как в Трое Ифан дракона огнетушителем?
- Не знаю, Гоги, что-то сейчас у меня ничего не придумывается, -
сказал я, - хотя, конечно, может и удастся чего сымпровизировать.
Интересно, что Аль-Халиди теперь замышляет.
- Знаешь, Ифан, у меня слошилось фпечатление, что он тоше
импровизирует. Как тумаешь, он нас засек?
- Думаю, да. Он ведь улетучился через твою блокировку. Должен
был ее почувствовать. Вот только что он с этим делать будет-
- Вот об этом ты не беспокойся, - заметил Гоги, - как сделает - тут
же узнаем.
- И будем опять плестись в хвосте событий?
- Хотя бы и так. Или ты предпочитаешь быть из них вовсе
выключенным?
- Тоже верно. А раз такое дело, пойду ка я посмотрю, не натворил
ли он еще что-нибудь?
- Валяй.
Во всем Питтсбурге бодрствовали, пожалуй, одни только
телевизоры в витринах. Хотя нет, в центральной части работали какие-
то увеселительные заведения. Мне, впрочем, не было до них никакого
дела. Великая вещь - журналистика, не нужно самому находиться в
тысяче мест одновременно. По CNN крутили какую-то рутину, диктор
увещевал, что все спокойно. Да так оно и было, это я увидел по его
глазам: случись что, снова были бы квадратные.
- Интересуетесь? - раздался голос у меня за спиной.
- Угу-
- Не беспокойтесь, дня два интересоваться будет нечем. Между
прочим, вы меня сегодня почти поймали.
Я резко развернулся. Ростом выше среднего, лицом похожий на
Ясира Арафата, мой собеседник, одетый в восточного вида наряд,
вполне подходил под описание, данное Джеффом Гаруну Аль-Рашиду.
- Аль-Халиди?
- Ахмед ибн-Хуссейн Аль-Халиди, с Вашего позволения. Только
вам меня не взять, нипочем не взять.
- Вы же сами сказали, что мы вас почти поймали.
- Почти поймали, почти! Не знаю, кто вы и откуда, но я-то был
лучшим по колдовской части во всей дружине самого Гаруна Аль-
Рашида, а это что-нибудь да значит!
- Однако, от скромности Вы не помрете. Сумели же Вас заточить!
- Дело прошлое, к тому же с тех пор у меня была уйма времени,
чтобы усовершенствовать теорию.
- Ладно, посмотрим. Кстати, о том, кто мы и откуда, а также кто
нас послал-
Я полез в карман за Гарун-аль-Рашидовым колечком, но Аль-
Халиди меня прервал:
- Ни слова больше! Все равно я смываюсь отсюда. Привет! - и
джинн, как стоял, так и устремился вверх.
- Холодильник, где я сидел, я залепил жевательной резинкой,
можно включать! - донеслось с высоты. Поравнявшись с верхними
этажами небоскребов, Аль-Халиди обратился в язык пламени и исчез в
ночном небе, оставив на тротуаре меня и негра преклонных годов -
сторожа автостоянки, которому мы накануне вечером едва не
свалились на голову. Видать, он возвращался домой с дежурства.
Сейчас он только качал головой и чего-то ворчал насчет
распущенности современной молодежи: уж в его-то времена никто не
позволял себе летать без самолета-
-==IX==-
В университетском Интернет-кафе (на поверку - обычный
Макдональдс, только что с сетевыми терминалами) народу в этот
утренний час было немного. Это нас вполне устраивало: хоть ни
видеоконференциями, ни преобразованием изображения их
участников к самому экстравагантному виду, этим давним потомком
идеи псевдонимов, никого уже не удивишь, особенно после
вчерашнего, но все-таки-
Гарун аль-Рашид был немало удивлен:
- Ну вы даете! Прямо вот так, в открытую- А как же принцип
невмешательства?
- Есть шанс, что приказал долго жить. Чтобы долго не
рассказывать, почитайте, что тут творится!
Я послал султану подборку новостей, посвященную питтсбургским
событиям последних дней, которую составил, пошарив по бесплатным
страничкам ведущих информационных агентств, перед тем как
связаться с Карфагеном.
- Так- Ого! Ну, дела- Эдак придется собирать Всемирный совет,
расхлебывать всю эту кашу.
- Ну, это уже вне нашей компетенции. Но вот еще что, - я
пересказал султану свой неожиданный разговор с джинном, - Как Вы
думаете, на что он теперь способен?
- Так- Для начала - на двухдневную паузу. В этом любому джинну
можно верить, как себе самому. А потом - на что угодно. И кстати, в
любой точке земного шара.
- Милое дело! И где же нам его перехватывать?
- Нигде. Вы же не можете быть сразу повсюду. Вот выкинет
очередную штуку, тогда и будете думать, что делать. Да, кстати, а как
Вы оттуда вышли на мой сетевой адрес?
- Это как раз просто: ввел с клавиатуры - и готово дело. Да и
потом, переводил же император Кассий оттуда сюда деньги.
- Так ведь это отсюда, сам будучи здесь-
- Никакой разницы нет. Сеть слишком велика, чтобы на такие
соединения кто-либо обратил внимание. На поисковых машинах
ссылок на сказочный мир нет, а без них кто не знает - не доберется,
Вы же знаете.
- Да, действительно. Так- Ну, вот что. Придется вам посидеть в
Питтсбурге, а уж когда он объявится - не мешкайте.
- Быть посему, Ваше величество.
Эти два дня и в самом деле прошли более чем спокойно. На
новостных каналах место репортеров заняли комментаторы, которые
вместе с научными обозревателями принялись вполне успешно
забалтывать недавние события, плавно подводя общественность к
мысли, что все, что было в Питтсбурге - происки неизвестных
информационных террористов, подпольным образом подключившихся
к телестудии ледовой арены, благо при современном уровне развития
вычислительной техники не составляет труда сфальсифицировать
любую видеосъемку, да так, что ни один эксперт не отличит от
сделанной по-честному, а что до предшествовавших событий -
вероятно, эти же невыявленные террористы устроили сеанс массового
гипноза, может быть распылив предварительно в воздухе какую-
нибудь химию, вызывающую галлюцинации.
Слушал я весь этот бред и поневоле вспоминал роман "Мастер и
Маргарита" Булгакова, где именно в таких ввыражениях описывалось
официальное объяснение соответствующих органов, данное всему
тому, что натворил дьявол в Москве. Все-таки официальные органы
есть официальные органы, независимо от времени и пространства.
Всегда-то все у них "под контролем", даже если на самом деле совсем
наоборот, ибо на такой случай всегда приготовлено объяснение,
основанное на предположении о чьих-то происках-
Как бы то ни было, в среду линии связи мировых агентств опять
раскалились, сообщая о странном землетрясении в Италии. Первая
странность его была в том, что единственным местом, где оно
проявилось, был расположенный в относительно сейсмически
благополучном районе город Пиза, главной достопримечательностью
которого, как известно любому мало-мальски эрудированному
человеку, была знаменитая падающая башня. И вторая странность -
вместо того, чтобы окончательно разрушить это примечательное
сооружение, как того можно было ожидать, подземный толчок ее
выпрямил, оборвав попутно все провода, связывавшие город с внешним
миром. Вот только спутниковую связь этот каприз стихии нарушить не
смог, поэтому глаза ведущего новостей ABC, вновь имевшие форму и
размер телевизора, сменились прямой трансляцией из Пизы.
Башня действительно стояла прямо. На ее фоне репортер ABC нес
какую-то околесицу насчет того, что наконец-то благодаря капризам
природы мы видим эту башню такой, какой замышлял ее архитектор.
Какая глупость! Ведь как известно, эту башню отстроили примерно на
треть и остановились, потому что она начала заваливаться. Впрочем, в
горячке можно позабыть и не такие факты, относятся они к делу или
нет. К тому же все равно парень сам себя прервал на полуслове, ибо
опять что-то произошло:
- Погодите, что-то появилось на верхушке башни- Джон, снимай
же!
Оператор по имени Джон уже и так направил объектив на
верхушку, дав максимальное увеличение. Там чернела фигурка
человека небольшого роста, в темно-сером развевающемся на ветру
пальто, лысого, с короткими усами и бородкой. В одной руке
человечек держал свернутую в трубку кепку, а другую простер вперед,
как- Вот именно. Помните проект Дворца Советов, ради которого в
Москве взорвали храм Христа Спасителя? Во-во. Итак, человечек
простер руку вперед и заговорил по-русски, совершенно пародийно
картавя:
- Товагищи! Выпгямление падающей башни в Пизе, о
необходимости котогого так долго говогили большевики, свегшилось!
Уга, товагищи! А тепегь, пголетая над Пизой, посылаю вас всех-
посылаю вам всем пламенный пгивет! Кар-р! - он раскинул руки,
прыгнул в воздух, обернулся вороной и скрылся из виду. Лица
телевизионщиков после этого я не буду описывать, ибо русский язык
при всем своем величии недостаточно для этого могуч.
Чеховские три сестры, помнится, все время причитали: "В Москву!
В Москву!" Нам теперь впору было точно так же причитать: "В Пизу! В
Пизу!" Еще бы в этих причитаниях был хоть малейший смысл- Мы
стояли у информационного табло питтсбургского аэропорта, глядя на
мелькающие строчки о взлетающих один за другим разноцветных
лайнерах. Легальный путь на них - через стойку регистрации - был
нам заказан. Как сказал бы почтальон Печкин: "Потому, что у вас
документов нету." Хорошо джиннам, эти настоящие воздушные асы
способны на полет в любую точку земного шара, затратив на него от
силы часа четыре, а с карфагенской катапульты - и того быстрее. Нам
же придется таиться, проникать на борт зайцем, в виде дыма. К тому
же прямого сообщения с Италией из Питтсбурга не было. Таким
образом, налицо все прелести: мало того, что полдня болтаться в
газообразном состоянии, так еще и пересадку делать! Я чесал в
затылке, не решаясь настаивать на таком малоприятном маршруте.
- Какие проблемы, шеф? - раздаля у меня над ухом знакомый
скрипучий голос.
- Банни! Ну что Вы тут делаете, при всем честном народе? Ведь
невесть что подумают!
- Подумают: переоделся человек кроликом, его дело. Не
беспокойтесь Вы, им тут уже не до удивлений. Куда-то хотите
отправиться?
- Хотеть-то хотим, только в самолет не пускают. А зайцем -
неудобно-
- Может, кроликом удобнее будет?
- Нет, герр кролик, - ответил Глюк, - ни кроликом, ни зайцем, ни
морской сфинкой.
- А оно вам вообще надо, шеф?
- Джинн в Европе, занчит мы за ним, - грустно констатировал
Сквозняк.
- Да нет, я имею в виду, зачем непременно самолетом? Ну их в
баню!
- Вы мошете претлошить что-то еще?
- Могу. Хотите пешком?
- Ответить вежливо или честно?
- А на летающей тарелке? Доконаем их тут всех!
- А тарелку где взять?
- Где, где! В Голливуде! Хотите я поговорю с ребятами?
- Что, прямо сейчас?
- Хотя бы.
Не дожидаясь ответа, кролик юкнул в какую-то щель.
- Ерунда какая-то, - подытожил Ежи, - Ладно, когда тут у них
ближайший рейс? - он повернулся к табло.
- Вон, через сорок минут, на Нью-Йорк, - предложил я, - Из Нью-
Йорка летают по всему миру, там не придется ждать больше десяти
минут.
- Хорошо, ждем рейса на Нью-Йорк.
Мы не дождались рейса на Нью-Йорк. Через четверть часа под
сводами зала ожидания раздалось объявление:
- Международную оперативную группу, следующую специальным
рейсом Питтсбург - Пиза, просим пройти на посадку к четвертому
посадочному коридору Повторяю-
Голос информатора дрожал, к тому же объявлению предшествовал
нервный глотательный звук. Тем не менее, я переглянулся с Ежи:
- Идеальный вариант! Доедем, как короли. Вперед!
Мы испарились и направились в зал регистрации, а оттуда,
руководствуясь развешанными повсюду указателями, к посадочному
коридору номер четыре - длинной, в рост человека высотой,
телескопической кишке, которая выдвигается из стены здания
аэропорта и упирается в открытый люк самолета. В России это пока
экзотика (или уж точно была экзотика до того, как меня выдернули в
сказочный мир), хотя остальной технологический мир пользуется
такими штуками уже лет тридцать.
Вопреки ожиданиям, коридор был пуст, ни малейшего следа этой
самой международной оперативной группы. Впрочем, вскоре
