Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Machinarium |#5| The Bremen Town Musicians (1)
Machinarium |#4| Lower street
Machinarium |#3| Jail
Machinarium |#2| Pit & Boiler

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Норман Дуглас Весь текст 894.78 Kb

Южный ветер

Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 77
него  там  никаких,  решительно никаких. Так, небольшая поездка
для собственного  удовольствия.  В  конце  концов,  есть  же  у
человека обязательства перед самим собой, n'est-ce pas(*)?

---------------------------------------------------------------------------

     *) не так ли (фр.)
---------------------------------------------------------------------------

Раннее лето,   безусловно,  лучшее  время  для  такой  поездки.  Можно
надеяться на хорошую погоду, а если станет  слишком  припекать,
можно  отсыпаться  после  полудня.  Он  заказал телеграфом пару
комнат в том, что они называют самым лучшим отелем, и надеется,
что тамошние постояльцы придутся ему по вкусу. К  несчастью  --
как  он  слышал -- в местном обществе кого только не встретишь,
оно несколько чересчур --  как  бы  это  сказать?  --  чересчур
космополитично.  Возможно,  виною  тут географическое положение
острова, лежащего в точке пересечения множества торговых путей.
Ну, и потом его красоты, всякие исторические ассоциации --  они
привлекают  самых  странных  туристов  со  всех  концов  света.
Удивительные попадаются типы! Такие, которых,  возможно,  лучше
всего  обходить  стороной.  Но,  в  конечном  итоге,  разве это
главное? В том и состоит преимущество  мужчины  --  культурного
мужчины,  --  что  он  всегда умеет найти что-нибудь занятное в
любом из слоев общества. Сам он предпочитает людей  простых  --
крестьян,  рыбаков;  он  среди  них, как рыба в воде; они такие
настоящие, так отличаются от нас, это очень освежает.
     Эти и  подобные  им  очаровательные  и  в  общем  довольно
очевидные  высказывания  епископ,  сидя  за  обеденным  столом,
выслушал  в  воспитанном  молчании  и   со   все   возрастающим
недоверием.  Рыбаки  и крестьяне! По виду этого господина никак
не скажешь, что ему интересно подобное общество. Скорее  всего,
он просто мошенник.
     Вечером  они  встретились  снова  и немного погуляли вдоль
набережной, на которой шумный оркестр  наяривал  оперные  арии.
Концерт   подвигнул   мистера   Мулена  на  несколько  ядовитых
замечаний по части музыки латинских народов, столь непохожей на
музыку России и иных стран. Этот предмет он  определенно  знал.
Мистер  Херд,  для  которого  музыка  была  китайской грамотой,
вскоре обнаружил, что не понимает  его  рассуждений.  Несколько
позже,  в  курительной,  они  сели  играть  в карты, -- епископ
обладал  широкими   взглядами   и   ничего   не   имел   против
джентльменских  развлечений.  И снова его попутчик показал себя
изрядно знающим дело любителем.
     Нет; нечто иное настроило епископа против  мистера  Мулена
-- несколько    оброненных   тем   в   течение   вечера   почти
презрительных суждений относительно женского пола: не  какой-то
частной  его  представительницы,  но  женщин  в  целом.  В этом
вопросе мистер Херд был щепетилен. И даже жизненному  опыту  не
удалось  повергнуть  его в уныние. Неприглядные стороны женской
натуры, с которыми он  сталкивался,  работая  среди  лондонской
бедноты,  да и потом, в Африке, где к женщинам относились как к
самым что ни на есть животным, не изменили его взглядов, он  им
этого  попросту  не  позволил.  Свои  идеалы епископ сохранял в
чистоте. И не  переносил  непочтительных  замечаний  по  адресу
женщин.  От  разговоров Мулена у него остался дурной привкус во
рту.
     И вот теперь  Мулен  расхаживал  взад-вперед,  чрезвычайно
довольный  собой.  Мистер  Херд  наблюдал  за его эволюциями со
смешанным чувством -- к  моральному  неодобрению  примешивались
крохотные  крупицы зависти, вызванной тем, что одолевающая всех
остальных морская болезнь этого господина определенно не брала.
     Сорняк; несомненный сорняк.
     Тем  временем,  берег  материка  медленно  удалялся.  Утро
сходило на нет, и туман, повинуясь яростному притяжению солнца,
понемногу   всплывал   кверху.   Непенте   стал  различимым  --
действительно,  остров.  Он  мерцал   золотистыми   скалами   и
изумрудными  клочками  возделанной земли. Пригоршня белых домов
-- городок или деревня --  примостилась  на  небольшой  высоте,
там, где солнечный луч, играя, проложил себе путь сквозь дымку.
Занавес  поднялся. Поднялся наполовину, поскольку вулканические
вершины и ущелья вверху  острова  еще  окутывала  перламутровая
тайна.
     Пухлый  священник  поднял  взгляд от требника и дружелюбно
улыбнулся.
     -- Я слышал, как  вы  разговаривали  по-английски  с  этой
персоной, -- начал он почти без признаков иностранного акцента.
-- Вы  простите  меня? Я вижу, вам не по себе. Позвольте, я вам
раздобуду лимон? Или, может быть, стакан коньяку?
     -- Мне  уже  лучше,  спасибо.  Должно   быть,   вид   этих
несчастных   так  на  меня  подействовал.  Похоже,  они  ужасно
страдают. И похоже, я уже свыкся с этим.
     -- Они страдают. И  тоже  с  этим  свыклись.  Я  частенько
задумываюсь,  ощущают  ли  они боль и неудобства в той же мере,
что и богатые люди с их более утонченной нервной  организацией?
Кто  может  сказать? И у животных свои страдания, но им не дано
поведать о них. Возможно,  ради  того  Господь  и  сотворил  их
немыми.   Золя   в  одном  из  своих  романов  упоминает  осла,
страдавшего от морской болезни.
     -- Подумать  только!   --   сказал   мистер   Херд.   Этот
старомодный  приемчик  он  перенял  у своей матери. -- Подумать
только!
     Знакомство молодого священнослужителя с Золя удивило  его.
Строго  говоря, он был отчасти шокирован. Впрочем, он ни за что
не допустил бы, чтобы  это  его  состояние  стало  заметным  со
стороны.
     -- Вам нравится Золя? -- поинтересовался он.
     -- Не   очень.   Он,  в  общем-то,  свинья  порядочная,  а
технические приемы его  торчат  наружу  так,  что  смех  берет.
Однако,  как  человека,  его  нельзя  не  уважать.  Если бы мне
пришлось  читать  такого  рода  литературу   для   собственного
удовольствия,  я, пожалуй, предпочел бы Катюля Мендеса. Но дело
не в удовольствии.  Я,  как  вы  понимаете,  читал  его,  чтобы
освоиться с образом мыслей тех, кто приходит ко мне с покаянной
исповедью,  а  из  них многие отказываются расстаться с книгами
подобного рода. Книга порой  так  сильно  влияет  на  читателя,
особенно  если  читатель  --  женщина!  Самому мне сомнительные
писатели не по душе. И все же порой, читая их, рассмеешься, сам
того не желая, не правда ли? Я вижу,  вам  действительно  стало
получше.
     Мистер Херд невольно сказал:
     -- Вы очень свободно говорите по-английски.
     -- О,  всего  лишь  сносно!  Я проповедовал перед крупными
конгрегациями католиков в Соединенных Штатах. И в Англии  тоже.
Матушка  моя  была  англичанкой. Ватикан соизволил вознаградить
ничтожные труды моего языка, даровав мне титул монсиньора.
     -- Поздравляю. Для монсиньора вы довольно молоды,  нет?  У
нас принято связывать это отличие с табакерками, подагрой и...
     -- Тридцать  девять  лет.  Это  хороший возраст. Начинаешь
видеть истинную ценность вещей.  А  ваш  воротник!  Могу  ли  я
осведомиться?...
     -- А,   мой  воротник;  последний  след  былого...  Да,  я
епископ. Епископ Бампопо в Центральной Африке.
     -- Вы тоже довольно молоды для епископа, ведь так?
     Мистер Херд улыбнулся.
     -- Насколько  мне  известно,  самый  молодой  в   реестре.
Желающих  занять  это  место  было немного -- далеко от Англии,
работа тяжелая, да еще климат, сами понимаете...
     -- Епископ. В самом деле?
     Священник впал в задумчивость.  Вероятно,  он  решил,  что
собеседник потчует его чем-то вроде дорожной байки.
     -- Да,  --  продолжал  мистер  Херд.  --  Я  то, что у нас
называют "возвратной тарой". Этими словами в Англии  обозначают
возвращающегося из своей епархии колониального епископа.
     -- Возвратная  тара! Звучит так, словно речь идет о пивной
бутылке.
     Вид у священника стал совсем озадаченный,  как  будто  его
посетили  сомнения  по  части  душевного  здравия  собеседника.
Однако южная вежливость или  попросту  любопытство  возобладали
над  опасениями.  Возможно,  этот чужеземец всего лишь не прочь
пошутить. Так отчего же ему не подыграть?
     -- Завтра, -- с вкрадчивой вежливостью заговорил он, -- вы
увидите нашего  епископа.  Он  приедет  на  торжества  в  честь
святого  покровителя  острова;  вам  повезло,  что  вы  станете
свидетелем  этого  праздника.  Весь  остров  украсится.   Будет
музыка,  фейерверки,  пышное шествие. Наш епископ милый старик,
хоть и не вполне, как это у  вас  называется,  либерал,  --  со
смехом  добавил  он. -- Впрочем, иного и ожидать не приходится,
не так ли?  Мы  предпочитаем  консервативных  пресвитеров.  Они
уравновешивают  модернизм  молодежи, нередко буйный. Вы впервые
посещаете Непенте?
     -- Впервые. Я много слышал о красоте этих мест.
     -- Вам здесь понравится. Народ у нас  умный.  Вино  и  еда
хорошие.  Особенно  славятся  наши  лангусты.  Вы  встретите на
острове  соотечественников,  в   том   числе   дам;   герцогиню
Сан-Мартино,  к  примеру,  которая  на  самом  деле американка;
вообще, замечательные  есть  дамы!  Да  и  деревенские  девушки
заслуживают благосклонного взгляда...
     -- Праздничное  шествие  это  интересно.  Как  зовется ваш
покровитель?
     -- Святой Додеканус. С ним связана замечательная  история.
У  нас  на  Непенте есть один англичанин, ученый, мистер Эрнест
Эймз, который все вам о нем расскажет. Он знает о святом больше
моего; порой кажется, будто  он  с  ним  каждый  вечер  обедал.
Правда,  он  великий  затворник -- я имею в виду мистера Эймза.
Да, и приятно, конечно, что  на  праздник  приедет  наш  старый
епископ,  --  с  легким  нажимом вернулся он к прежней теме. --
Пастырские труды по большей части держат  его  на  материке.  У
него большая епархия -- почти тридцать квадратных миль. Кстати,
а ваша, насколько она была велика?
     -- Точной  цифры  назвать не могу, -- ответил мистер Херд.
-- Но  чтобы  пересечь  ее  из  конца  в  конец,   мне   обычно
требовалось три недели. Вероятно, не многим меньше итальянского
королевства.
     -- Итальянского королевства? В самом деле?
     Что  и  уничтожило последние сомнения. Разговор прервался;
добродушный  священник  погрузился  в  молчание.   Он   казался
уязвленным  и разочарованным. Это уже не шутки. Он изо всех сил
старался быть вежливым со страдающим иностранцем  и  получил  в
виде  вознаграждения  самые  что ни на есть дурацкие россказни.
Возможно, он припомнил другие случаи, когда англичане проявляли
присущее им странноватое чувство юмора, освоиться с которым  он
так  и не смог. Лжец. А то и помешанный; один из тех безвредных
фанатиков, что бродят по свету, воображая  себя  папой  римским
или  Архангелом  Гавриилом.  Как  бы  то  ни было, священник не
сказал  больше  ни   слова,   но   погрузился,   на   сей   раз
по-настоящему, в чтение требника.
     Судно  стало  на якорь. Местные жители полились потоком на
берег. Мистер Мулен уехал один, надо полагать, в свой роскошный
отель. Епископ, погрузив в коляску  багаж,  поехал  следом.  Он
наслаждался  извилистой,  уходящей  кверху  дорогой;  любовался
принаряженными к празднику  домами,  садами  и  виноградниками,
многокрасочным   горным   ландшафтом  над  ними,  улыбающимися,
прокаленными солнцем крестьянами.  Все  вокруг  несло  на  себе
отпечаток   довольства   и  благополучия,  чего-то  радостного,
изобильного, почти театрального.
     "Мне здесь нравится", -- решил он.
     И задумался, скоро ли ему удастся увидеть свою  двоюродную
сестру,  миссис  Мидоуз,  ради которой он прервал путешествие в
Англию.
     Дон Франческо,  улыбчивый  священник,  обогнал  их  обоих,
несмотря  на то, что потратил в гавани десять минут на разговор
с хорошенькой крестьянской девушкой с парохода. Он нанял самого
быстрого из местных возчиков и теперь бешено  мчал  по  дороге,
полный решимости первым сообщить Герцогине о том, что на остров
прибыл помешанный.

     ГЛАВА II

     Герцогиня Сан-Мартино, благодушная и представительная дама
Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 77
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама