околоземных станций. Прицел оказался неточным - и на Земле появился первый
искусственный метеоритный кратер. Погибло двести пятьдесят человек. После
этого население планеты Земля стало весьма неодобрительно относиться к
космическим стрельбам.
- Гораздо лучше использовать астероид с подходящей орбитой, - продолжал
Уоррен. - У нас есть уже три на примете. Но желательно, чтобы там был
углерод для изготовления суперволокна. Так мы убьем одним камнем двух
зайцев.
- Камешек, пожалуй, великоват, но идея мне нравится. Лунная катапульта
не годится - мы заняли бы ее на многие годы, и часть грузов неизбежно будет
потеряна. Если масса вашего астероида окажется недостаточной, мы поднимем
недостающее с помощью самого лифта. Хотя я бы предпочел не тратить столько
энергии.
- Этот способ может оказаться самым экономичным.
- Разве? - сказал Морган. И добавил после минутной паузы: - Если так,
космические инженеры скоро меня возненавидят.
"Почти так же, как преподобный Паракарма", - продолжил он про себя.
Впрочем, он несправедлив. Истинным приверженцам религии чувство
ненависти ныне непозволительно. Там, в храме, глаза Чома Голдберга выражали
другое: непоколебимую решимость бороться до конца. Бороться любыми
средствами.
18. ПРИГОВОР
Среди многочисленных качеств Поля Сарата было одно неприятное: он мог
радостно или печально - в зависимости от события - позвонить в самое
неожиданное время и спросить: "Вы уже слышали новость?" Раджасинху иногда
так и подмывало ответить: "Слышал - и ничуть не удивлен", но у него не
хватало духа лишать Поля маленькой радости.
- Ну, что на этот раз? -- спросил он без энтузиазма.
- По второму каналу передают беседу Максины Дюваль с сенатором
Коллинзом. Кажется, у нашего Моргана неприятности. Я вас вызову.
Раджасинха нажал клавишу. Возбужденное лицо Поля уступило место
изображению Максины Дюваль. Она сидела в хорошо знакомой студии и
разговаривала с Президентом ВСК, явно чем-то возмущенным.
- ...сенатор Коллинз, сейчас, тогда приговор Международного суда уже
вынесен...
Раджасинха надавил клавишу "Запись", выключил звук и тут же активировал
канал личной связи с АРИСТОТЕЛЕМ.
- Доброе утро, Ари. Меня интересует сегодняшнее решение Международного
суда по делу храма Шри Канда. Только кратко.
- Заключение 1. Право на вечную аренду храмовой земли подтверждается
законодательством Тапробани, а также Всемирным законодательством и
зарегистрировано под номером 2085. Решение единогласное. Заключение 2.
Проектируемое сооружение орбитальной башни с сопутствующими ей шумом и
вибрацией на территории, имеющей большую культурную и историческую ценность,
противоречит статьям Гражданского кодекса. На данном этапе общественная
значимость проекта недостаточна, чтобы повлиять на мнение суда. Принято
четырьмя голосами против двух при одном воздержавшемся.
- Спасибо, Ари. Бумажной копии не нужно. До свидания.
Все произошло так, как и следовало ожидать. Однако Раджасинха не знал -
радоваться ему или печалиться.
Ему, всеми корнями связанному с прошлым, приятно было сознавать, что
древние традиции все еще чтут и сохраняют. Какие бы странные формы ни
принимали убеждения людей, их нужно всячески оберегать. Если, разумеется,
они не затрагивают общественных интересов.
В то же время Раджасинха испытывал легкое сожаление. Он почти убедил
себя, что только фантастическая затея Моргана может спасти Тапробани (а
заодно и весь остальной мир) от сытого, самодовольного конца. Теперь суд
закрыл этот путь. Если не навсегда, то на многие годы.
На пульте уже с минуту горел огонек вызова. Раджасинха надавил клавишу.
- Вы все поняли? - спросил профессор Сарат. - Это конец Ванневара
Моргана.
Несколько секунд Раджасинха задумчиво смотрел на старого друга.
- Вы склонны к поспешным выводам, Поль. Хотите пари?
* Часть III. КОЛОКОЛ *
19. ЛУНДОЗЕР
- Знаете, доктор Морган, в чем ваше несчастье? - сказал человек в
кресле-каталке. - Просто вы не на той планете.
- По-моему, - отпарировал Морган, - это относится и к вам.
Министр финансов Народного Марса (Кларк употребляет русское слово
"народный". - Ред.) понимающе улыбнулся.
- Ну, я-то здесь всего на неделю. Скоро Луна, нормальная тяжесть.
Конечно, я мог бы и ходить, если нужно, но колеса, по-моему, лучше.
- А зачем вам вообще прилетать на Землю?
- Иногда необходимо самому находиться на месте событий. Вопреки
распространенному мнению, связь - еще далеко не все.
Морган кивнул: министр прав. Нет числа случаям, когда структура
какого-то материала, ощущение камня и почвы под ногой, запах леса, брызги
воды на лице были жизненно важны для его проектов. Возможно, когда-нибудь
даже это научатся передавать по радио. Но нужно остерегаться подделок.
- Если вы прилетели специально ради меня, - сказал Морган, - я очень
польщен. Но не предлагайте мне работу на Марсе. Я рад отставке: теперь я
иногда вижусь с родными и друзьями и не собираюсь начинать все сначала.
- Но вам всего пятьдесят два. Как вы сможете без работы?
- Дел сколько угодно. Меня всегда интересовали древние инженеры -
римляне, греки, инки, - но никогда не было на них времени. Мне предлагают
курс во Всемирном Университете, предлагают написать учебник по новейшим
методам строительства. Я мог бы развить некоторые свои идеи...
- Но все это не то. Рано или поздно вам надоест писать и говорить. Вы
творец, доктор Морган. Один из тех людей, которые счастливы, лишь когда
создают мир своими руками.
Морган не ответил. Стрела попала в цель.
- А как вы отнесетесь к тому, что мы очень интересуемся космическим
лифтом?
- Скептически. К вам я уже обращался. Мне ответили, что идея
превосходна, но средства пока нужны для развития Марса. Как обычно: с
радостью поможем... когда помощь уже не будет нужна.
- Это было год назад, сейчас все изменилось. Теперь мы за строительство
лифта. Но не на Земле. На Марсе. Интересно?
- Да. Продолжайте.
- На Марсе притяжение втрое меньше, чем здесь. Синхронная орбита ниже в
два раза. Наши подсчитали, что строительство системы на Марсе обойдется на
порядок дешевле.
- Вполне возможно.
- Это не все. Несмотря на разреженную атмосферу, ураганы на Марсе
бывают. Но у нас есть недоступные для них горы. Шри Канда - всего лишь
жалкий пятитысячник. Наш Монт Павонис, находящийся точно на экваторе,
поднимается на 21 километр. И никаких монахов... А Деймос, как вы помните,
расположен всего в трех тысячах километров над стационарной орбитой, так что
мы уже имеем несколько миллионов мегатонн как раз там, где нужен противовес.
- Но Земле нужен лифт, - сказал, помолчав, Морган. - Вы знаете почему.
Зачем он Марсу?
- Вы слышали о проекте "Эос"? О плане возрождения Марса?
- Знаю. Вы хотите растопить полярные шапки?
- Именно так. Если это удастся, увеличится плотность атмосферы. Можно
будет обходиться без скафандров, в дальнейшем воздух станет пригодным для
дыхания. Появятся реки, небольшие моря, а потом и растительность. Через два
века Марс превратится в райский сад. Это единственная планета, которую может
преобразовать современная техника.
- Ясно. Но при чем здесь лифт?
- Потребуется поднять на орбиту несколько мегатонн. Чтобы разогреть
Марс, нужны зеркала в сотни километров диаметром. Когда льды растают, они
будут поддерживать нормальную температуру.
- Разве нельзя добыть сырье в ваших копях НА астероидах?
- Кое-что - несомненно. Но лучшие зеркала для таких целей изготовляют
из натрия, а в космосе он редок. Удобнее воспользоваться соляными залежами
Тарсиса. К счастью, они расположены рядом, у самого подножия Павониса.
- Что ж, все это очень интересно, - сказал Морган, - но вы, возможно,
не понимаете, что предстоит большая работа в самых разных областях.
Промышленное производство суперволокна, проблемы надежности и контроля... Я
мог бы продолжать весь вечер.
- Не надо. Мы не выжили бы на Марсе, если бы не обращали внимания на
мелочи. Наши инженеры ознакомились со всеми вашими отчетами и предлагают
провести модельный эксперимент. Он решит многие технические вопросы и
докажет принципиальную осуществимость проекта.
- А что здесь доказывать?
- Я с вами согласен. Но наглядная демонстрация, как ни удивительно,
изменит многое. Соорудите минимально возможную систему - просто проволоку с
грузом в несколько килограммов. Спустите ее с орбиты на Землю. Если система
сработает здесь, то на Марсе и подавно. Затем поднимите по ней что-нибудь
наверх, и все увидят, что ракеты устарели. Эксперимент обойдется
сравнительно дешево, даст практический опыт и, как нам кажется, избавит от
многолетних споров.
- Да, вы действительно все обдумали. Когда вам нужен ответ?
- Честно говоря, сейчас. Но, в конце концов, дело терпит.
- Хорошо. Направьте мне все ваши материалы. Свое решение я сообщу через
неделю, самое позднее.
- Благодарю. Вот мой номер. Можете связаться со мной в любое время.
Моргая ввел идентификатор министра в память своего коммуникатора. Но,
пожалуй, он уже и так все решил.
Если в расчетах марсиан нет существенной ошибки - а она маловероятна, -
его безделью конец. Морган знал за собой это: на сравнительно пустяковые
шаги он решался с трудом, но в поворотные моменты жизни не колебался ни
секунды. И почти никогда не ошибался.
Когда министр укатил в своем кресле - ему предстоял долгий путь в Порт
Спокойствия через Осло и Гагарин, - Морган обнаружил, что не в состоянии
заниматься делами, запланированными на этот длинный северный вечер. Мысли
его лихорадочно зондировали неожиданно изменившееся будущее.
Безнадежно вздохнув, Морган встал из-за стола и вышел на веранду. Было
безветренно, холод совсем не мешал - был скорее бодрящим. Небо сверкало
звездами, и желтый серп Луны опускался навстречу своему отражению в фиорде,
таком темном и неподвижном, что его вода казалась полированным черным
деревом.
Где же Марс? Морган, к стыду своему, понял, что не знает даже, виден ли
он сегодня. Скользя взглядом вдоль всей эклиптики, от Луны до ослепительной
Венеры и дальше, он не находил в россыпях небесных алмазов ничего похожего
на красную планету. Удивительно - совсем скоро он, который никогда не был
дальше лунной орбиты, будет любоваться великолепными пунцовыми ландшафтами и
крошечными марсианскими лунами, быстро сменяющими фазы...
В этот момент его мечта рухнула. На мгновение Морган прирос к месту,
затем кинулся обратно в отель, позабыв о красоте ночи. Вскоре он уже стоял в
кабине связи с глобальным информационным центром, один на один со всеми
человеческими знаниями.
В студенчестве Морган выиграл не одно соревнование по скоростному
поиску информации, первым отвечая на запутанные вопросы, составленные
изобретательными до садизма судьями. ("Каково было количество атмосферных
осадков в столице самого маленького государства в день, когда в бейсбольном
матче студенческого первенства было набрано наибольшее число очков?" - этот
вопрос Морган вспоминал с особенной нежностью.) Его сноровка с годами еще
увеличилась, к тому же сейчас он задавал совершенно прямой вопрос. Через
тридцать секунд дисплей выдал ответ.
Морган с минуту смотрел на экран, затем недоуменно покачал головой.
- Этого они проглядеть не могли, - пробормотал он. - Но как же они
выкрутятся?
Морган нажал кнопку "бумажная копия" и забрал тонкий листок в комнату,