Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
DARK SOULS™ II: Scholar of the First Sin |#6| We are getting closer and closer to the Lost Sinner.
DARK SOULS™ II: Scholar of the First Sin |#5| Flexile Sentry
DARK SOULS™ II: Scholar of the First Sin |#4| The Last Giant & The Pursuer
DARK SOULS™ II: Scholar of the First Sin |#3| Forest of Fallen Giants

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Эротическая литература - Эмануэль Арсан Весь текст 362.04 Kb

Ванесса

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 13 14 15 16 17 18 19  20 21 22 23 24 25 26 ... 31
   - Эй,- сказал он малышу.- Надеюсь, старый негодяй не хочет предложить
мне тебя?
   Внезапно портьеры, скрывавшие вторую дверь, раздвинулись, и в комнату
вошли два босых юноши в длинных белых туниках. На шее у каждого  из  них
висело золотое ожерелье, головы были украшены цветами. Сколько  им  лет?
Пятнадцать, шестнадцать? Может, и меньше. Как можно было судить  об.  их
возрасте, если даже пол их угадывался с трудом. Кудрявые  волосы,  белая
кожа, ровные блестящие зубы, изящные руки. Карие глаза, скрывавшиеся под
густыми томными ресницами. Один из них сел на подушку,  вытянув  ноги  с
браслетами.  Второй  налил  в  бокал  какую-то  жидкость  из  графина  и
предложил Гвидо. Тот  обмакнул  в  нее  губы  и  вернул  бокал,  покачав
головой.
   Легкий запах миндаля не могли заглушить ни вино. ни мел,  добавленные
в настойку.  Это  был  не  известный  Гвидо  возбудитель.  Итальянец  не
удивился. Он вернул бокал юному Ганимеду, показав, что тот должен выпить
это сам.
   Юноша улыбнулся, спокойно проглотил  половину  жидкости  и  остальное
предложил товарищу, который, не моргнув глазом, осушил бокал.
   - Теперь дело, кажется, пойдет на лад,- прокомментировал Гвидо.
   Молодцы были не из разговорчивых.  Они  молча  встали  друг  напротив
друга и начали кланяться  и  гримасничать,  виляя  бедрами  и  время  от
времени облизывая красивые губы.
   - Тут и у покойника встанет,- сказал Гвидо. Но сам он смотрел на  них
совершенно хладнокровно. Когда эти педерасты пустыни попытались  раздеть
его, он вежливо, но твердо отказался  и  дал  понять,  что  присутствует
только в качестве зрителя.
   Им не потребовалось  объяснять  дважды.  В  следующее  мгновение  они
сцепились, точно одержимые, и стали лихорадочно терзать губы друг друга.
   Казалось,  это  была  их   единственная   и   последняя   возможность
совокупиться. Теперь их туники задрались до пояса, и восставшая у  обоих
плоть была отнюдь не поддельная.
   - Mamma mia,- прошептал итальянец,- вот это размеры!
   Он обратился к малышу,  по-прежнему  державшему  его  за  руку  и  не
отрывавшему глаз от зрелища.
   -  Ты,  видно,  парень  образованный.  Скажи,  они  прихватили   свое
снаряжение из музея?
   Но "музейные редкости" оправдали себя, когда пошли в ход. Для  начала
участники спектакля занялись такой  неистовой  мастурбацией,  что  Гвидо
забеспокоился:
   - Эй, ребята, потише, а то останетесь  без  потомства.  Но  это  были
железные парни. Не переводя дыхания, они принялись помогать  друг  другу
губами и руками. Минут через десять Гвидо заскучал.
   Юные  артисты,  точно  почувствовавшие  перемену  в  его  настроении,
немедленно  сменили  позы.  Один  встал   на   четвереньки,   подрагивая
напряженным задом.
   -  Очень   аппетитно,-   оценил   Гвидо.   Второй   юнец   немедленно
воспользовался  предоставленной  ему  возможностью.  Он  смазал   слюной
анальное отверстие приятеля и всадил туда свою огромную пику.
   - Что значит практика!- восхищенно  причмокнул  Гвидо.-  Нет  предела
человеческим возможностям! Но от бездействия даже член ржавеет. Хотя это
всего лишь  абстрактные  рассуждения,  а  здесь,  кажется,  практикуются
всерьез.
   Такой длинный монолог не мог не произвести впечатления на  маленького
гида. Он звонко  расхохотался,  запрокинув  голову,  и  этим  совершенно
покорил Гвидо.
   - Лучше и я бы не смог,- продолжал итальянец.- Они, кажется, понимают
друг друга.
   Тем временем активный педераст продолжал таранить приятеля с  той  же
яростью, с какой только что возбуждал самого себя.
   - Эти парни совсем одурели! Тише, ради Бога!  Но  дуэт  не  собирался
сбавлять темп. Гвидо взял на себя роль дирижера.
   - Внимание! Сперва немного помедленнее... Отлично. Теперь вернемся  к
началу.  Вот  так!  Плавно!  Прекрасно.  Так,   так,   продолжайте,   но
поспокойнее, с чувством, вот так!  Идем  дальше:  глубокий  бас,  мягче,
глубже, с душой. Тихо! Я бы сказал даже тихонечко!.. Он чувствовал,  что
произведение близится к финалу.
   - Я дирижер, поэтому должен руководить до конца,- пояснил он  малышу,
ускоряя темп.- Теперь поехали! Быстрее! Сильнее!  Вернулись  в  исходное
положение - и скорей, скорей к финишу!
   Артист кончил с криком издыхающего ишака и припал к инструменту.  Тот
передернулся, стряхнул его с себя, и актеры  поменялись  ролями.  Теперь
музыкант стал в позу. Партнер пристроил к нему  свой  разбухший  смычок,
который и на этот раз вошел  гладко,  как  по  маслу.  Второе  отделение
проходило так же длительно и живо, как и первое. Но  стиль  был  немного
другой. По выражению лица и свистящему звуку, который  парень  время  от
времени издавал, чувствовалось, что он действительно  наслаждается.  Его
партнер, только что выразивший себя столь сумбурно, замер  с  блуждающей
улыбкой на губах.
   Желая подбодрить его, Гвидо жестом показал, что  глоток  из  фонтана,
который вот-вот ударит, помог бы ему  восстановить  силы.  Но  юноша  не
понял и решил, что зритель захотел поучаствовать в спектакле. Он прикрыл
глаза и застыл с открытым ртом, из которого капала слюна.
   Второй тоже неверно истолковал жест итальянца, но решил во что бы  то
ни стало довести дело до конца.
   - Браво,  ребята!-  воскликнул  Гвидо,  когда  музыкант  извлек  свою
флейту, почти не уменьшившуюся  в  разме?ao.  Получив  на  чай,  молодцы
поклонились, грациозно приподняв подолы.
   - Тебе понравилось?- спросил Гвидо  малыша,  когда  они  выходили  из
комнаты.- Когда начнешь этим заниматься сам? По-моему,  ты  кое-что  уже
знаешь.
   Мальчуган с обожанием взирал на итальянца, вцепившись в его штанину.
   - Что  до  меня,  старик,-  продолжал  Гвидо,-  то  мне  поздно  этим
заниматься. Я не выучился в детстве. Если ты не  начнешь  прямо  сейчас,
потом будет трудно привыкнуть. Поверь  мне,  я  знаю,  что  говорю.-  Он
печально вздохнул и опустил руку на плечо маленького друга.- Вот  почему
я советую тебе не откладывать учебу, мышонок. Иначе ты  вырастешь  таким
же глупым ублюдком, как и все остальные...
 
*** 
 
   - Ты виделась с  отцом?-  спросил  Гвидо,  встретившись  с  Ваной  за
обедом.
   Она сделала неопределенный жест.
   - Все в порядке. Как ты?
   - Женщин на улицах почти не видно.  А  те,  что  осмеливаются  выйти,
закутаны по самые  глаза,  ничего  не  разберешь.  Кажется,  свобода  не
распространяется на женщин в твоем благословенном Сивахе, а, Вана?
   - Не более, чем в других местах.
   - А где же хваленая сексуальная свобода сивахцев?
   -  Только  в  двух  случаях  здесь   можно   ею   воспользоваться   -
гомосексуализм и кровосмешение,  которые  раньше  были  запрещены  почти
везде.
   - А как же все остальное?
   - Здесь действуют суровые законы Корана. Гвидо заметил Мехди Яссерита
и поманил его.
   - Кто это?- удивленно спросила Вана.
   - Специалист по эпистолярной логике.
   - Кого только здесь не встретишь,- рассмеялась девушка.
   Представив гостя и предложив ему сесть (Мехди не заставил себя  долго
упрашивать), Гвидо сказал:
   - Моя спутница утверждает, что в этом оазисе  властвует  ислам.  А  у
меня сложилось впечатление, что это место отличается от всего остального
Египта моралью и такой степенью эмансипации,  которой  позавидует  любая
передовая нация.
   - Здесь существует такая поговорка,- ответил Мехди.- не  знаю,  смогу
ли в точности передать ее по-английски: "Любое новшество без религиозной
основы есть заблуждение, которому надо  сопротивляться  и  которое  надо
подавлять всеми  возможными  способами.  Вечная  свежесть  Корана  может
вместить  бесконечное  множество  новшеств".  Там,  где  живут  по  этой
поговорке, альтернативы законам ислама нет.
   - Вы согласны с этим?- спросил Гвидо.
   - Совершенно не согласен! Высказывание  принадлежит  моему  покойному
коллеге,  профессору  Хасану  эль-Бана,  который  в  1929  году  основал
Исламское братство.
   - Вы принадлежите к этому братству?
   - Нет, Бог миловал!- воскликнул египтянин.
   - Тогда почему цитируете их программу?
   - Чтобы вы лучше  поняли  внутренние  противоречия  Египта,  которому
волей-неволей придется становиться современной нацией.
   - Но Сивах останется вне времени!- твердо сказала Вана.
   - Я не знаю, чего хотят сивахцы, если они вообще чего-нибудь  хотят,-
вздохнул Мехди.- Иногда я просто удивляюсь,  как  легко  некоторые  люди
решают, что нужно меньшинству.
   - Вы, верно, невысокого мнения об  умственных  способностях  женщин?-
раздраженно спросила она.
   - Не могу не отметить,- вмешался Гвидо,- что меня разочаровал  статус
женщины. Здесь, в Сивахе, он не выше, чем в любой другой части Египта.
   - Откуда ему взяться?- сказал Мехди. - Амон тут не помощник. Думаете,
наша вера уважала матерей, сестер, жен и дочерей больше, чем теперь  это
делает ислам?
   - Некоторые традиции заставили нас поверить в это.
   - Как отличить традицию от легенды?- напористо спросил логик.
   -  Разве  жители  Сиваха  стали   бы   проявлять   такую   неизменную
приверженность старине, если бы она не казалась им лучше современности?
   - Обычное заигрывание с древней культурой. Чтобы отличаться от  своих
сограждан.
   - А почему они так стремятся отличаться от всех именно в этом плане?
   - Массовый психоз.
   - Но не такой массовый, как  у  остального  человечества,  когда  все
стремятся быть похожими друг на друга.
   - Не все. Ведь в мире то и дело проявляется недовольство,  вспыхивают
восстания, совершаются перевороты. Сивахцы не восстают  и  не  проявляют
недовольство. Они счастливы верить, что  отличны  от  других.  У  вас  в
стране,- продолжал Мехди,-  люди  тоже  предаются  иллюзорным  надеждам,
уходят в секты, уединяются.
   - Да, но сивахцы откололись от остального человечества две тысячи лет
назад,- возразил Гвидо.- Такая невероятно длительная бравада не может не
заинтересовать.
   - Это тревожный симптом?- спросил Мехди.
   - Напротив. По-моему, очень обнадеживающий. Вы  ведь  сами  говорили,
что сивахцы никогда не восстают.
   Мехди в молчании дожевал жестковатое мясо жареного козленка.
 
*** 
 
   - Я не уверен, что твои боги  заинтересуют  меня,-  сказал  Гвидо  на
следующее утро, когда Вана пригласила его в храм Амона.
   - Если ты не познакомишься с богами, то не сможешь рассмотреть людей.
   - Мои глаза широко открыты. Я не виноват в том, что вижу  только  то,
что вижу.
   - Никто не может отгородиться От веры.
   - Я знаю, что существуют мифы и ритуалы. Но разве  достаточно  этого,
чтобы поверить в призраков?
   - Но твои соотечественники верят,- напомнила Вана.- Если бы все  были
счастливы, для религии не нашлось бы места на Земле. Но люди несчастны.
   - И все же критика религии лежит в основе любой другой критики.
   - Эта мысль не пугает меня, потому что я признаю, что в основе  всего
лежит материя.
   Агхорн находится почти в двух милях от Сивах-эль-Кабира. Когда-то  он
славился  своими  храмами,  колоннадами,  форумом,  каменными  домами  и
мощеными улицами. Сегодня большая часть древнего  Амония,  града  Амона,
обратилась в прах.
   От храма Сум Беды, построенного в четвертом  веке  до  нашей  эры,  и
следа не осталось. Когда-то  он  располагался  неподалеку  от  святилища
Амона. Если бы  путешественники  ожидали  увидеть  здесь  монументальное
здание, соперничающее величием и красотой с храмами Карнака,  где  также
чтили  Амона,  они  были  бы  глубоко  разочарованы.  Храм   многократно
ремонтировался, достраивался и  перестраивался,  что  изувечило  его  не
меньше, чем разрушительная работа времени. Вана и Гвидо напрасно  искали
дорожку со статуей сфинкса, которая вела к ограде из  местного  кирпича.
Эту ограду не раз укрепляли  цементом,  тоже  рассыпавшимся  на  глазах.
Остатки пилонов  были  окружены  каменными  плитами  в  форме  маленьких
пирамид. На них можно было различить полустертые изображения  персонажей
древнеегипетской мифологии: буйволов, коров,  антилоп,  лошадей,  собак,
деревьев и - обычно  в  профиль  -  фараонов,  держащих  в  руках  ветку
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 13 14 15 16 17 18 19  20 21 22 23 24 25 26 ... 31
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (5)

Реклама