Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Харуки Мураками Весь текст 83.92 Kb

Рассказы

Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8
Харуки Мураками.
Рассказы

Предисловие  Дм.Коваленина
Девушка из Ипанемы
Принцессе, которой больше нет
Рвота


   Дм.Коваленин.
   Лучший способ потратить деньги,
                   ИЛИ ЧТО ДЕЛАТЬ
          В ПЕРИОД ОСТРОЙ ДЖАЗОВОЙ НЕДОСТАТОЧНОСТИ

          космополитические анархии Харуки Мураками



                             - Скажите, вы любите деньги?
                             - О, да! Я очень люблю деньги! На них можно
                               купить свободное время, чтобы писать...
                               Из интервью Харуки Мураками журналу
                               "Нью-Йоркер", 1995.
Overture

    Книги этого странного человека могут довольно серьезно изменить ваше
отношение к японской литературе. Ибо ТАКОЙ японской литературы даже самый
"продвинутый" наш читатель еще не встречал. Романы и рассказы Харуки
Мураками вот уже более 20-ти лет покоряют сердца и воображение читателей в
Америке, Канаде, Корее и Западной Европе - а бурные волны российской
истории, как ни досадно, на полтора десятилетия задержали появление книг
одного из самых экстравагантных писателей сегодняшней Японии на русском
языке.
    Выражаясь языком его аудитории, Мураками "элитарен и крут". В том
самом, молодежно- бескомпромиссном понимании крутизны - как на разных
континентах круты Боб Дилан или Сэлинджер, Сю Уэмура или Акира Куросава,
Гребенщиков или братья Стругацкие. Для 30-летних токийских яппи ввернуть его
имя в беседе за стойкой бара ("Как думаешь, дадут ему когда-нибудь
Нобелевку?") - хороший стиль, некий ритуал приобщения к последним веяниям
"альтернативной культуры". Быть начитанным в принципе или просто разбираться
в книгах других модных авторов при этом как бы не обязательно. Ибо есть
литература вообще - а есть "миры Мураками". Совсем же не знать его имени -
это все равно, что не уметь пользоваться Интернетом или не распознавать "на
вскидку" голоса Дженис Джоплин. В понимании образованной японской молодежи
90-х гг. Харуки Мураками крут однозначно и, судя по всему, надолго -
несмотря на то, что сам никогда сознательно к этому не стремился.
    Харуки Мураками - японец, почти постоянно живущий за рубежом. За
последний десяток лет он переезжает из Греции в Италию, из Европы в США - и
продолжает писать, писать по-японски, с угнетающей его издателей и
переводчиков продуктивностью: в среднем - по толстому роману в год, не
считая культурологических эссе, рассказов и переводов "эстетской"
англоязычной литературы.
    Старики-японцы не любят его. Молодежь - боготворит. И те, и другие -
фактически за одно и то же: прежде всего, от него... "слишком воняет
маслом". Японское выражение "бата-кусай" (воняющий маслом) у нации,
традиционно не употребляющей в пищу молоко, означает все прозападное,
вычурно-неяпонское, пришлое, чужое. Мураками для них "воняет маслом с головы
до ног". Его герои едят стэйки, пиццы и спагетти, слушают Эллу Фитцджеральд
и Россини, а один из его самых знаменитых романов - двухтомник "Норвежский
Лес" ("Норувэй-но мори", 1987) - назван в честь песенки "Битлз". И поначалу
кажется - эти истории могли бы произойти где угодно. На страницах его
произведений не встретишь ни имен, ни фамилий, и лишь названия городов да
улиц как бы вскользь напомнят о том, что существует такая страна - Япония.
Люди в "мирах Мураками" носят джинсы и "сникерсы", смотрят фильмы Хичкока,
ездят на фольксвагенах, пьют "Хайнекен", а образы для диалогов и мыслей
черпают из мирового рокнролла и современной западной литературы, давно уже
не скованных рамками истории, традиционного юмора или поп-культурных
поветрий какой-то отдельной страны. Именно поэтому переводить Мураками -
удовольствие особое: переводя с японского, словно общаешься со всем белым
светом одновременно. О Японии - но и не замыкаясь в ней...

MURAKAMI - The First Take

    Родился писатель 12 января 1949 г. в Киото, но детство его прошло в
крупном индустриальном порту Кобэ - одном из немногих городов Японии 50-60-х
гг., где можно было достать зарубежные книги и пообщаться с иностранцами. В
юности Харуки провел много времени за чтением книг на английском, которые
"откапывал" в книжных лавках неподалеку  от порта. Редкий японец в те годы
владел английским языком. Моряки американских судов, что заходили в порт на
пару дней, то и дело "скидывали"  прочитанное за гроши, и букинисты охотно
принимали от них "непонятные" книги - для перепродажи очередным заезжим
иностранцам. Начитавшийся Трумэна Капоте, Раймонда Карвера, Марселя Пруста,
молодой Харуки ведет нескончаемые споры с отцом - преподавателем японского
языка и литературы - и все больше укрепляется в мыслях о том, что японская
литература нуждается в серьезной модернизации. Что мешает современной
японской литературе из "литературы для внутреннего пользования" превратиться
в литературу общемирового масштаба? Споры эти в итоге отдалили
сына-космополита от патриота-отца - и послужили причиной многолетнего
молчания между ними.
    Студенчество Харуки пришлось на годы политического хаоса. Знаменитые
студенческие бунты закончились полным поражением: молодежи не дали сказать
свое слово в переустройстве стремительно индустриализирующейся страны. Как и
многие другие "бунтари 70-х", что кидались на ограждения американских
военных баз во время войны США во Вьетнаме, Харуки пришел к очередному
десятилетию "повзрослевшим и разочарованным", и видел больше смысла уже не в
поисках "справедливости" окружающего мира, а в нюансах взаимоотношений
людей, во внутренней гармонии индивида. "Хотя Япония и не участвовала в той
войне, мы действительно ощущали своим долгом остановить ее. Это
(студенческие бунты. - Д.К.) была дань нашей мечте - мечте о новом мире без
войн", - вспоминает писатель.
    Чуть позже  Мураками женится, а вскоре заканчивает обучение на
Отделении Классической (греческой) Драмы престижнейшего университета Васэда.
И начинает писать.
    Он хорошо помнит, как ЭТО пришло к нему в первый раз. Апрель 1978
года. Весенний токийский полдень, "теплый ветер с запахом жареной камбалы",
оглушительный рев стадиона. 29-летний Мураками на трибуне в толпе
болельщиков смотрит бейсбольный матч Япония - США. Неотразимый Дэйв Хилтон
открывает первый матч сезона. Вот игрок мастерски отбивает одну подачу,
потом так же четко - вторую. Трибуны неистовствуют... И в этот миг он
понимает, что может написать роман. До сих пор не может сказать, откуда
пришло это чувство. "Я просто понял это - и все".
    В те дни он и его жена Йоко держали в Токио небольшой джаз-бар под
названием "Питер Кэт". Каждую ночь после закрытия Харуки оставался в баре на
час-другой и писал за кухонным столом. Роман, начатый на английском языке
(!), назывался "Слушай Песню Ветра" ("Hear The Wind Sing" = "Кадзэ-но ута-о
кикэ", 1979), и о бейсболе в нем не говорилось ни слова. Название
позаимствовано из рассказа любимого автора Мураками - Трумэна Капоте.
Светло-грустный, тонко скомпонованный из воспоминаний тинэйджера,
контрастирующих с неожиданно зрелыми философскими импровизациями на темы
жизни и смерти, - этот роман-коллаж будто заполнил некую "пустовавшую нишу"
в литературе молодежи уходящих 70-х. Монологи-рассуждения героев подкупают
кажущейся простотой и печальной мудростью: их хочется слушать. как старого
друга, который говорит с тобой о твоих проблемах и на твоем языке.
    "Хочу рассказать о своей подруге... Всегда нелегко рассказывать о
том, кого уже нет. Еще труднее - о девчонке, которая умерла молодой. Раз она
умерла, она теперь всегда молода - в то время как я, живой, с каждым годом,
с каждым месяцем и днем становлюсь все старее. Иногда кажется - я старею
буквально с каждым часом. И что самое страшное - это действительно так..."
    ... Приз литературного журнала "Гундзо" учреждается в Японии для
произведений ранее не публиковавшихся авторов. Подавая "Песню Ветра" на этот
престижный конкурс, Мураками "не сомневался, что победит". Он не ошибся. В
том же 1979 году роман-призер был распродан неслыханным для дебюта тиражом -
свыже 150 тысяч экземпляров в толстой обложке.
   "Охота на Овец" - третий "толстый роман" писателя, завершающий так
называемую "Трилогию Крысы", имена героев которой стали чуть ли не
нарицательными для читающей молодежи Японии наших дней. Однако именно в этой
книге Мистерия, которую автор начал раскручивать в романах "Слушай Песню
Ветра" и "Китайский Бильярд 1973" ("Пинбоору 1973", 1983), приобрела
поистине вселенский размах, - что и дало нам повод выбрать "Овец" для
первого перевода Мураками на русский язык.

"JAZZEN": СТИЛЬ ЖИЗНИ ИЛИ ФОРМА ЛИТЕРАТУРЫ?(Allegro non troppo)

    Всегда нелегко отвечать на вопрос, в каком конкретно жанре пишет
Мураками. Оккультный детектив? Психоделический триллер? Антиутопия? И то, и
другое, и третье... И неизменно - что-то еще. С кем сравнивать? Американские
литературоведы готовы, хотя и с солидными оговорками, причислить его к
разряду "фэнтэзи", или "ненаучной фантастики".  Сам Мураками считает, будто
наибольшее влияние на него оказал "последний классик Японии" Кобо Абэ, - но
в то же время признается, что для создания "Охоты на Овец" (Хицудзи-о мэгуру
боокэн, 1982) "одолжил кое-что" у Чандлера, а самый популярный свой роман,
"Норвежский Лес", писал под сильным влиянием Ф.-С.Фитцджеральда... Чем
заполнить пропасть между крайностями подобных сравнений - решать читателю.
    При чтении его прозы возникает чувство, будто разглядываешь
мастерски выполненный фотоколлаж из фрагментов реальности вперемежку со
сновидениями, а в ушах постоянно звучат, переплетаясь друг с другом, фразы
музыкальных произведений. Образы и метафоры в тексте по-дзэнски внезапны и
по-символистски точны, языковой поток пульсирует смысловыми синкопами,
оглавления напоминают обложки джазовых пластинок, а сюжет будто расщепляется
на несколько партий для разных инструментов, импровизирующих на общую, не
сразу уловимую тему в духе Чика Кориа или Арта Блэйки. Музыкализация
текстового потока - назовем это так - прием, знакомый нам больше по
испаноязычной литературе (Лорка, Борхес, Маркес, Кортасар), -  приносит
удивительные плоды на почве традиционного японского эстетизма. "Джазовый
дзэн"? "Дзэновый джем"?  Так или иначе, но именно в этом измерении, на
неуловимом стыке Востока и Запада - маргинально-условном, как  тональность
си-диез - импровизируют свои жизни герои Мураками. Их поступки, мысли и
судьбы (как и общее развитие сюжета), невозможно предугадать, руководствуясь
законами какого-то определенного литературного жанра. Они и сами не ведают,
что с ними будет даже через час, не стремятся это узнать и не строят никаких
планов на будущее. Они плывут по течению, не пытаясь ни перенять, ни
изменить дикий джаз окружающей жизни - но при любых, самых жестких
диссонансах сохраняют свой стиль игры.

МОНСТРЫ ПОД КРОВАТЬЮ, Part One

    Несмотря на вычурность ситуаций и запутанную событийную нить,
основная тема "Овец" классически проста. Нам, европейцам, привычнее называть
ее "конфликтом доктора Фауста". Однако здесь мы рискуем попасть в ловушку:
говоря "Фауст", мы почти автоматически готовы продолжить: "и Дьявол", - и
это сразу навяжет нам слишком определенный, слишком "знакомый" образ,
выпестованный околохристианским искусством двух последних тысячелетий в
сознании западного человека (разве только  длину рогов и размер копыт каждый
волен додумывать самостоятельно).
    Но!
    В восточном сознании мы имеем дело с принципиально иным отношением к
Злу.
    В отличие от Запада, на Востоке (в Дзэне) нет Зла как такового. Есть
лишь Непонятное - или Пока Непонятое нами в самих себе...
    Как заметила интереснейшая исследовательница современной японской
литературы Сюзэн Дж. Нэпиер,  "метафизическое тем больше проявлялось в
литературе Латинской Америки и Японии, чем сильнее сопротивлялись этносы
не-европейского образца нашествию всепоглощающего западного детерминизма"
(Susan J. Napier. The Fantastic in Modern Japanese Literature. London, 1996)
Следующая страница
 1 2 3 4 5 6 7 8
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама