Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Explanations of the situation why there is no video
StarCraft II: Wings of Liberty |#14| The Moebius Factor
StarCraft II: Wings of Liberty |#13| Breakout
StarCraft II: Wings of Liberty |#12| In Utter Darkness

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Михаил Шалаев Весь текст 489.71 Kb

Владыка вод

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 34 35 36 37 38 39 40  41 42
просто потому, что не знает, что еще ему делать. И ушел.
     Дорога радости стала дорогой скорби. Каждый  день  пути  убивал  его,
находя разнообразные способы, чтобы сообщить об этом. На третий день  пути
к вечеру мучительно заныли колени, а на следующее утро  он  никак  не  мог
разогнуть поясницу. Под тем самым дубом, где застал их ночной дождь, Верен
нехотя  грыз  зачерствевший  хлеб,  и  у  него  упал  первый  зуб:   Верен
неотвратимо становился тем же старым и не очень здоровым  пьяницей,  каким
уходил в Овчинку. Незадолго до входа в Белолес-на-Костях он  заметил,  что
некий багровый предмет назойливо лезет  ему  в  глаза,  и  не  сразу  смог
сообразить, что это его собственный нос.
     Под впечатлением этого нового открытия и вошел он  в  Белолес,  место
безопасное, но на редкость неприятное. Он уже добрался  до  середины  его,
уже слышались за деревьями предсмертные хрипы, яростные крики и сиплый рев
боевых труб, но Верен знал, что это безопасно и продолжал шагать, хотя вот
это как раз для него было не  просто  опасно,  а  смертельно.  Тут  дорога
разверзлась под ним, и почувствовал Верен, что летит в глубокий колодец, и
успел по пути попрощаться с жизнью, но очутился вдруг на дне, не ощутив ни
малейшего удара. Он поднял голову - светлое  пятнышко  было  далеко-далеко
вверху. "Не выбраться", - подумал Верен и стал нащупывать  стенки  руками.
Но стенок... не было. Тогда он шагнул вперед  и  опять  почувствовал,  что
летит вниз, и опять очутился на дне без всякого удара. "Э-э, тут что-то не
то", - подумал Верен. И вдруг  догадался:  да  это  же  Черный  норик!  Он
закричал тогда в темноту колодца, как  тогда,  в  Оголтелой  Пади,  а  эхо
гукало и гудело, забивая его слова:
     - Черный норик, иди ко мне! Я тебя узнал!
     Он прокричал так три или четыре раза, и темнота внезапно пропала, под
ногами снова была дорога, а на обочине ее, на старом пеньке стоял норик  с
чуть крысиной, но без всякого добродушия мордочкой - напротив, выглядел он
надменным и злобным. Черная шляпа была на нем, без всяких знаков  отличия,
поскольку Черный норик не признает власти Владыки Вода, и такого же  цвета
плащ. Он заговорил голосом одновременно писклявым и скрипучим, от которого
свербило в ушах:
     - Зачем  ты  зовешь  меня,  человек?  Разве  не  знаешь,  как  опасно
призывать Черного норика, если нет на  то  оснований?  Берегись!  Я  хотел
пошутить с тобою и отпустить, но теперь я сердит.
     Верен терпеливо дослушал Черного норика до конца, понимая, что  злить
его не следует, ибо пакостник он великий и может  выдумывать  пакости  без
конца. Потом ответил спокойно:
     - Тот, кто послал меня, просил передать  тебе  при  встрече  записку.
Потому и позвал я тебя.
     Черный  норик,  видимо,  недовольный  тем,  что  требуемое  основание
имеется, нехотя проворчал:
     - Ну тогда передавай скорее, некогда мне...
     Верен достал сложенный кусочек тонкой кожи, Черный норик взял  его  и
развернул. Прочитав, он как будто даже обрадовался:
     - Ага! Старый предатель задумал теперь помириться! Черный  норик  ему
понадобился! Ну, постой... - он достал из кармана крохотный черный грифель
и стал торопливо выводить на оборотной стороне кожи какие-то знаки.  Потом
отдал записку обратно Верену: -  На,  отнеси  тому,  кто  тебя  послал.  И
передай от меня наилучшие пожелания и горячий  привет!  -  Черному  норику
было весело. Он спрыгнул с пенька, метнулся к корням и пропал, как не было
его у дороги. Верен развернул  записку,  посмотрел:  нет,  в  этих  черных
закорючках никак не разобраться.
     Он миновал Белолес-на-Костях и к вечеру, уже в  потемках,  набрел  на
тот сарай, где провели они со Сметливом и Смелом первую ночь  дальнего  их
пути. Верен завалился спать на соломе не разводя огня, и под  утро  совсем
замерз, так что пустился в дорогу чуть свет. Примерно к обеду он вышел  из
леса, и вдохнул морской воздух, и увидел  скалу,  с  которой  началось  их
странствие.  Страшной  болью  защемило  сердце,  пусто  стало  под  ним  и
безнадежно. Так вернулся  Верен  в  Рыбаки,  и  оставалось  доделать  лишь
кое-какие мелочи - впрочем, он был почти уверен теперь, что бесполезные.


     Дома было пыльно, грязно, пахло запустением. Норики, обидевшись,  что
про них забыли, опрокинули молочное блюдце у своей норки. Верен  посмотрев
на все на это, скинул с плеч дорожный мешок и отправился к Дюжу. Невмоготу
было сидеть сейчас дома одному.
     У Дюжа было  немноголюдно,  но  хозяин  выглядел  озабоченным:  скоро
осенняя торговля, а значит самое  урожайное  время.  Только  налив  Верену
вторую кружку, он спохватился:
     - Эй, Верен, а что тебя не было так долго? В город ездил?
     Верен молча кивнул и отошел на свое любимое место у окна. Не хотелось
ему отвечать на расспросы. А Дюж, к счастью,  и  не  стал  приставать.  За
окном,  в  промежутке  между  домами,  Верен  видел  берег  Большой  Соли,
белопенную полоску прибоя, старый сарай для сетей. Все вернулось. А,  нет.
Смел и Сметлив не вернулись.
     Посетители, зная необщительный характер Верена, не подходили к нему -
только здоровались издали, на что он отвечал кивком и вновь глядел в окно,
прихлебывая из  кружки.  Лениво  думалось  ему,  что  надо  бы  сходить  к
Скуп-сыну, обменять кольцо Генерала Гора на Капелькино, но и это  казалось
не очень важным.  Никуда  он  в  тот  день  не  пошел,  просидел  у  Дюжа,
накачиваясь брагой - благо, денег хватало. К ночи уже не верилось  Верену,
что ходил он куда-то далеко, что случилось с ним то, что случилось. Только
кольцо с хрусталем, которое он время от времени вытаскивал  из  кармана  и
разглядывал, подтверждало: нет, не сон. Все было. Когда бражная закрылась,
Верен отправился домой, на жесткую свою лежанку.
     Утром сходил за молоком для нориков,  купил  кое-какой  еды  домой  и
хотел пойти к Скуп-сыну, но ноги опять занесли в бражную - решил чуть-чуть
промочить горло. А потом до лавки так и не дошел. В  тот  день  вечером  к
нему пришел Управитель. Увидев его у норки, Верен засмеялся:
     - А-а, явился? Во, погляди!  -  он  полез  в  карман,  достал  кольцо
Генерала Гора и повертел в руке: - Видал? Мы тоже не шиком лыты... Ой,  то
есть не лытом...
     Управитель укоризненно покачал головой, пропищал:
     - Зачем же так напиваться? - и хотел было перейти к  делу,  но  Верен
возмутился:
     - Как - зачем? А чё мне делать? Нашли дурака... Умные там остались, -
он потыкал пальцем туда, где остались умные, - а я дурак.  Дурак...  -  он
поставил локти на стол, обхватил ладонями голову: - Дурак...
     Управитель попытался осторожно его отвлечь:
     - Не встречался ли Черный норик?
     Верен вскинул мутный взгляд:
     - А, да. Как же. Встречался. В колодец меня, дурака -  за  дурость...
Так и надо.
     - Что с запиской? - по тону ясно было, что вопрос этот для Управителя
важен, но Верен не заметил:
     - А-а... записка... Вот она.
     - Неужели, забыл отдать? - норик посмотрел на Верена с досадой.
     - Н-нет. Не забыл. Тут ответ, - услышав  это,  Управитель  немедленно
схватил записку и развернул, а Верен продолжил: - Велено так  же  передать
горячий привет и наилучшие пож... желания. А я - дурак. Слышь, Управитель?
- Верен поднял глаза и увидел, что говорит уже  сам  с  собой.  Управитель
исчез, получив записку. Тогда Верен опустил голову  на  руки,  пробормотал
еще раз "дурак" и уснул тяжелым пьяным сном.
     Утром, проснувшись, он увидел себя на своей лежанке - видимо, перешел
ночью,  а  как  -  не  вспомнил.  Зато  вспомнил  вчерашний   разговор   с
Управителем, и устыдился. А  устыдившись,  решительно  превозмог  головную
боль и принялся убираться. Когда  дом  приобрел  относительно  жилой  вид,
Верен пошел в лавку к Скуп-сыну.
     Молодой лавочник сидел с каменным лицом. За минувшее время он вошел в
роль, заматерел, появилось в нем особая  стать  богатого  торговца.  Верен
даже слегка оробел. Он пробормотал "долгих  лет",  Скуп-сын  важно  кивнул
круглой рыжею головой. Тогда Верен разозлился, и сухо сказал:
     - Я принес.
     Скуп-сын посмотрел непонимающе.
     Желваки заиграли у Верена на щеках, но он сдержался:
     - Кольцо Генерала Гора, как договаривались.
     Испуг метнулся в глазах рыжего лавочника. Он оглянулся, прижал  палец
к губам:
     - Тс-с...
     Потом, подумав, встал, запер лавку и сказал:
     - Пойдем наверх.
     Они поднялись по скрипучим ступеням лестницы в ту самую комнату,  где
стоял стол с выдвижными ящиками и железный шкаф. Скуп-сын уселся в  кресло
и нетерпеливо потребовал:
     - Покажи.
     Верен достал кольцо Генерала Гора, показал лавочнику, не выпуская  из
пальцев.
     - А откуда я знаю, может, это не то?
     Тогда Верен взял кольцо за хрусталь и  показал  Скуп-сыну  печатку  в
виде снежинки на нижней внешней стороне ободка. Лавочник, поглядев,  пошел
к шкафу, звеня по пути ключами. Он  вынул  шкатулку  и  отдал  ее  Верену,
забрав у него кольцо с хрусталем. Верен откинул плотную крышку: Капелькино
кольцо с редким камнем цвета морской воды лежало на мягкой обивке, и опять
услышал он в голове шум - будто раковину к уху поднесли. Но не время и  не
место здесь было предаваться воспоминаниям. Он  закрыл  шкатулку  и  хотел
уйти, но лавочник, жадно разглядывавший кольцо Генерала Гора, спросил:
     - Как же ты его добыл? Ведь там, говорили, верная смерть.
     У  Верена  не  было  ни  малейшего  желания  заводить  с   лавочником
разговоры, поэтому он только бросил через плечо:
     - А я жив, как видишь.
     И тут раздался в комнате тоненький ехидный  смешок:  спрятавшись  под
занавеской, за ними подглядывал крохотный норик  в  малиновой  курточке  и
синих штанишках. Скуп-сын, рассвирепев, стал  стаскивать  с  ноги  башмак,
чтобы запустить в негодяя, а норик стрелой метнулся  к  своей  норке  -  и
пропал. Башмак Скуп-сына бесцельно шлепнулся в угол. Лавочник еще  ругался
и шипел, но Верен не стал дожидаться, пока он успокоится - ушел.
     А Скуп-сын вечером того дня, волнуясь, запалил свечу в своей  комнате
и надел кольцо Генерала Гора  на  палец.  И...  ничего  не  произошло.  Он
подумал тогда, что все толки - сплошное вранье. Взялся за  бумаги,  хорошо
поработал, а над одной  неожиданно  глубоко  задумался.  Когда  же  поднял
голову, глаза его блестели от удовольствия: он  обнаружил  в  договоре  со
своим поставщиком зияющую брешь, что сулило немалую прибыль...


     Первое время Верен еще ждал  чего-то.  Но  дни  проходили  за  днями,
Управитель диких нориков больше не появлялся,  а  кольцо  мирно  лежало  в
шкатулке, и Верен нечасто открывал ее,  чтобы  взглянуть.  Он  видел,  что
всеми забыт и никому не нужен. Зачем же он  вернулся?  Все  чаще  возникал
перед ним этот подлый вопрос, когда сидел он за очередной сетью, а  ответа
искать было негде, кроме как в бражной у Дюжа. Верен  опять  проводил  там
все вечера, но легче не становилось. Однажды он от  отчаянья  решил  снова
пуститься вверх по реке в безумной надежде, что все повторится.  Но  дошел
только до старого рыбацкого сарая - и понял, что надежда напрасна.  Ничего
не менялось в нем. Видимо, заклинание Управителя было рассчитано только на
один раз.
     Он вернулся в поселок еще более угрюмый чем обычно, днями плел  сети,
а вечерами сидел у Дюжа. Как-то он взял кольцо с собой в бражную, и  после
четвертой кружки ему в голову пришла странная мысль надеть его  на  палец.
Он так и сделал. Посмотрел, взялся за кружку  -  и  замер.  Откуда-то  ему
стало известно, что у Крива,  бельмастого  рыбака,  сидящего  за  соседним
столиком прямо за спиной, сильно шалит печень и брага Криву не в  радость.
Верен потряс головой и, подумав, толкнул односельчанина локтем под бок:
     - Эй, Крив!
     Тот поморщился от толчка и недовольно ответил:
     - Чего тебе?
     - У тебя что, печень болит?
     - Болит, болит. А ты пихаешься...
     Верен отвернулся, ошеломленный. Он повел глазами по бражной, полной в
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 34 35 36 37 38 39 40  41 42
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама