Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Explanations of the situation why there is no video
StarCraft II: Wings of Liberty |#14| The Moebius Factor
StarCraft II: Wings of Liberty |#13| Breakout
StarCraft II: Wings of Liberty |#12| In Utter Darkness

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Классика - Булгаков М.А. Весь текст 640.66 Kb

Заметки юного врача

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 42 43 44 45 46 47 48  49 50 51 52 53 54 55

     - Пятнадцать, - ответил я.

     Он поставил против моей фамилии тройку, и я вышел в тумане
и позоре вон...

     Вышел,  потом вскоре поехал в Мурьево, и вот я здесь один.
Черт его знает, что бывает при ранах в  упор,  но  когда  здесь
передо  мной  на  операционном столе лежал человек и пузыристая
пена, розовая от крови, вскакивала у него  на  губах,  разве  я
потерялся?  Нет,  хотя  вся  грудь у него в упор была разнесена
волчьей дробью  и  было  видно  легкое,  и  мясо  груди  висело
клоками,  разве  я  потерялся? И через полтора месяца он ушел у
меня из больницы живой. В университете я не удостоился ни  разу
подержать  в  руках  акушерские  щипцы, а здесь, правда, дрожа,
наложил их в одну минуту. Не скрою того, что младенца я получил
странного: половина его головы была раздувшаяся, сине-багровая,
безглазая. Я похолодел. Смутно выслушал утешающие слова Пелагеи
Ивановны:

     - Ничего, доктор, это вы ему на глаз наложили одну ложку.

     Я трясся два дня, но через два дня голова пришла в норму.

     Какие  я  раны  зашивал.  Какие  видел  гнойные плевриты и
взламывал при них ребра, какие пневмонии, тифы, раки,  сифилис,
грыжи (и вправлял), геморрои, саркомы.

     Вдохновенно я развернул амбулаторную книгу и час считал. И
сосчитал. За год, вот до этого вечернего часа, я  принял  15613
больных. Стационарных у меня было 200, а умерло только шесть.

     Я  закрыл  книгу  и  поплелся  спать.  Я,  юбиляр двадцати
четырех лет, лежал в постели и, засыпая, думал о том,  что  мой
опыт  теперь громаден. Чего мне бояться? Ничего. Я таскал горох
из  ушей  мальчишек,  я  резал,  резал,  резал...    Рука   моя
мужественна,  не  дрожит.  Я  видел  всякие  каверзы и научился
понимать такие бабьи речи, которых никто не поймет.

     Я  в  них  разбираюсь,  как  Шерлок  Холмс  в таинственных
документах... Сон все ближе...

     -   Я,  -  пробурчал  я,  засыпая,  -  я  положительно  не
представляю себе, чтобы мне привезли  случай,  который  бы  мог
меня поставить в тупик... может быть, там, в столице, и скажут,
что это фельдшеризм... пусть...  им  хорошо...  в  клиниках,  в
университетах...  в  рентгеновских  кабинетах...  я же здесь...
все... и крестьяне не могут  жить  без  меня...  Как  я  раньше
дрожал  при стуке в дверь, как корчился мысленно от страха... А
теперь...

?

     - Когда же это случилось?

     - С неделю, батюшка, с неделю, милый... Выперло...

     И баба захныкала.

     Смотрело  серенькое  октябрьское  утро  первого  дня моего
второго года. Вчера я вечером гордился и хвастался, засыпая,  а
сегодня утром стоял в халате и растерянно вглядывался . . .

     Годовалого мальчишку она держала на руках, как полено, и у
мальчишки  этого  левого  глаза  не  было.  Вместо   глаза   из
растянутых, истонченных век выпирал шар желтого цвета величиной
с небольшое яблоко. Мальчишка  страдальчески  кричал  и  бился,
баба хныкала. И вот я потерялся.

     Я  заходил  со всех сторон. Демьян Лукич и акушерка стояли
сзади меня. Они молчали, ничего такого они никогда не видели.

     "Что  это  такое...  Мозговая  грыжа...  Гм... он живет...
Саркома...  Гм...   мягковата...  Какая-то  невиданная,  жуткая
опухоль...  Откуда  же  она развилась...  Из бывшего глаза... А
может быть, его никогда и не было... Во всяком  случае,  сейчас
нет..."

     -  Вот что, - вдохновенно сказал я, - нужно будет вырезать
эту штуку...

     И  тут же я представил себе, как я надсеку веко, разведу в
стороны и...

     "И  что...  Дальше-то  что?  Может,  это  действительно из
мозга... Фу, черт...  Мягковато... На мозг похоже..."

     - Что резать? - спросила баба, бледнея. - На глазу резать?
Нету моего согласия.

     И она в ужасе стала заворачивать младенца в тряпки.

     - Никакого глаза у него нету, - категорически ответил я, -
ты гляди, где ж ему быть. У твоего младенца странная опухоль...

     - Капелек дайте, - говорила баба в ужасе.

     -  Да  что  ты,  смеешься?  Каких  таких  капелек? Никакие
капельки тут не помогут!

     - Что же ему, без глаза, что ли, оставаться?

     - Нету у него глаза, говорю тебе...

     - А третьего дня был! - отчаянно воскликнула баба.

     "Черт!.."

     - Не знаю, может, и был... черт... только теперь нету... И
вообще, знаешь, милая, вези  ты  своего  младенца  в  город.  И
немедленно, там сделают операцию...  Демьян Лукич. А?

     -  М-да,  -  глубокомысленно  отозвался  фельдшер, явно не
зная, что и сказать, - штука невиданная.

     - Резать в городе? - спросила баба в ужасе - Не дам.

     Кончилось это тем, что баба увезла своего младенца, не дав
притронуться к глазу.

     Два   дня   я  ломал  голову,  пожимал  плечами,  рылся  в
библиотечке, разглядывал рисунки, на  которых  были  изображены
младенцы с вылезающими вместо глаз пузырями... Черт.

     А через два дня младенец был мною забыт.

?

     Прошла неделя.

     - Анна Жухова! - крикнул я.

     Вошла веселая баба с ребенком на руках.

     - В чем дело? - спросил я привычно.

     -  Бока  закладывает,  не  продохнуть,  -  сообщила баба и
почему-то насмешливо улыбнулась.

     Звук ее голоса заставил меня встрепенуться.

     - Узнали? - спросила баба насмешливо.

     - Постой... постой... да это что... Постой... это тот самый ребенок?

     -  Тот  самый.  Помните, господин доктор, вы говорили, что
глаза нету и резать чтобы...

     Я ошалел. Баба победоносно смотрела, в глазах ее играл смех.

     На  руках молчаливо сидел младенец и глядел на свет карими
глазами. Никакого желтого пузыря не было в помине.

     "Это что-то колдовское..." - расслабленно подумал я.

     Потом,  несколько  придя  в  себя, осторожно оттянул веко.
Младенец хныкал, пытался вертеть головой, но все же я увидал...
малюсенький шрамик на слизистой...  А-а...

     - Мы как выехали от вас тады... Он и лопнул...

     - Не надо, баба, не рассказывай, - сконфуженно сказал я, -
я уже понял...

     -  А  вы  говорите,  глаза  нету...  Ишь,  вырос. - И баба
издевательски хихикнула.

     "Понял,  черт  меня  возьми...  у  него  из  нижнего  века
развился громаднейший гнойник, вырос и  оттеснил  глаз,  закрыл
его  совершенно...  а  потом  как  лопнул,  гной вытек... и все
пришло на место..."

?

     Нет.  Никогда, даже засыпая, не буду горделиво бормотать о
том, что меня ничем не удивишь.  Нет.  И  год  прошел,  пройдет
другой  год  и будет столь же богат сюрпризами, как и первый...
Значит, нужно покорно учиться.

     Звездная сыпь

Это  он!  Чутье  мне  подсказало. На знание мое рассчитывать не
приходилось. Знания у меня, врача,  шесть  месяцев  тому  назад
окончившего университет, конечно, не было.

Я побоялся тронуть человека за обнаженное и теплое плечо (хотя бояться было
нечего) и на словах велел ему:

- Дядя, а ну-ка, подвиньтесь ближе к свету!

Человек повернулся так, как я этого хотел, и свет керосиновой лампы-молнии
залил его желтоватую кожу. Сквозь эту желтизну на выпуклой груди и на боках
проступала мраморная сыпь. "Как в небе звезды", подумал я и с холодком под
сердцем склонился к груди, потом отвел глаза от нее, поднял их на лицо. Передо
мной было лицо сорокалетнее, в свалявшейся бородке грязно-пепельного цвета, с
бойкими глазками, прикрытымн напухшими веками. В глазках этих я, к великому
моему удивлению, прочитал важность и сознание собственного достоинства.

Человек помаргивал и оглядывался равнодушно и скучающе и поправл поясок на
штанах.

"Это он, сифилис", - вторично мысленно и строго сказал я. В первый раз в моей
врачебной жизни я натолкнулся на него, я - врач, прямо с университетской
скамеечки брошенный в деревенскую даль в начале революции.

На сифилис этот я натолкнулся случайно. Этот человек приехал ко мне и жаловался
на то, что ему заложило глотку. Совершенно безотчетно и не думал о сифилисе, я
велел ему раздеться, и вот тогда увидел эту звездную сыпь.

Я сопоставил хрипоту, зловещую красноту в глотке, странные, белые пятна в ней,
мраморную грудь, и догадался. Прежде всего, я малодушно вытер руки сулемовым
шариком, причем беспокойнная мысль - "кажется, он кашлянул мне на руки", -
отравила мне минуту. Затем беспомощно и брезгливо повертел в руках стеклянный
шпадель, при помощи которого исследовал горло моего пациента. Куда бы его деть?

Решил положнть на окно, на комок ваты.

- Вот что, - сказал я, - видите ли... Гм... Повидимому... Впрочем, даже
наверно... У вас, видите ли, нехорошая болезнь -- сифилис...

Сказал это и смутился. Мне показалось, что человек этот очень сильно
испугается, разнервничается...

Он нисколько не разнервничался и не испугался. Как-то сбоку он покосился на
меня, вроде того, как смотрит круглым глазом курица, услышав призывающий ее
голос. В этом круглом глазе я очень изуенно отметил недоверие.

- Сифилис у вас, - повторил я мягко.

- Это что же? - спросил человек с мраморной сыпью.

Тут остро мелькнул у меня перед глазами край снежнобелой палаты,
университетской палаты, амфитеатр с громоздямися студенческими головами и седая
борода профессора-венеролога... Но быстро я очнулся и вспомнил, что я в
полутора тысячах верст от амфитеатра и в 40 верстах от железной дороги, в свете
лампы-молнии... За белой дверью глухо шумели многочисленные пациенты, ожидающие
очереди. За окном неуклонно смеркалось и летел первый зимний снег.

Я заставил пациента раздеться еще больше и нашел заживающую уже первичную язву.
Последние сомнения оставили меня, и чувство гордости, неизменно являющееся
каждый раз, когда я верно ставил диагноз, пришло ко мне.

- Застегивайтесь, - заговорил я, - у вас сифилис! Болезнь весьма серьезная,
захватываюшая весь организм. Вам долго придется лечиться! ..

Тут я запнулся, потому что, - клянусь! - прочел в этом, похожем на куриный,
взоре, удивление, смешанное явно с иронией.

- Глотка вот захрипла, - молвил пациент.

- Ну да, вот от этого и захрипла. От этого и сыпь на груди. Посмотрите на свою
грудь...

Человек скосил глаза и глянул. Ироническнй огонек не погасал в глазах.

- Мне бы вот глотку полечить, - вымолвил он.

"Что это он все свое? - уже с некоторым нетерпением подумал я, - я про сифилис,
а он про глотку! "

- Слушайте, дядя, - продолжал я вслух, - глотка дело второстепенное. Глотке мы
тоже поможем, но самое главное, нужно вашу общую болезнь лечить. И долго вам
придется лечиться - два года.

Тут пациент вытарашил на меня глаза. И в них я прочел свой приговор: "Да ты,
доктор, рехнулся!"

- Что ж так долго? - спросил пациент - Как это так два года?! Мне бы
какого-нибудь полоскания для глотки...

Внутри у меня все загорелось. И я стал говорить. Я уже не боялся испугать его.
О, нет, напротив, я намекнул, что и нос может провалиться. Я рассказал о том,
что ждет моего пациента впереди, в случае, если он не будет лечиться как
следует. Я коснулся вопроса о заразительности сифилиса и долго говорил о
тарелках, ложках и чашках, об отдельном полотенце...

- Вы женаты? - спросил я.

- Женат, - измлуенно отозвался пациент.

- Жену немедленно пришлите ко мне! - взволновано и страстно говорил я. - Ведь,
она тоже, наверное, больна?

- Жену?! - спросил пациент и с великим удивлением всмотрелся в меня.

Так мы и продолжали разговор. Он, помаргивая, смотрел в мои зрачки, а я в его.
Вернее, это был не разговор, а мой монолог. Блестящий монолог, за который любой
из профессоров поставил бы пятерку пятикурснику. Я обнаружил у себя
громаднейшие познания в области сифилидологии и недюжнную сметку. Она заполнила
темные дырки в тех местах, где не хватало строк немецких и русских учебников. Я
рассказал о том, что бывает с костями нелеченного сифилитика, а попутно очертил
и прогрессивный паралич. Потомство! А как жену спасти?! Или, если она заражена,
а заражена она наверное, то как ее лечить? Наконец, поток мой иссяк, и
застенчнвым движением я вынул из кармана справочник в красном переплете с
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 42 43 44 45 46 47 48  49 50 51 52 53 54 55
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама