Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#4| Boss fight with the Queen
Aliens Vs Predator |#3| Escaping from the captivity of the xenomorph
Aliens Vs Predator |#2| RO part 2 in HELL
Aliens Vs Predator |#1| Rescue operation part 1

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Зарубежная фантастика - Гарри Гаррисон Весь текст 335.11 Kb

Плененная вселенная

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5  6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 29
посмотрел на жреца и ничего но ответил.
     - Ты отказался повиноваться. Тебе известно наказание? - голос старика
дрожал от злобы,
     - Я не отказывался повиноваться, поэтому и наказания быть не может.
     Жрец полупривстал в изумлении, услышав эти простые  слова.  Потом  он
вновь опустился на свое место, а глаза его сузились от гнева.
     - Ты однажды уже говорил подобным образом  и  был  избит,  Чимал.  Со
жрецами не спорят.
     - Я не спорю, преподобный Китлаллатонак, я просто  пытаюсь  объяснить
случившееся...
     - Мне не нравится, как звучит твое объяснение, - прервал его  жрец.  -
Тебе неизвестно назначение этого места в мире? Тебя учили  этому  в  школе
храма, как и других мальчиков. Боги учат, жрецы переводят и  объясняют  их
учение. Люди повинуются. Твой долг - повиноваться,  и  ничего  другого  ты
делать не должен.
     - Я исполняю свой долг. Я  повинуюсь  богам.  Я  не  повинуюсь  своим
соплеменникам,  когда  они  сами  начинают  вершить  дела  в  мире  богов.
Повиноваться им означало бы впадать в грех, наказание за который - смерть.
Поскольку я умирать не хочу, я повинуюсь богам даже тогда, когда смертные
ополчаются против меня.
     Жрец моргнул, потом указательным пальцем смахнул песчинку  из  уголка
глаза.
     - Каково бы ни было значение твоих слов, - проговорил он с  сомнением
в голосе, - это боги повелели тебе жениться.
     - Нет, не боги, а люди пожелали этого. В священных  книгах  творится,
что мужчины должны жениться ради  плодородия  и  женщины  должны  выходить
замуж ради плодородия. Но там не говорится, в каком  возрасте  они  должны
это делать, так же как не говорится и о том, что их  должны  принуждать  к
этому силой.
     - Мужчины женятся в возрасте двадцати  одного  года,  женщины  выходят
замуж в шестнадцать...
     - Это обычай, но и только. И он не имеет ничего общего с законом.
     - Раньше ты спорил, - холодно сказал жрец,  -  и  тебя  избили.  Тебя
могут избить снова...
     - Бьют мальчиков, но вы не можете бить взрослого мужчину за  то,  что
он говорит правду. Я прошу лишь позволить мне следовать закону богов - как
можно наказывать меня за это?
     - Принесите мне книги  закона,  -  сказал  жрец  ожидающим.  -  Нужно
показать ему правду раньше, чем он будет  наказан.  Я  не  помню  подобных
законов.
     Чимал спокойно сказал:
     - А я хорошо их помню. Они таковы, как я сказал.  Жрец  сидел  прямо,
сердито мигая на проникающий в храм солнечный луч. Этот луч  света  словно
оживил память Чимала и он проговорил:
     - Я помню также, что вы говорили нам о солнце и звездах,  что  читали
по книгам. Солнце - это шар из кипящего газа, движимый богами, ведь так вы
нам говорили? Или же вы говорили, что  солнце  оправлено  в  бриллиантовый
обруч?
     - Что это ты говоришь о солнце? - нахмурившись, спросил жрец.
     - Ничего, - ответил Чимал. А про себя подумал: "Нечто такое, о чем не
осмеливаюсь сказать вслух, иначе очень скоро я буду мертвым,  как  Попока,
который первым увидел луч. Я тоже  видел  его,  и  он  походил  на  сияние
солнца, воды или драгоценного камня. Почему жрец не сказал им о  том,  что
делает в небе вспышку света?" Жрецы вынесли книги,  и  он  забыл  о  своих
мыслях.
     Книги  были  переплетены  в  человеческую  кожу,  были  древними    и
достойными благовония: в дни празднеств жрецы читали куски из них.  Сейчас
они положили их на камень и удалились. Китлаллатонак пододвинул их к себе,
взял верхнюю, потом другую.
     - Ты хочешь читать вторую книгу Тецкатлипока, - сказал Чимал. - То, о
чем я говорил, на тринадцатой или четырнадцатой странице.
     Книга упала с громким стуком, а жрец устремил взгляд на Чимала:
     - Откуда тебе это известно?
     - Мне говорили, а я запоминал. Об этом говорили вслух,  и  я  запомнил
номера.
     - Ты умеешь читать, вот почему тебе известно. Ты тайно  пробирался  в
храм, чтобы читать запрещенные книги.
     - Не будь глупцом, старик. Я раньше никогда не бывал в храме.  Просто
я помню, вот и все. - Удивление жреца было безмерным. - И я  умею  читать,
если ты желаешь знать, Это тоже не запрещено. В школе я узнал числа, как и
другие дети, научился писать свое имя - тоже,  как  и  другие  дети.  Пока
другие учились писать свои имена, я внимательно слушал  звуки  и  заучивал
буквы. Это оказалось очень просто.
     Жрец ничего не ответил  - он просто не был способен выдавить из  себя
ни звука. Вместо этого он рылся в книгах до тех пор, пока не нашел ту,  на
которую указал Чимал. Тогда он стал медленно листать страницы, вслух читая
слова. Он читал, переворачивал страницы, вновь читал. Наконец  он  опустил
книгу.
     - Видишь, я прав, -  сказал  ему  Чимал.  -  Я  скоро  женюсь,  и  по
собственному выбору, после того как поговорю обстоятельно  с  вождем  моего
клана и со свахой. Вот как нужно делать по закону...
     - Не говори мне о законе, маленький человечек! Я - Верховный жрец,  я
- закон, а вы должны повиноваться мне.
     - Мы все повинуемся тебе, великий Китлаллатонак, -  спокойно  ответил
ему Чимал. -  Никто  из  нас  не  преступает  закона,  и  все  имеют  свои
обязанности.
     - Ты имеешь в виду меня? Ты осмеливаешься  говорить  об  обязанностях
жрецу... ты, ничтожество? Я могу убить тебя.
     - Почему? Я ничего плохого не сделал.
     Теперь жрец был на ногах. Дрожа от гнева, он смотрел в  лицо  Чималу.
Он  заговорил  и  не  произносил  каждое  слово,  а  выплевывал  вместе  с
фонтанчиками слюны:
     - Ты споришь со мной, ты думаешь, что знаешь закон лучше, чем  я,  ты
читаешь, хотя тебя никогда не учили читать. Тобой овладел один  из  черных
богов, я знаю это и я освобожу бога из твоей головы.
     Сам объятый гневом, но холодным, Чимал не смог сдержать презрительной
усмешки:
     - Это все, что ты знаешь, жрец? Убивать человека, который с тобой  не
согласен, даже если он прав, а ты нет? Какой же ты после этом жрец?
     Тонко вскрикнув, жрец поднял обе руки, как будто намеревался  сразить
Чимала и вырвать голос из его рта. Чимал схватил  жреца  за  кисти  рук  и
держал так, невзирая на попытки жреца освободиться. Раздался  топот  -  то
объятые ужасом наблюдатели спешили на помощь Верховному жрецу.  Едва  лишь
они тронули его, Чимал разжал руки и отступил, криво улыбаясь.
     И тут это случилось. Старик снова поднял руки,  широко  раскрыл  рот,
так что его почти беззубый рот оказался у всех на виду,  попытался  что-то
крикнуть, но слова не раздались.
     Он вскрикнул, но то был уже крик боли, а не  гнева.  Потом  Верховный
жрец рухнул на пол, как подкошенное дерево. Голова его ударилась о камень с
громким пустым стуком, и он остался  лежать  неподвижно.  Глаза  его  были
полуоткрыты, на щеках выступила желтизна,  на  губах  образовались  пузыри
пены.
     Остальные жрецы бросились к нему, подняли и потащили прочь, а один из
них, тот, у которого была палка, ударил его Чимала. Будь то другое  оружие,
оно бы убило его. Теперь же Чимал лишь потерял сознание, но,  несмотря  на
это, каждый жрец, проходя, пинал его бесчувственное тело.
     Когда  солнце  поднялось  над  горами,  лучи  его  пробрались  сквозь
отверстия в стене и зажгли огни в змеиных глазах Коатлики. Книги  остались
лежать нетронутыми там, куда их бросили.



7

     - Похоже, что старый Китлаллатонак очень  болен,  тихо  сказал  жрец,
осматривая решетчатую дверь в камеру Чимала. Решетка состояла  из  тяжелых
деревянных брусьев, каждый толще человеческой ноги,  вделанных  в  камень.
Замыкалась она с помощью еще более тяжелого бревна, которое было укреплено
на стене таким образом, что находилось вне пределов досягаемости пленника:
отодвинуть его можно было только снаружи. Но Чимал не мог даже  попытаться
сделать это, потому что кисти  его  рук  и  лодыжки  были  крепко  связаны
прочнейшей веревкой из маги.
     - Он заболел из-за тебя,  -  добавил  молодой  жрец,  гремя  тяжелыми
брусьями. Они с Чималом были одного возраста и когда-то вместе  учились  в
школе храма. - Не знаю, как  ты  это  сделал.  Ты  и  в  школе  попадал  в
неприятности, но это, я думаю, было со всеми нами - с  мальчишками  всегда
так бывает. Но я никогда не думал, что ты кончишь  подобным  поступком.  -
Как бы ставя точку в конце своего предложения,  он  ткнул  между  прутьями
кинжалом в сторону Чимала. Тот отпрянул - острие черного  стекла  кольнуло
его в мускул на боку. Из раны полилась кровь.
     Жрец ушел, и Чимал остался один. Высоко  наверху  на  каменной  стене
было узкое отверстие, пропускавшее луч света. В него  проникали  голоса  -
взволнованные крики, а иногда полные страха рыдания какой-нибудь женщины.
     Они стали  собираться  один  за  другим,  как  только  было  передано
сообщение. Из Заахила они бежали через поля,  подобно  потревоженному  рою
пчел, стремились к берегу  и  дальше  по  песку.  На  другой  стороне  они
встречали людей из Квилапа, тоже бегущих, объятых  страхом.  Они  группами
собирались у основания  пирамиды,  окликали  друг  друга,  выспрашивали  о
последних новостях, о любом известном пустяке. Шум затих лишь тогда, когда
из храма наверху появился жрец и медленно двинулся вниз по ступеням.  Руки
его были подняты в призывающем к тишине жесте. Дойдя до жертвенного камня,
он остановился. Его звали Итцкоатл, и его  обязанностью  было  обучение  в
школе храма. То был суровый высокий человек среднего  возраста.  Спутанные
белокурые волосы падали ему  на  спину.  Большинство  людей  считало,  что
придет день, когда первым жрецом станет он.
     - Китлаллатонак болен, - сказал он, и ему ответил единый  тихий  стон
толпы. - Сейчас  он  отдыхает,  а  мы  наблюдаем  за  ним.  Он  дышит,  но
проснуться не может.
     - Что за болезнь поразила его так внезапно? - спросили снизу.
     Итцкоатл медлил с ответом, его указательный  палец  с  черным  ногтем
поглаживал кровавое пятно на его одеянии.
     - У него была ссора с одним человеком, -  ответил  он  наконец.  Толпа
погрузилась в молчание. - Мы заперли этого человека, чтобы позже допросить,
а потом убить. Он безумен или одержим демоном. Мы знаем это. Он не  ударял
Китлаллатонака, но, возможно, поразил  его  каким-нибудь  проклятием.  Имя
этого человека - Чимал.
     Эта новость заставила людей тревожно зашевелиться и отпрянуть  назад.
Они по-прежнему держались вместе, но уже поодаль от  Квиах,  как будто  ее
прикосновение могло отравить. Мать  Чимала  стояла  в  центре  расчищенном
пространства с опущенной головой, сцепив  перед  собой  руки  -  маленькая
одинокая фигурка.
     Так проходил день. Солнце поднималось все  выше,  а  люди  продолжали
ждать. Квиах тоже ждала, но отошла немного в сторону от толпы,  туда,  где
могла быть одна; никто не заговаривал с нею, даже не смотрел в ее сторону.
Некоторые люди сидели на земле, переговариваясь  тихими  голосами;  другие
ненадолго уходили в поле, но тут же возвращались. Деревни стояли  пустыми,
и очаги гасли один за другим. Порывы ветра приносили с собой жалобный  вой
собак, просивших еды или питья, но никто не обращал на это внимания.
     К вечеру было сообщено, что к Верховному жрецу вернулось сознание, но
он все еще находится в опасности. Он не мог двинуть ни  правой  рукой,  ни
правой ногой и с трудом говорил. Когда солнце покраснело и стало клониться
к холмам, напряжение толпы возросло. Когда же солнце совсем исчезло,  люди
Заахила неохотно поспешили к своей деревне, им надо было пересечь реку  до
наступления темноты, ибо именно в это время по ней гуляла Коатлики. Они не
будут знать, что случится в храме, но по крайней мере будут  спать  в  эту
ночь на своих циновках. А у жителей Квилапа была впереди вся долгая  ночь.
Они сделают пуки из соломы, лепешки, зажгут факелы. Хотя детей  покормили,
никто из взрослых ничего не ел, страх убил их голод.
     Трещащие факелы отгоняли ночную  тьму,  некоторые  люди  дремали,  но
немногие. Большинство сидело и наблюдало за храмом. До них долетали голоса
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5  6 7 8 9 10 11 12 13 14 ... 29
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама