Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-457: Burning man
SCP-081: Spontaneous combustion virus
SCP-381: Pyrotechnic polyphony
Почему нет обещанного видео

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Елена Манова Весь текст 173.5 Kb

Дорога в сообитание

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 6 7 8 9 10 11 12  13 14 15
представится случай передохнуть и наспех  промыть  царапины  и  обработать
раны. Теперь мы все хороши - и Норт, и Илейна, и я, и только Ортан не  дал
мне себя осмотреть, хотя и он, наверное, ранен.
     И все-таки мы продержались день, но, кажется, это все. Мы  падаем  от
усталости, мы не стоим на ногах, не надо  еды,  не  надо  питья  -  только
сон...


     Предвечерний  час,  час  Перемирия  Сумерек,  и  можно  подняться  из
темноты, выйти и стать собой. И только тут  до  меня  дошло,  что  мы  уже
пережили день. Этот день прошел, а мы еще  живы.  И  еще  я  почувствовал:
близко река. Целый день, не сознавая того, я вел их к реке,  и  теперь  мы
почти пришли и, наверное, проживем эту ночь.
     - Элура, - сказал я, - если мы доберемся до  реки,  то  проживем  эту
ночь.
     - Хорошо, - отозвалась она безразлично. И тоскливая мысль: еще идти.
     - Ортан, - сказал Норт; у  него  был  тусклый,  измученный  голос.  -
Боюсь... женщины не могут... идти.
     - Еще немного. Если надо, я понесу Илейну.
     - А Элура что, из железа?
     - Я смогу, - вяло скала она.
     - Я тоже, - вяло сказала Илейна.
     Они сумели; Перемирие Сумерек нас хранило, и еще не совсем  стемнело,
когда мы пришли к реке. И я увидел то место,  к  которому  шел:  маленький
остров, почти утес, посередине потока.
     - Посмотри! - сказал я Элуре. - Там безопасно!
     Но она отвела глаза и ответила неохотно:
     - Ничего не получится, Ортан. Мы не умеем плавать.
     И я улыбнулся, потому что только это и просто...
     - Смотрите, - сказал я им. - Я покажу, как гвары переправляются через
реки.
     Я вышел к самой воде и запел Песню Моста. Я пел и уходил в глубину, в
сочную зелень воды, в прохладную плоть потока. Я пел - и вот  шевельнулись
на дне уснувшие  водоросли  моста,  тугие  зеленые  плети  _и_х_е_и_.  Они
поднимались со дна, шевелясь, как уснувшие змеи, и песня сплетала их,  как
сплетают корзину, как прохладной весной ветки сплетаются в спальный навес.
Я пел - и мост поднимался из глубины, и вот он лег на воду широкой зеленой
лентой - от берега к берегу через наш островок.
     А когда мы прошли по мосту, я расплел ихеи и погрузил  их  в  сон  до
самой весны. Теперь никто не сможет их разбудить, пока  не  минует  зимнее
Междулунье.
     И вторая ночь Трехлуния расцвела над рекой.
     Ортан дал нам поспать, и я проснулась сама. Был  предрассветный  час;
серое небо спало над серой водой, и остренький серый холод покалывал тело.
Я медленно села, встала - и вдруг оказалось, что я бодра  и  здорова,  что
раны зажили и ужасно хочется есть.
     Ортан не спал; он успел развести костер, и над огнем бурлил котелок с
похлебкой. Я вдруг подумала: я никогда не видала Ортана спящим. Неужели  и
этим он отличен от нас?
     - Нет, - ответил он мыслью, - когда можно, я сплю. Но  я  могу  очень
долго не спать.
     - Ночью было спокойно?
     - Да, - сказал он. - Почти.
     Он был спокойный, открытый, и когда я к нему подошла, он  поднялся  и
обнял меня за плечи. И я прижалась к нему,  потому  что  все  решено,  все
будет так, как он хочет, и я... я тоже хочу!


     - Мы поплывем по реке! - сказала Элура.
     Волшебная сила Трехлуния исцелила за ночь ушибы и раны, а похлебка из
рыбы и черных грибов наконец-то насытила их.  И  солнце  грело  здесь  так
приветливо и добродушно; прохлада реки умеряла зной -  не  то,  что  среди
постылых равнин, таких красивых и так смертельно опасных.
     - Мы сделаем плот, Видите, сколько здесь сушняка?
     - Н-да, - сказал Норт. - Это ты к Ортану. Он норденец.
     - Я не знаю, - серьезно ответил Ортан, - я  был  мал,  когда  погибла
Нордена.
     - Глупости! - сердито сказала Элура. - Вон сухие  стволы,  а  у  тебя
есть веревка - помнишь, ты вытаскивал нас на скалу?  Мы  свяжем  несколько
бревен веревкой, обрубим пару стволиков потоньше на шесты - и поплывем.
     - А что, в реке нет опасных тварей? - спросил Норт.
     - В реке - нет, -  ответил  Ортан,  -  но  многие  из  опасных  умеют
плавать.
     - Н-да, - опять сказал Норт. - Не очень-то я воду люблю... ладно, как
велишь, командир. А ты что скажешь, светик мой? - спросил он Илейну, и она
невольно прижалась к нему.
     - Я... я не могу помочь... а мешать не стану. Я как вы.
     И они построили плот.
     На это ушло полдня. На это ушло бы несколько дней, не будь Ортан  так
непомерно силен.  Он  ворочал  бревна,  словно  шесты,  он,  как  прутики,
обламывал толстые сучья, он так затягивал узлы на веревке, что стволы  как
будто врастали друг в друга.
     Плот был груб и коряв, но плыть он мог, и после обеда они отплыли.
     Это было чудесно - никуда  не  идти,  а  сидеть  на  теплых  шершавых
бревнах, слушать лепет воды и смотреть на зеленую гладь,  живую,  упругую,
просвеченную лучами.  А  мимо  плывут  берега,  опасности,  смерть,  и  мы
недоступны для  них,  но  палец  лежит  на  спуске,  и  потому  наш  покой
прекрасен, как никогда.
     - Ортан, - спросила Элура, - если мы продержимся?..
     - Будет Второй Запрет. Целых три дня.
     - А потом?
     - За это время мы должны добраться до моря.
     - Там мы будем в безопасности?
     - Нет, - ответил он неохотно и  налег  на  шест,  возвращая  плот  на
струю. - Нет, - сказал он. - Мы выйдем далеко от того места,  куда  должны
были  выйти.  Это  все  равно,  -  сказал  он.  -  Теперь  мы  не   сможем
воспользоваться Переправой.
     - Ну и что теперь?
     - Нам придется отдаться на милость лорнов. Я этого не хотел. Лорны не
любят людей.
     - Лорны? - спросил Норт. - Водяные? Неужто взаправду? Ну, дела!
     - Я ничего не знаю о лорнах, - сухо сказала Элура.
     - Так ты ж у нас Штурман, ученый муж, а это все сказочки для дураков.
Водяные, лешие, ильфы... кто там еще, а, Ортан?
     - Подземные и ночные, - спокойно ответил Ортан. - Но это не здесь,  а
за Великой Рекой.
     - Ну и что лорны?
     - Они сопричастны Сообитанию, но не входят в него. У них свои законы.
Они пользуются орудиями и строят дома - на дне.
     - Значит, им это можно? Почему?
     - Они не меняют, - ответил Ортан. - Они  живут  в  море  и  почти  не
выходят на сушу. А  если  выходят,  не  покидают  своих  заповедных  мест:
брачных угодий и выводковых лагун.
     - А откуда они знают людей?
     - Люди напали на них когда-то, - угрюмо ответил он. - Давно,  еще  во
времена Начала. Лорны похожи на нас. Когда люди  убили  лорна,  они  убили
этих людей. Тогда люди с летающих  неживых  разрушили  их  город.  Они  не
забыли, - сказал он хмуро. - Они могут убить нас раньше, чем я запою.


     Мы плыли весь день, и смерть миновала  нас.  Порою  на  нас  нападали
могучие гарфы, но стоило только Элуре поднять самострел, они,  оскорбленно
крича, взмывали обратно, потому что бесцельная смерть не нужна никому.
     Нам часто грозили, но никто не напал всерьез. Я знал почему:  вот-вот
закончится день, и начнутся сражения Третьей Ночи.  Сообитание  терпеливо.
Оно не тратит зря драгоценные жизни -  жизни  лучших,  еще  не  оставивших
новую  жизнь.  Когда  минует  пора  Второго   Запрета,   найдется   немало
проигравших в брачной игре, чьи жизни не так  уж  важны  для  вида.  И  им
предстоит уничтожить нас.
     Мы плыли до вечера, до Перемирия Сумерек, а потом с трудом  причалили
у длинной косе. Мы с Нортом занялись рыбной ловлей:  я  песней  подманивал
рыб, а он колол из мечом. Как хорошо, что рыба не знает Трехлуния, ее пора
- Междулуние ранней весны.
     Костер уже разожгли, когда я почуял Зов. Как будто огонь пробежал  по
телу, и мышцы налились тяжелой  силой,  и  я  вскочил,  готовый  бежать  и
драться, но тихий смех... я улыбнулся  Элуре,  сел  рядом  с  ней  и  стал
глядеть на огонь.


     У нас, в Обитаемом Мире,  считали  Трехлуние  самой  недоброй  порой.
Когда на небе все три  луны,  и  ночи  полны  их  ярким  обманным  светом,
исчерканы и запутаны их тройными тенями, сиди лучше дома и  не  выходи  за
порог - иначе тебя не минует беда.
     А здесь, на равнине, Трехлунье прекрасно. Цветная,  сияющая,  веселая
ночь  лежит  над  веселой  разноцветной  землей,  и  гладкие   воды   реки
перекрещены  радостными  лучами.  Какое-то  беспокойство,  тревога  -   но
радость. Тревога - и радость. Нет! радостная тревога!
     Уснула только Илейна - мы, трое, не можем спать. Сидим  над  погасшим
костром, и ночь облекает нас своим беспощадным, заманчивым  беспокойством.
И так непонятно, что в этой веселой ночи сейчас идет война не на жизнь,  а
на смерть. Что многим не придется увидеть утра...
     - Фоил, - тихо сказала Элура. - Где он сейчас? Что с ним?
     - А куда он ушел? - спросил Норт. - Вы все меж  собой.  Хоть  бы  что
сказали!
     - Я думала, ты догадался, - сказала Элура. - В Трехлуние  рунги-самцы
всегда дерутся.
     - Рунги? Тьфу-ты! - сказал он, - я и забыл! Так он же совсем телок.
     - Он взрослый, - тихо сказал Ортан. - Он должен драться.
     - А не сказать, чтоб у вас тут тихое место! И дерутся, и  охотятся...
Ортан, - сказал он, - ты мне вот что объясни: что я такого наделал? Почему
тебе можно убивать, а мне нет?
     - Нельзя  оружием,  -  тихо  ответил  Ортан.  -  Мечом  слабый  убьет
сильного, глупый - умного. Сообитанию так не  нужно.  Нужно,  чтобы  выжил
сильный или умный. Для того и хищники, чтоб живые не вырождались.
     - Ага! Нечестно, по-вашему! А это честно: всей стаей на одного?
     - Да, - твердо ответил Ортан. - Если ты сильный  -  ты  заставишь  их
отступить. Если быстрей - убежишь. Если умный - спрячешься там,  где  тебя
не достанут. А если не сможешь - значит, ты слабый, тебе незачем жить.
     - Ну и подлый же у вас закон!
     - Наши законы были не лучше, - сказала Элура. - Знаешь, Норт, в  этом
есть хоть какой-то резон. Наши войны  съедали  как  раз  лучших.  Сильные,
смелые, умные - они умирали, а какой-нибудь хилый  трус  мог  пережить  их
всех.
     - Ну и что? Наплевать на все наше и самим быть как... как звери?
     - Нет, - тихо сказала Элура. - Мы не сумеем.


     А наутро они ушли от реки. Никому до них больше не  было  дела.  День
затих в терпеливом и радостном ожидании, даже ветер заснул, даже птицы  не
пели, и не брызгала из-под ног травяная мелочь.
     Они рано устроились на ночлег -  в  первом  же  пригодном  для  этого
месте, что-то наспех поели и заснули, как по приказу. А потом проснулись -
тоже как по приказу.
     Ночь  Трехлуния  встала  во  всей  красе:   чуть   надкушенный   диск
серебристой Мун, золотистая четвертушка Фебы  и  невинный  розовый  серпик
Офены осветили небо трехцветным огнем, перепутали  и  смешали  трехцветные
тени, растворили тревогу в сияющей тишине.
     Руки встретились, пальцы сплелись,  жар  растекся  по  телу,  и  они,
вдвоем, побежали прочь от костра.
     Они мчались, летели, плыли, и безумная ночь  летела  вокруг;  сладкий
лепет любви, жаркий трепет желания,  воздух,  словно  огонь,  он  обжигает
грудь, он обнимает тело тяжелой истомой.
     Пламя, трехцветное пламя, сладкая боль желания - и она вдруг  поняла,
что срывает с себя одежду. Руки, губы, холод травы, тепло  его  тела;  она
вскрикнула и  засмеялась,  освободившись  от  обидного  своего,  постылого
девства.
     И они бежали опять, и падали, и свивались,  растворяясь  в  тепле,  в
пламени, в жаркой истоме, а безумная ночь все длилась и длилась,  обнимая,
сжигая их, торопя.


     В этот день они никуда не ушли.  Этот  день  был  просто  преддверием
ночи, и они ее ждали без нетерпения: тихая дрема, прикосновения,  взгляды,
мысли, слитые, как тепло обнявшихся тел.
     Что-то  ели,  не  чувствуя  вкуса,  отвечали,  не  слыша,  словно  их
разделили стеклянной стеной: Норт с Илейной с одной стороны, Элура и Ортан
- с другой, и от этого общая радость их только полнее.
     А когда наступила ночь, они встали и разошлись, каждый  в  свое  -  в
единственное! - Трехлуние. И опять понесла  их  безумная  ночь,  распаляя,
обманывая, торопя, и с лихвой выполняя все обещания.
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 6 7 8 9 10 11 12  13 14 15
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама