Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
StarCraft II: Wings of Liberty |#9| Шепот Судьбы
StarCraft II: Wings of Liberty |#8| Большие раскопки
Minecraft |#3| Сборная солянка и новый мир
StarCraft II: Wings of Liberty |#7| С ножом у горла

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Норман Дуглас Весь текст 894.78 Kb

Южный ветер

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 5 6 7 8 9 10 11  12 13 14 15 16 17 18 ... 77
демонстрация,  не  более, уверял он, -- из-за того, что с полки
исчезла  издаваемая  в  Упсале   замечательная   газета   "Utan
Svafvel";   мускулистый  японец  открыто  противопоставил  себя
обществу, обидясь на то,  что  ему  предлагают  слишком  старый
номер  "Nichi-nichi-shin-bum", и пообещав, если это повторится,
всем поотворачивать головы; высокочтимый вице-президент, мистер
Ричардс, с грохотом сверзился с лестницы, никто так и не  понял
отчего  и  почему  --  все  это  за  один вечер. В тот день дул
особенно гнетущий сирокко.
     В  целом  невозможно  отрицать,   что   под   авторитарным
правлением  мистера  Паркера,  правлением,  которое  сделало бы
честь любому государственному мужу, Клуб определенно процветал.
Отчасти  еще  и  потому,  что  мистер  Паркер,  в  отличие   от
предыдущих   президентов,  почти  всегда  находился  на  месте.
Какой-то великий  человек  отпустил  однажды  замечание  насчет
того,  что  "свой глазок смотрок". Это замечание запало мистеру
Паркеру в душу. Если управляешь каким-либо заведением, управляй
им  сам.  Он  вечно  был  здесь,  --  попивая  за  счет  других
собственную   отраву,   влиянию   которой,   по-видимому,   был
неподвластен, и потихоньку занимая деньги у членов  побогаче  и
позабывчивее.  Его шумная общительность, его эхом отдающееся по
комнатам  "ха!  ха!"  стали  отличительной  чертой   заведения,
одурачивавшей  простаков и забавлявшей людей проницательных. Он
готов  был  вести  разговор  о  чем  угодно   с   первым,   кто
подвернется;  для  так  называемых  похабников  у  него  имелся
обширный запас рискованных историй о жизни  в  тропиках,  но  в
распоряжение   обуреваемого   раскаяньем   ,   страдающего   от
последствий  вчерашнего   ночного   разгула   юноши,   он   мог
предоставить  столько  сочувственного благочестия, сколько тому
потребуется.
     -- А ну, по капельке, для поправки здоровья, -- добродушно
подмигивая, предлагал он  и  пододвигал  искусительную  бутылку
поближе.
     Не  без  его  содействия  были усовершенствованы и клубные
правила. Вступительный  взнос  вырос  весьма  незначительно,  а
условия  приема в Клуб стали более мягкими. Изначально это была
идея его хозяйки. Она объяснила ему, что  чем  больше  в  Клубе
будет  членов,  тем  больше виски они выдуют -- стало быть, тем
больше  будут  и  барыши;  да  глядишь,  и   членских   взносов
прибавится.  Мистер  Паркер  с  ней  согласился.  А  затем,  во
внезапном приступе коммерческого энтузиазма предложил подумать,
не допустить ли им к членству в Клубе также и дам. Эту идею  ей
пришлось  с  некоторым  сожалением  отвергнуть.  В любом другом
месте подобное предложение прошло бы на ура. На Непенте  о  нем
не стоило и заговаривать.
     -- Ты  забыл  про  ту  женщину, про Уилберфорс, -- сказала
она. --  Ее  придется  каждую  ночь  отволакивать  домой.  Нет,
Фредди,  не  пойдет. С таким же успехом мы можем сразу прикрыть
лавочку. Разговоры начнутся -- сам знаешь, они и сейчас ходят.
     Упомянутая  мисс  Уилберфорс  была  трогательной   местной
фигурой  --  леди  по  рождению,  обладавшей хорошо подвешенным
языком, сильными  конечностями  и  ненасытимым  пристрастием  к
спиртному.  Она  безусловно нанесла бы вред репутации Клуба, не
говоря уж о клубной мебели. В последнее время  она  все  дальше
скатывалась по наклонной плоскости.
     -- Возможно,  ты  и  права, Лола. Чересчур рисковать из-за
нескольких новых членов -- дело нестоящее. В  конце  концов,  я
англичанин. А что ты скажешь насчет русских? -- прибавил он.
     -- Я тебе много раз говорила, Фредди, допусти их в Клуб.
     -- Говорила,  дорогая,  конечно  говорила!  Изначально это
была твоя идея. Ну хорошо, я должен еще  раз  как  следует  все
обдумать.
     Обдумав, он с прискорбием пришел к заключению, что дело не
выгорит. Не те они люди, русские. Нечестные люди.
     -- Русские  чересчур  артистичны,  чтобы быть честными, --
провозгласил он.
     Приведенное  bon  mot(8)  он  давным-давно  позаимствовал  у
госпожи  Стейнлин  --  в  пору,  когда  она  взирала на колонию
московитов с неодобрением. К настоящему времени тот лютеранский
период уже  завершился:  во  всем,  что  касается  чувств,  она
склонялась   теперь  к  православию.  Теперь  ей  не  удавалось
отыскать  для  русских  достаточного  количества  добрых  слов.
Знакомство  с  Петром,  одним  из  самых красивых членов общины
религиозных ревнителей, обратило ее -- в психологическом смысле
-- в новую веру и изменило присущий ей взгляд  на  жизнь.  Ныне
сердце  госпожи  Стейнлин  располагалось  где-то  на  Урале. Но
упомянутая глупая  и  злая  острота  запечатлелась  в  сознании
мистера  Паркера,  на  которого  льняные кудри Петра решительно
никакого впечатления не производили.
     -- Нет, -- решил он. --  Нечестные  люди.  Где-то  надо  и
черту  провести,  Лола.  Проведем  ее  на на русских. Во всяком
случае, я думаю, что нам следует поступить именно так. Но я еще
раз все обдумаю.
     По мнению Лолы, это было глупо с его стороны.  Потому  что
московиты  скорее всего платили бы по счетам не менее исправно,
чем прочие члены. А уж  относительно  их  способности  повысить
доходы Клуба посредством истребления спиртного -- что ж, многие
отзываются о них неприязненно, но никому еще не пришло в голову
обвинить  их  в  неумении надираться, как оно и следует доброму
христианину.  И  неудивительно.  Их  Библия,   "Златая   Книга"
боговдохновенного    Бажакулова    не   содержала   ни   слова,
воспрещающего  потреблять   крепкие   напитки   или   хотя   бы
ограничивающего   потребление   таковых.   Все  ее  диетические
указания сводились к необходимости воздерживаться от  пожирания
плоти теплокровных животных.
     Мистер  Паркер  всегда  как следует все обдумывал, а затем
приходил к неправильным  заключениям.  Это  было  глупо  с  его
стороны.
     Зная  его  слишком  хорошо,  она в тот раз не стала больше
ничего говорить.  Надо  подождать  благоприятного  случая,  тем
более что у Фредди, которого она изучила досконально, на неделе
семь  пятниц,  если  не  больше.  Он  мог  ни  с того ни с сего
взбрыкнуть, вообще управлять им было непросто. Фредди  нуждался
в  мягкой материнской опеке. Все дураки, думала она, подвержены
мгновенным проблескам здравого смысла. И он не  исключение.  Но
если  другие  воспринимают  такие  проблески  с благодарностью,
Фредди относится  к  ним,  как  к  наущениям  дьявола.  В  этом
состояла  трагедия  Фредди  Паркера. Это обращало его в подобие
квинтэссенции -- в сверх-дурака...
     Мистер Кит осведомился:
     -- Ну  что,  епископ,  не  желаете  стать   членом   этого
учреждения?
     Епископ призадумался.
     -- Вообще-то, я человек довольно демократичный, -- ответил
он. --  Вы  ведь  знаете, у нас в Африке имеются места довольно
жаркие, и я никогда не позволял себе  отступаться  перед  ними.
Возможно,  я  сумел бы помочь кое-кому из этих несчастных. Но я
предпочитаю делать все должным образом. Боюсь, чтобы  завоевать
их доверие, мне придется с ними выпивать. Я, конечно, не вправе
изображать   из   себя   трезвенника,   в   особенности   после
наслаждения,  доставленного  мне  вашим  завтраком.  Но   запах
здешнего виски -- он меня пугает. Моя печень...
     -- О  да! -- со вздохом сказал мистер Кит. -- Не диво, что
вы колеблетесь. От этой сивухи любого оторопь возьмет.

     ГЛАВА VII

     Герцогиня,  само  собой  разумеется,   была   никакая   не
герцогиня.  Родилась она в Америке, в одном из западных штатов,
а первый ее муж служил  в  армии.  Второй  супруг  --  он  тоже
давным-давно  умер  --  был  итальянцем. Вследствие питаемой им
пылкой  преданности  Католической  церкви,  его,  после  уплаты
пятидесяти  тысяч  франков,  возвели  в  сан  Папского Маркиза.
Проживи он, как того можно было ожидать, несколько  дольше,  он
вполне мог бы с течением времени стать Папским Герцогом. Однако
несчастный  случай, в котором он был уж никак не повинен -- его
задавило в Риме трамваем -- лишил его жизни еще  до  того,  как
возникли   хотя   бы   намеки   на   возможность   выплаты   им
соответственного взноса. Кабы не это, он умер  бы  герцогом.  К
настоящему времени он стал бы им непременно.
     Приняв  во  внимание  эти  соображения,  вдова сочла своим
долгом возложить на себя наиболее звучный из двух доступных  ей
титулов. Никто и не подумал оспаривать ее притязаний. Напротив,
все  ее  друзья  уверяли,  что она и говорит, и ведет себя, как
настоящая  благородная  дама;  в  мире  же,  где  немногим   из
уцелевших подлинных представителей этого сословия, как правило,
не  дается либо одно, либо другое, должно считать и подобающим,
и уместным если хоть кто-то обладает  запасом  добрых  качеств,
достаточным  для поддержания -- пусть чисто внешнего и на одном
лишь Непенте -- традиций стремительно исчезающей расы. Разве не
приятно иметь возможность в  любое  время  дня  побеседовать  с
Герцогиней?  --  а  подобная  беседа  была  более  чем доступна
всякому,  при  условии,  что  он  достаточно  пристойно   одет,
обладает  приличным запасом тем для разговора о том, о сем и не
кричит на всех углах о своей ненависти к Папе.
     Кое-кто говорил, будто она  и  одевается,  как  герцогиня,
однако  на этот счет полного единодушия не наблюдалось. Обладая
миловидным овальным личиком и копной  седых  волос,  она  имела
склонность  принимать  классические  позы, полагая, что таковые
придают ей сходство с "La Pompaduor".  "La  Pompaduor"  --  это
было  нечто  изысканное  и  напудренное.  Герцогиня определенно
одевалась лучше и с меньшими затратами, чем  госпожа  Стейнлин,
полная  фигура,  круглые  загорелые  щеки  и  порывистые манеры
которой ни при каких условиях  не  позволили  бы  ей  сойти  за
старосветскую   красавицу,   --   госпожу  Стейнлин  ничуть  не
волновало, какое  на  ней  платье,  ей  важно  было,  чтобы  ее
кто-нибудь  любил.  Апломба  у Герцогини было ровно столько же,
сколько у "La Pompaduor", а  вот  французский  язык  она  знала
гораздо   хуже.   Итальянский   также   пребывал  в  зачаточном
состоянии.  Впрочем,  все  это  не  имело   значения.   Внешнее
впечатление,  величавость  повадки -- вот что важно. Не страдая
хромотой, она тем не менее вечно опиралась либо на чью-то руку,
либо на трость. Красивая была трость.  Герцогиня  носила  бы  и
цепочку  с брелоками или ароматический шарик в волосах, если бы
кто-нибудь объяснил  ей,  что  такое  ароматический  шарик.  Но
поскольку  никто  из  друзей  не способен был ее просветить, --
мистер Кит намекал даже, будто это вещь, о которой  в  обществе
воспитанных  людей  упоминать  не  принято, -- она ограничилась
парой мушек.
     Ее  жилище,  уже  упоминавшийся   заброшенный   монастырь,
представляло   собой   нескончаемую   череду   выстроенных  без
претензий, но с основательностью  прямоугольных  покоев,  вдоль
которых  тянулись  прямые  коридоры.  Глазам  гостя открывались
выложенные на старинный манер мозаикой плиточные  полы,  далеко
не   обильная  меблировка,  один-два  портрета  Папы  и  многое
множество  цветов   и   распятий.   Герцогиня   питала   особое
пристрастие  к цветам и распятиям. Зная об этом, каждый, кто ее
посещал, приносил ей либо то, либо  другое  --  либо  и  то,  и
другое  вместе.  В  одной  из  комнат  помещалось  замысловатое
приспособление для приготовления чая;  к  услугам  джентльменов
имелся  также  буфет с напитками и холодной закуской -- бренди,
вина, ледяная содовая, бутерброды с лангустами и тому подобное.
     Воздух наполняло  приятное  журчание  разговоров,  ведомых
сразу  на  нескольких  языках.  Здесь  были  представлены самые
разные национальности, хотя русская колония бросалась  в  глаза
своим  отсутствием.  Подобно  мистеру Фредди Паркеру, Герцогиня
провела на русских черту. Если бы  еще  они  не  одевались  так
странно  --  открытые  воротники,  кожаные  пояса, алые рубахи!
Судья также никогда не получал приглашения --  он  был  слишком
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 5 6 7 8 9 10 11  12 13 14 15 16 17 18 ... 77
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама