Шесть двойных!
     --  Вы кого-то ждете? -- поинтересовался бармен.
     --  Да, -- ответила моя знакомая, -- скоро явится
вся баскетбольная команда..,
Линн  Фарбер молчала. Хотя в самом ее молчании
было  нечто конструктивное. Другая бы непременно
высказалась:
     --  Закусывай! А то уже хорош!
Кстати, в баре и закусывать-то нечем,,,
Молчит  и улыбается.
На  следующих  четырех  двойных я подъехал  к
теме одиночества. Тема, как известно, неисчерпаемая.
Чего  другого, а вот одиночества хватает. Деньги,
скажем, у меня быстро кончаются, одиночество --
никогда...
А девушка все молчала. Пока я о чем-то не спросил.
Пока не сказал чего-то лишнего.,, Бывает, знаете,
сидишь  на перилах, тихонько раскачиваясь. Лишний
миллиметр, и центр тяжести уже где-то позади. Еще
секунда, и окунешься в пустоту. Тут важно немедленно
остановиться. И я остановился. Но еще раньше
прозвучало имя --  Дэннис. Дэннис  Блэкли --  муж
или жених...
Вскоре мы с ним  познакомились. Ясный взгляд,
открытое лицо. И совершенно детская улыбка. (Как
это они  друг друга находят?! ) Ладно, подумал я,
ограничимся совместной творческой работой. Не так
обидно, когда блондинка исчезает с хорошим человеком...

     НАШИ БУДНИ

     Каждое утро мы дружно отправлялись в редакцию.
Командные  посты у нас распределились следующим
образом. Мокер стал президентом корпорации,
администратором и главным редактором. Я заведовал
литературным отделом. Баскин отвечал за спорт и
публицистику. Дроздов был работником широкого
профиля. Он выступал на любые темы, давал финансовые
консультации, рекламировал медицинские препараты.
Кроме  того, убирал помещение и бегал за водкой, Да
еще  ухаживал за тремя женщинами: секретаршей,
машинисткой  и переводчицей.
     Все мы трудились бесплатно. Мокера и Баскина
кормили  жены. Моей жене, как безработной, выдали
пособие. Дроздов обедал у своих многочисленных подруг.
А также гулял с чужой собакой и получал велфер.

     СОЛО  НА  УНДЕРВУДЕ

     Как-то Дроздов похитил, банку анчоусов в
супермаркете. Баскин его отчитал. Дроздов оп-
равдывался:
     "Это моя  личная борьба с инфляцией!.. "

     Доходов газета не приносила. Виля Мокер объяснял нам:
     --  Мы должны  продержаться год. Это самое трудное
время. Небольшие предприятия гибнут обычно в
течение шести или семи месяцев...
Мокер  учил:
     --  В газете есть три источника дохода. Подписка,
розница и объявления. Подписка --  это миф. Это
деньги, которые мы, в сущности, занимаем у читателя.
Розница дает гроши -- тридцать пять центов с экземпляра.
Чистые деньги приносят  только рекламные
объявления. На этом держатся все западные газеты.
Но получить рекламу довольно трудно. Американцев
русский еженедельник не интересует. А наши деятели
целиком  зависят от Боголюбова. Он дает им
скидку, лишь бы  не рекламировались в "Зеркале".
Боголюбов говорит им: "С кем вы  имеете дело? С
агентами Кремля?!.. "
Мокер  не фантазировал. К сожалению, так оно и
было. Кроме всего прочего, редактор "Слова и дела"
звонил нашим авторам. Угрожал, что перестанет
рекламировать их книги. При этом клялся, что скоро
увеличит гонорары.
Многие  были вынуждены  подчиниться. Боялись
испортить отношения с влиятельной ежедневной газетой.
Боголюбов говорил о нас:
     --  Диссидентов мы тут не потерпим!
(Спрашивается, почему же их должен был терпеть
Андропов  в Москве?.. )
И все-таки популярность нашей газеты росла. Мы
побуждали  читателей к спорам. Касались запрещенных
тем. Например, позволяли себе критиковать Америку.
Поклонников  у нас становилось все больше. Но и
количество противников росло.
Помню, мы опубликовали в "Зеркале" рецензию
на книгу Солженицына. И были в ней помимо дифирамбов
мягкие критические замечания.
Боже, какой начался шум!
     --  Кто смел замахнуться на пророка?! Его особа
священна! Его идеи вне критики!..
Десятилетия  эти болваны молились  Ленину. А
теперь готовы крушить монументы, ими самими воздвигнутые.
Казалось бы, свобода мнений -- великое завоевание
демократии. Да здравствует свобода мнений!.. С
легкой оговоркой -- для тех, чье мнение я разделяю.
А  как быть с теми, чьего мнения я не разделяю?
Их-то куда? В тюрьму? На галеры?..

     Люди  уехали, чтобы реализовать свои законные
права. Право на творчество. Право на материальный
достаток. И в том числе --  священное право быть
неправым. Право на заблуждение!
Дома  тех, кто был не прав, убивали. Ссылали в
лагеря. Выгоняли с работы. Но сейчас-то мы в
Америке. Кругом свобода, а мы за решеткой. За решеткой
своей отвратительной нетерпимости...
Четыре телефона было  в нашей редакции. И все
они звонили беспрерывно. Иногда мы выслушивали
комплименты. Гораздо чаще -- обвинения и жалобы.
Видимо, негативные эмоции --  сильнее.
Со временем мне надоело оправдываться. Пускай
думают, что именно я отравил госпожу Бовари...
Так прошло месяцев  шесть, Мы побывали в Чикаго,
Детройте, Бостоне, Филадельфии. Встречали нас
очень хорошо. Наши поклонники  образовали что-то
вроде секты. Мы по-прежнему  были главной темой
разговоров в эмиграции. При этом еженедельно теряли
долларов четыреста. Денег оставалось все меньше.
Но мы все равно ликовали...

     ЛИРИЧЕСКОЕ  ОТСТУПЛЕНИЕ

     В Америке  нас поразило многое. Телефоны без
проводов и съедобные дамские штанишки. Улыбающиеся
полицейские и карикатуры на Рейгана... Чему-то
радуемся, чему-то ужасаемся. Ругаем инфляцию,
грязь в метро, нью-йоркский климат, чернокожих
подростков с транзисторами...
И конечно же, достается от нас тараканам. Тараканы
занимают среди язв капитализма весьма достойное место.
Вообразите шкалу  негативных эмоций. На этой шкале
тараканы располагаются, я думаю, между преступностью
и гнусными бумажными  спичками. Чуть ниже безработицы
и чуть выше марихуаны.
Кто скажет, что мы выросли неженками? Дома
было всякое. Дома было хамство и лицемерие. КГБ и
цензура. Коммунальные жилища  и очереди за мылом.
А вот тараканов не было. Я их что-то не припомню.
Хотя жить приходилось в самых разных условиях.
Однажды  я снял комнату во Пскове. Ко мне через
щели в полу заходили бездомные собаки. А тараканов,
повторяю, не было.
Может, я их просто не замечал? Может, их заслоняли
более крупные хищники? Вроде уцелевших
сталинистов? Не знаю...
Короче, приехали мы, осмотрелись. И поднялся
ужасный  крик:
     --  Нет спасения от тараканов! Лезут, гады, изо
всех щелей! Ну и Америка! А еще  цивилизованная
страна!
Начались бои с применением  химического оружия.
Заливаем комнаты всякой ядовитой дрянью.
Вроде бы и зверя нет страшнее таракана! Совсем
разочаровал нас проклятый капитализм!
А между  тем кто видел здесь червивое яблоко?
Хотя бы  одну гнилую картофелину? Не говоря уже
о старых большевиках...
И вообще, чем провинились тараканы? Может,
таракан вас когда-нибудь укусил? Или оскорбил ваше
национальное достоинство? Ведь нет же...
Таракан безобиден и по-своему элегантен. В нем
есть стремительная пластика маленького гоночного
автомобиля.
Таракан не в пример  комару --  молчалив. Кто
слышал, чтобы таракан повысил голос?
Таракан знает свое место и редко покидает кухню.
Таракан не пахнет. Наоборот, борцы с тараканами
оскверняют жилище  гнусным запахом химикатов.
Мне кажется, всего этого достаточно, чтобы
примириться с тараканами. Полюбить --  это слишком.
Но примириться, я думаю, можно. Я, например,
мирюсь. И надеюсь, что это -- взаимно...

     БОГОЛЮБОВ  ТОПАЕТ НОГАМИ

     Редактор "Слова и дела" без конца шельмовал нас
в частном  порядке. Газета его хранила молчание.
Напасть открыто -- значило бы дать рекламу конкуренту.
Да еще бесплатную.
Мы  же то и дело выступали с критикой. И Боголюбов
не выдержал. Он написал большую  редакционную
статью --  "Доколе? ". "Зеркало" в этой статье
именовалось "грязным бульварным листком". А я --
"бывшим  вертухаем".

     124

     Речь  в статье, естественно, шла о том, что мы
продались  КГБ.
В ответ я написал:

     ОТКРЫТОЕ  ПИСЬМО

     редактору газеты "Слово и дело"

     Уважаемый  господин Боголюбов!
     Я прочитал вашу статью  "Доколе? ". Мне кажется, она
знаменует собой новый этап вашей публицистической деятельности.
И потому  заслуживает серьезного внимания.
     Статья написана абсолютно чуждым вам языком. Она напориста
и агрессивна. Более того, в ней попадаются словечки из
уголовно-милицейского жаргона. /Например, "вертухай", как вы
соизволили дружески меня поименовать. / И я бесхитростно
радуюсь этому, как сторонник живого, незакрепощенного
литературного языка.
     Я оставляю без внимания попытки унизить меня, моих друзей
и наш еженедельник. Отказываюсь реагировать на грубые
передержки, фантастические домыслы и цитируемые  вами сплетни.
     Я оставляю без последствий нанесенные мне оскорбления. Я
к этому привык. К этому меня приучили в стране, где хамство
является нормой. Где за вежливым обращением чудится подвох.
Где душевная мягкость воспринимается как слабоумие.
     Кем я только не был в жизни! Стилягой и жидовской мордой.
Агентом сионизма и фашиствующим молодчиком. Моральным
разложенцем  и политическим диверсантом. Мало того, я --  сын
армянки и  еврея -- был размашисто  заклеймен в печати как
"эстонский националист".
     В результате я закалился и давно уже не требую церемонного
отношения  к себе. Что-то подобное я могу сказать и о нашей
газете. Мы --  не хризантема. Нас можно изредка вытаскивать
с корнем, чтобы убедиться, правильно ли мы растем. Мне кажется,
нам это даже  полезно.
     Короче, быть резким -- ваше право старшего, или, если
хотите, право мэтра. Таким образом, меня не унижает форма
ваших слово изъявлений. Меня интересует не форма, а суть.
     Что же  так неожиданно вывело из равновесия умного,
интеллигентного, пожилого господина? Что заставило его нарушить
обет  молчания? Что побудило его ругаться и топать ногами,
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 11 12 13 14 15 16 17  18 19 20 21 22 23
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама