Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Зарубежная фантастика - Сташефф Кр. Весь текст 858.88 Kb

Маг целитель

Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 74
Christopher Stasheff "The Witch Doctor",1994
	КРИСТОФЕР СТАШЕФ
	МАГ ЦЕЛИТЕЛЬ
	
	ГЛАВА 1
	
	Что сказать про друга, который смывается из города, а тебе - ни слова?
	Ну, то есть я что хочу сказать: оставил-то я Мэта в кафешке. Он сидел за столиком и все пытался перевести свой замороченный пергамент. А когда я заглянул туда после окончания занятий, Мэта уже не было. Я стал расспрашивать, видел ли кто-нибудь, как он ушел, но все говорили примерно одно и то же: смотрим, а его уже и след простыл.
	Ничего такого особенного, конечно, в этом не было. В конце концов я Мэту не хозяин, он уже взрослый малый. Если решил куда-то рвануть автостопом - его право. Но вот загвоздка - он забыл на столике этот свой треклятый пергамент - а ведь с тех пор, как Мэт его разыскал, он носился с ним, словно с бриллиантом из королевской короны, и, уж конечно, ни за какие коврижки не оставил бы пергамент на столике в кафе, где всегда толпится народ. Да не успеешь и глазом моргнуть, как кто-нибудь швырнет эту рукопись в мусорную корзину. Я взял пергамент со столика и заложил в свою записную книжку.
	- Скажи ему, что эта бумажка у меня, - попросил я Алису.
	Она кивнула, не отрывая глаз от крана, из которого лилась струйка кофе
	- Договорились, Савл1. А если ты его увидишь первым, напомни, что он забыл уплатить по счету.
	Савл - это я. Вот только Мэт именовал меня Полем, утверждая, что на меня явно сошел Святой дух. Сначала я не возражал. Неплохая дружеская шутка, и в первый раз я даже смеялся. А потом это начало меня раздражать, причем именно тогда, когда по этому поводу прохаживался Мэт. На остальных я плевать хотел. Словом, зовут меня Савл. Вот только сам не знаю почему, я все-таки жутко боюсь мальчишек с рогатками.
	- Договорились, - сказал я Алисе и пошел к выходу. Только мне было здорово не по себе. Ведь ни разу в жизни Мэт не забывал заплатить девушке. Он скорее мог забыть носки надеть.
	Вернувшись к себе в комнату, я вынул из записной книжки загадочный манускрипт и поглядел на него. Мэт твердил, что это пергамент, но я сильно сомневался, что он такой уж большой специалист по овечьим шкурам. Может быть, он сам себя и считал докой в этом деле, только профессорскую степень пока не получил. И не получит, если будет и дальше возиться с этой непереводимой тарабарщиной. То есть, конечно, он, может быть, и прав - может, это действительно какой-нибудь древний документ. Расшифрует его Мэт - и поутру проснется профессором. Но знаете, все эти "может быть", "если бы да кабы". Может быть, луна сделана из засохшего рокфорского сыра, а?
	Ну а я готовился получить степень магистра гуманитарных наук - надо же хоть как-то оправдать свое житье в кампусе. Ни один предмет не мог меня заинтересовать надолго. Все начинало казаться глупым, как только профессора с фанатичным восторгом углублялись во всяческие мелочи.
	Если смотреть с этой точки зрения, то Мэт уж точно профессором родился. Он работал над докторской и готов был буксовать на одном месте, стирая покрышки, только бы расшифровать пергамент. Мэт уверял меня, что этому клочку бумажки шестьсот лет и что он написан на языке, о котором раньше никто и не слыхивал. Я посмотрел-посмотрел на пергамент, покачал головой и снова заложил его в записную книжку. Я ни капельки не сомневался: рано или поздно Мэт явится за своим сокровищем.
	Но только он не явился. То есть пропал.
	Через пару дней я уже и сам перестал верить в то, что Мэт уехал их города. Да знаю я, знаю, вы скажете: у меня разыгралось воображение, только мне все больше и больше казалось, что Мэт загадочно исчез, и ничего я не мог с собой поделать.
	Ну а, вы бы что стали делать, если бы ваш друг вот так взял и испарился?
	Правильно, прежде всего надо выяснить, стоит ли за него тревожиться.
	В первый день я заглянул в кафе, и там мне сказали, что Мэт не появлялся и про пергамент не спрашивал. Я забеспокоился, но не так чтобы уж очень. На следующий день я уже разволновался не на шутку. Наступила полночь, а он так и не пришел. Тогда я подумал: может, Мэт опять заработался, забыл про еду, и у него голодный обморок - такое уже бывало. Словом, я отправился туда, где он жил.
	А жил он в одном из коттеджей, которые когда-то строились на одну семью, а потом из них сделали пятиквартирные домики, если только это можно было назвать квартирами: гостиная девять на двенадцать с кухонной стенкой и еще спальня-конурка. Я постучал в дверь. Никто не ответил. Я снова постучал. Подождал. Постучал в третий раз. Никто не отвечал. В три часа пополуночи вышел рассерженный сосед и завопил, что мой стук разбудил его. Тут я уже забеспокоился всерьез. Я зашел к Мэту и на следующий день. На стук снова никто не вышел. Третья попытка во все времена считалась счастливой. В общем, я ушел от двери, огляделся - не видит ли кто меня, и преспокойно забрался в окно. А ведь я Мэту всегда внушал: окно надо на ночь закрывать.
	Угодил я прямехонько на стол; Мэт любил есть и писать при естественном освещении. А на столе...
	Знаете, желудок у меня крепкий, конечно... А Мэт, что и говорить, в домашнем хозяйстве никогда не был особенно силен. Ну, гора тарелок с остатками подливки, покрывшейся слоем плесени, - это я еще могу понять, но чтобы все заросло паутиной - это уж вы меня извините! Кошмар. Как же он мог так жить? Вы меня верно поняли? Не по углам паутина, нет! У него вся мебель паутиной заросла! То есть присесть невозможно, чтобы в паутину не вляпаться. Ну и хозяева этой паутины, соответственно, на местах: маленькие коричневые, серые побольше и здоровенные самки, размером в четверть дюйма. У этих на брюшках, ближе к челюстям, из красных пятнышек вырисовывалось подобие добродушной ухмылки, и восседали они на паутине шириной в шесть футов, протянутой над спинкой кровати.
	Тут из-за тучи выглянуло солнце, его лучи ударили в окно, и с полминуты я стоял как зачарованный. Паутина вдруг засветилась, засверкала каждая ее ниточка. Стало так красиво!
	А потом солнце, видимо, ушло за тучу, свет померк, и комната снова превратилась в грязную каморку, в которой поселились паразиты.
	Кстати о паразитах: с чего бы это здесь окопались все эти восьминогие чудища? Может, в этом году вывелось рекордное количество мух? Или, может быть - ну, это, конечно, только может быть, - пауки решили объявить непримиримую войну армии тараканов, которая осуществляла здесь сложные маневры? Если так, я искренне желал паукам победы над врагом. Сражаться с пауками у меня никакой охоты не было - мне Мэта надо было найти.
	Но вот ведь что странно: я сюда заходил три дня назад - никакой паутины тут и в помине не было. Понятно, паутина - дело тонкое, не сразу разглядишь, но чтобы за три дня такие украшения сплести, верилось с трудом.
	Я шагнул в арку, борясь со жгучим желанием сорвать паутину и угробить ее обитательницу. Но тут снова выглянуло солнце, и паутина стала похожа на золотистое тележное колесо. В общем, у меня не хватило духу ее порвать. Да это было и ни к чему - спальню я видел прекрасно, хотя и смотреть-то особо было не на что. Кровать, тумбочка, дешевый гардероб, и все. Мэта в спальне не было.
	Я обернулся, прищурился и еще раз придирчиво все осмотрел. Я бы не сказал, что следов пребывания Мэта совсем не наблюдалось. Да, как я уже сказал, хозяин в доме он был, конечно, никудышный. Повсюду стопками валялись книги, но гора грязной посуды вроде бы с последнего раза, как я сюда заходил, не выросла.
	Я вышел в прихожую и прикрыл за собой дверь. Как ни крути, а все равно выходило одно и то же: Мэт из города пропал.
	Но почему так неожиданно?
	Умер кто-нибудь из родственников? Ну или еще что-нибудь в этом духе. Что еще?
	В общем, я вернулся к себе и принялся за поиски. Одно из положительных качеств, которое приобретаешь во время учебы в высшем учебном заведении, - это умение искать информацию и работать с ней. Я знал, откуда родом Мэт - из городка Сепар в штате Нью-Джерси.
	- Мэнтрел, - сказал я оператору.
	- Тут трое с такой фамилией, сэр. Вам какого? Я поработал мозгами. Называл ли Мэт когда-нибудь имена своих родителей? И вспомнил: как-то раз, рассказывая что-то о себе, он добавил к своему имени слово "младший".
	- Мэтью.
	- У нас значится Матео.
	- Вот-вот. Он самый. 
	Здорово, что я догадался.
	- Подождите минуточку.
	Вскоре голос вокодера продиктовал мне номер телефона. Набирая шестую цифру, я вдруг обнаружил, что очень хочу, чтобы мне никто не ответил.
	- Алле?
	Вот не знал, что родители Мэтью - иммигранты. У его матери оказался очень приятный голос.
	- Я бы хотел поговорить с Мэтью Мэнтрелом, - сказал я. - Младшим.
	- Матео? А его нету.
	- Вышел на минутку? - Я сам удивился тому чувству облегчения, которое испытал в этот миг.
	- Нет, нет! Его нету дома - он в колледже! 
	Моя радость прыгнула в кабину лифта и на полной скорости помчалась вниз.
	- Спасибо. Поищу его там. Извините, миссис Мэнтрел.
	- Да ничего. Увидите Матео - скажите, чтоб домой позвонил. Si?
	- Si, - согласился я. - До свидания.
	Повесив трубку, я всей душой надеялся, что на самом деле увижу Мэта.
	Так. Стало быть, он не уехал домой.
	Тогда куда?
	Понимаю. Наверное, стоило просто забыть обо всем. В общем-то что такого ужасного произошло?
	Но дело в том, что Мэт на ту пору был моим единственным настоящим другом. Да может, и не на ту пору, а вообще единственным. То есть не то чтобы я так уж давно был с Мэтью знаком, но для меня четыре года - это много. Даже не четыре, уже пятый пошел, ну, да что считать?
	Вообще-то, если честно, друзей у меня всегда было мало. Сейчас я вам точно скажу... в первом классе - Джори, Люк и Рэй. Правда, со всеми остальными я тоже дружил. Потом Джори уехал, и остались только Люк и Рэй. Другие ребята стали от меня отворачиваться. Наверное, из-за моих увлечений. А вскоре и Рэй уехал, так что в третьем классе из друзей у меня только Люк и остался... Да и тот ко мне поостыл - я был неуклюж и ненавидел ребячьи игры, зато любил рассказывать всякие истории. А одноклассники не желали слушать про то, как храбрые рыцари спасают невинных девушек. Так что с четвертого класса у меня установились со всеми ровные отношения, но не более того. А потом, в старших классах, меня стали сторониться. Я угодил на роль чудака.
	Что тут скажешь? Я и был чудаком. Ну, то есть, когда тринадцатилетний мальчишка предпочитает бейсболу поэзию, это как? Чудак, конечно. По крайней мере по общепринятым меркам. А в старших классах не дай Бог чем-то выделяться. Ясно, я страдал, но что я мог поделать?
	Конечно, попытаться понять, кого же считают людьми достойными. Я стал присматриваться и довольно быстро понял: мальчики, пользовавшиеся популярностью, не боялись драться и чаще побеждали в драках, чем проигрывали. Похоже, это было напрямую связано с занятиями спортом. Я сделал вывод: научусь хорошо драться, и в спорте у меня дела пойдут хорошо. В городе как раз открылась школа карате, и я стал приставать к матери, чтобы она меня туда отдала. Изводил я ее страшно и в конце концов так ей надоел, что она отвела меня в эту школу - лишь бы я заткнулся наконец. За это с меня был затребован табель с хорошими отметками.
	Прошло всего шесть месяцев - и я уже перестал уступать в драках. Осенью, когда мы пришли в школу после каникул и ребята начали в драке доказывать друг дружке и окружающим, кто сильнее, я выиграл несколько боев. И сразу же обнаружил, что кое-кто из одноклассников стал ко мне лучше относиться. Я поначалу тоже к ним подобрел, но их хорошее расположение меня не столько радовало, сколько отталкивало. Я же понимал, из-за чего все это. Я теперь все про них понял, и они меня перестали интересовать.
	Жить мне стало лучше. И потом, я увлекся карате, а через карате - Востоком.
	Кто-то из учителей посоветовал мне не быть чересчур враждебным и насмешливым.
	Насмешливый? Это кто - я, что ли? Словом, я научился притворно улыбаться и вежливо разговаривать.
	Ничего не вышло. Другие ребята все поняли. Притворство - оно и есть притворство. Ну, и что?
	Правда, ближе к окончанию школы дела пошли повеселее: у нас появился литературный журнал и театральный клуб. Мои отношения кое с кем из ребят вернулись в цивилизованные рамки. Правда, меня не стали считать за своего, нет. Ну а мне с ними было скучно, поэтому я не больно-то переживал. Если и переживал, то не сильно.
Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 74
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама