Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Звягинцев В. Весь текст 3920.61 Kb

Одиссей покидает Итаку 1-5

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 6 7 8 9 10 11 12  13 14 15 16 17 18 19 ... 335
несчастных случаев, уцелели, а другие, напротив,  без  видимой  причины  и
необходимости умерли или пропали без вести. В разных концах света внезапно
составились, а равно и рассыпались в прах крупные состояния. Награды нашли
лиц, которые не только не были к ним представлены, но и не имели права  на
такое  представление.  Возникли  или  вдруг  прекратились  без  чьего   то
осознанного воздействия крупные политические  скандалы.  Итоги  выборов  в
отдаленных и мало кого интересующих странах вдруг потрясли  политологов  и
аналитиков, заставив их срочно пересматривать  свои  железные  выкладки  и
теории. Неизвестно отчего взорвался на старте  космический  корабль  одной
великой державы, сам по себе синтезировался в  чьей-то  лаборатории  новый
трансурановый элемент, студент-троечник без  видимого  труда  расшифровал,
наконец, письмена острова Пасхи, и случилось еще  многое,  многое  другое,
что заинтересовало, осчастливило, повергло в ужас и отчаяние тех, кого это
непосредственно касалось, пало богатую пищу  журналистам  -  охотникам  за
сенсациями,  но  настоящему  не  заинтересовало  разделенное  на  блоки  и
государства и ко всему привыкшее человечество...
     И уж никому, разумеется, не могло бы прийти в  голову,  что  причиной
всех этих катаклизмов, катастроф и счастливых совпадений явилась  молодая,
очень красивая,  но  совсем  не  по  сезону  одетая  женщина,  только  что
остановившая свою машину во дворе одного из старых домов на Рождественском
бульваре.
     Свирепая февральская метель, внезапно для  синоптиков  сорвавшаяся  с
цени  где-то  над  Новой  Землей,  ударила  по  Москве,  и  город   исчез,
растворяясь в косых струях стремительно несущегося снега.  Термометр  упал
ниже тридцати и, похоже, собирался падать еще. Словно вернулись те давние,
теперь уже легендарные времена, когда такие зимы и  такие  метели  были  в
порядке вещей.
     ...Ирина  захлопнула  дверцу  и,  согнувшись  пополам,  одной   рукой
прикрывая глаза, а другой придерживая у колен  юбку,  перебежала  двор  и,
наконец, очутилась в подъезде. Эти последние тридцать метров  по  двору  и
четыре марша вверх по лестнице стоили  ей  не  меньше,  чем  велосипедисту
финишный рывок после пятидесятикилометровой шоссейной гонки.
     Она кое-как стянула насквозь мокрые сапоги, юбку, свитер  и  без  сил
упала на такту, до глаз натянув одеяло.
     Ситуация, конечно, сложилась совершенно  отчаянная.  Мало  того,  что
своим неуместным порывом Берестин деформировал псевдовременное поле  и  ее
отбросило  обратной  реакцией  на  четыре  с  лишним  месяца  вперед,  так
взбаламутив поток времени, что пока даже трудно представить,  к  чему  это
приведет, но в довершение всего она оказалась в эту сумасшедшую  пургу  на
глухой лесной поляне, по колено заваленной снегом. Страшно вспомнить,  как
она разгребала снег под колесами, надрывая мотор и  буксуя,  ползла  через
заносы, в насквозь продуваемой и пронизываемой снегом легкой одежде искала
дорогу в белой воющей мути.  Вряд  ли  не  только  современная  элегантная
женщина, но и обычный городской мужчина смог бы выбраться,  оказавшись  на
ее месте. Как известно, даже матерые ямщики, бывало, запросто замерзали на
своих рабочих местах...
     Ирина лежала,  уткнувшись  лицом  в  подушку,  в  выстуженной,  через
открытые еще с  лета  форточки,  квартире,  где  за  время  ее  отсутствия
поселился отвратительный  нежилой  запах,  вслушиваясь  в  вой  метели  за
окнами, стуки и дребезжания, доносящиеся с чердака и крыши, где, наверное,
оторвало лист старого железа, я до того ей было смутно, тошно,  томительно
на душе, что хотелось разрыдаться. Но не получалось.
     Если можно было б сейчас оказаться  в  мастерской  Берестина,  сесть,
поджав ноги, в кресло у горящего  камина,  попросить  Алексея  приготовить
глинтвейн и, согреваясь, слушать его рассказ о том, что и как с  ним  было
там, в непрожитом ею прошлом! И больше не  прятаться  от  него  за  маской
неприступности, а напротив, дать понять,  как  хочется  услышать  от  него
что-нибудь ласковое, нежное...
     Но это, увы, сейчас более чем  недостижимо.  Даже  если  Берестин  не
поддался на ее, честно сказать, не от большого ума  сделанное  предложение
остаться там, в 66-м году. Она не могла бы сейчас объяснить, для чего  ему
это предложила. Чтоб окончательно убедиться, что он  именно  таков,  каким
старался ей показаться? Или все же это была попытка любой  ценой  остаться
на страже интересов долга, "великой миссии"?
     Даже если Алексей не поддался на соблазн ее предложения и все у  него
прошло нормально, он вернулся сейчас в тот же теплый  октябрьский  день  и
между ними - четыре непреодолимых месяца. И что произойдет, если  она  все
же сумеет как-то исправить положение? Теория, которую она  изучала,  таких
случаев не предусматривала.
     Но, несмотря на все эти отчаянные мысли, усталость была  так  велика,
что планировать и последовательно анализировать положение  она  просто  не
могла. Согреваясь и чувствуя, как начинает  расслабляться  перенапряженное
тело, утихает нервная дрожь в мышцах, Ирина начала соскальзывать в сон.
     И на самой грани сна и  яви  ей  пригрезилось  то  ясное,  прохладное
августовское утро, с которого все и началось.


     ...Мокрый после прохода поливальных машин асфальт,  длинные  утренние
тени, ослепительный диск солнца над крышами  Исторического  музея,  сочная
зелень лип, шумные толпы абитуриентов перед старым зданием университета. И
среди них она, пришедшая на первый вступительный экзамен.
     Восемнадцатилетняя  красавица-провинциалочка,  приехавшая  учиться  в
столицу. Оптимальный вариант  для  внедрения  в  земную  жизнь.  Аттестат,
паспорт, школьная характеристика, справка номер 286 - вот и все документы.
И неограниченное  право  на  ошибки,  промахи,  вполне  простительные  для
девочки, никогда не покидавшей до этого далекий южный городок.
     А молодость,  наивность  и  красота  -  что  может  быть  надежней  и
неотразимей?
     Экзамены она сдала с блеском. Тогда же, впрочем, наметились и  первые
непредвиденные сложности. Надменная дама  на  экзамене  по  истории  всеми
силами старалась ее завалить, раздраженная непробиваемой  самоуверенностью
девчонки, фигурой и ее диоровским костюмчиком.
     - А кто ваши родители, девушка? - спросила она после пятого, кажется,
дополнительного вопроса.
     - Мама - врач, а папа - управляющий курортторгом...
     Дама скривилась,  как  от  сказанной  вслух  непристойности.  Или  от
чего-то другого.
     - Ясно... А  что  вы  можете  сказать  о  "Русской  правде"  Ярослава
Мудрого?
     Уже позже Ирина поняла свою ошибку. Ей  следовало  подобрать  гораздо
более скромную внешность и  гардероб  комплектовать,  ориентируясь  не  на
импортные  каталоги,   а   на   ассортимент   местной   швейной   фабрики.
Психологически гораздо выигрышнее  возбуждать  у  окружающих  женщин,  тем
более облеченных хоть какой-то властью,  презрительное  сочувствие,  а  не
зависть...
     Но   обратного   пути   не   было,   пришлось    перестраиваться    и
приспосабливаться на  ходу.  Диоровский  и  неккермановский  гардероб  она
сменила на  джинсы,  неброские  свитера  и  куртки,  с  помощью  косметики
научилась сводить свою внешность к  допустимому  среднему  уровню,  быстро
уловила нравы и обычаи непосредственного окружения.
     И при всем том жизнь на  Земле  и  в  Москве  ей  сразу  понравилась.
Понравилось все: невиданная ранее свобода, независимость, растворенность в
многомиллионном городе, огромные темно-красные корпуса общежития,  комната
на восемь коек и веселая  студенческая  жизнь.  Ее  ощущения  были  сродни
чувствам человека, вернувшегося в живой и  многолюдный  мир  после  многих
лет, проведенных на необитаемом, хотя и комфортабельном острове.
     Она жила и наслаждалась жизнью, попутно постигая неуловимые  тонкости
и детали, определяющие бытие московской девушки последней трети  ХХ  века,
училась чувствовать и думать, как положено  землянке  по  рождению,  а  не
просто хорошо подготовленному агенту иного разума.
     Это было нетрудно и даже доставляло дополнительное удовольствие.
     ...Утром Ирина встала отдохнувшей  и  от  этого  смотрящей  на  жизнь
несколько более оптимистично.
     За окнами по-прежнему  бесчинствовала  полярная  вьюга,  и  на  улицу
выходить совсем не хотелось, да и не было пока необходимости.  Полдня  она
приводила в порядок квартиру. Мыла,  чистила,  вытирала  пыль,  полировала
натертые воском полы. За этой работой она не только восстановила  душевное
равновесие, но и наметила первые,  пока  весьма  предварительные  варианты
действий.
     Самый простой и надежный оказался лежащим практически на поверхности,
сулил почти верный успех, но обратиться к нему вот так сразу мешала прежде
всего гордость - самая обычная, женская, и поняв это, Ирина подумала,  что
адаптация перешла все допустимые теорией и правилами пределы.
     Наведя  порядок,  она  кое-как  перекусила   тем,   что   нашлось   в
холодильнике и не успело испортиться за время ее  отсутствия.  И  мысль  о
необходимости  пополнить  запасы  продовольствия  вновь   вернула   ее   к
инстинктивно отвергнутому варианту. Даже и не варианту, а подсознательному
душевному порыву кинуться за помощью к единственному  в  Москве  человеку,
который без всяких ненужных вопросов и условий сделает для нее все, что  в
его силах. Но для этого ей  надо  заставить  себя  по-иному  отнестись  ко
многому в прошлом. И еще - надо, чтобы он был сейчас в городе.
     Одевшись по сезону, она вышла во двор. За ночь машину занесло толстым
слоем снега, и  от  одной  мысли,  что  придется  разрывать  этот  сугроб,
соскребать лед со стекол, прогревать двигатель, ей стало не по себе. Лучше
уж пешком.
     Снег с воем и свистом, словно в аэродинамической трубе,  несся  вдоль
улиц, а на перекрестках дул, кажется, со всех четырех сторон сразу. Но  ей
это даже нравилось сейчас, нравилось  преодолевать  упругое  сопротивление
воздушного потока, чувствовать, как горит лицо, вообще ощущать себя внутри
этого буйства стихий. Любая непогода с первых  дней  пребывания  на  Земле
отчего-то возбуждала ее, а безветрие  и  ясное  небо,  напротив,  вызывали
тоску и скуку.
     Обойдя центральные магазины, Ирина решила, что  теперь  вполне  можно
приглашать  к  себе  гостя,  который,  как  она  хорошо  помнила,   весьма
неравнодушен к ее кулинарным способностям.  Подгоняемая  попутным  ветром,
почти бегом она вернулась помой.
     ...Если две комнаты ее квартиры выглядели именно так,  как  и  должно
выглядеть жилище молодой, одинокой и обеспеченной женщины с тонким вкусом,
то третья, вход в которую  скрывало  фотопанно  с  репродукцией  "Оперного
проезда в Париже" Писарро, являла собой нечто  среднее  между  корабельной
радиорубкой, вычислительным центром и кабинетом журналиста-международника.
Если бы заглянул сюда какой-нибудь гость, он подумал бы именно так, увидев
микрокомпьютер, плоский телевизор с полутораметровым экраном, нечто  вроде
передатчика армейского образца,  несколько  телефонов,  селекторов  и  еще
какие-то приборы неизвестного на Земле  вида  и  назначения,  стеллажи  до
потолка  с  книгами,  разноцветными  папками,  видео-   и   магнитофонными
кассетами. Здесь было все, что ей требовалось для работы.
     Основой и сутью всего был здесь один-единственный прибор  размером  с
баскетбольный мяч, который она  принесла  с  собой  оттуда,  остальное  же
собиралось на Земле из готовых  элементов  и  подручных  материалов.  И  в
результате она  имела  доступ  к  любой  имеющейся  в  фиксированном  виде
информации, а подключаясь к мощным компьютерным  сетям  Земли,  могла  эту
информацию сопоставлять я анализировать,  моделировать  любые  процессы  и
ситуации, приближаясь тем самым по одному из параметров к  самому  господу
богу, который, как известно, всеведущ. Хотя и уступая ему же по  остальным
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 6 7 8 9 10 11 12  13 14 15 16 17 18 19 ... 335
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама