Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
SCP-457: Burning man
SCP-081: Spontaneous combustion virus
SCP-381: Pyrotechnic polyphony
Почему нет обещанного видео

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - Биленкин Д. Весь текст 221.95 Kb

Рассказы

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 11 12 13 14 15 16 17  18 19
убедились, что источник всюду пересыхает, едва  к  нему  прикоснешься.
Тогда они улетели.
    - Значит, по-вашему, мы столкнулись с "космическими осами"?
    - Я бы их так не стал называть. Что  есть  существо,  а  что  есть
вещество? Вирусы мы исследуем уже десятки  лет,  однако  есть  ученые,
которые не склонны считать их существами.
    - Однако пришельцы передвигались, отыскивали то, что им нужно...
    - Передвигаться способна и молния.  Они  питались  электричеством?
Точно так же можно сказать, что кристаллы  в  перенасыщенном  растворе
питаются ионами соли. Пришельцы могли искать и отыскивать? А  в  каком
смысле? Не в том ли,  в  каком  частички  железа  способны  отыскивать
магнит?
    Как видите, все очень непросто. Кроме того, пришельцы  имеют  мало
общего с земными формами живого и неживого. Поэтому  я  воздержусь  от
определения.
    - Хорошо, господин профессор. Всех людей  волнуют  такие  вопросы.
Было ли посещение Земли случайным? Повторится ли оно? И  чем  все  это
может грозить?
    - Посещение скорей всего не было случайностью. Мы, люди,  упускаем
из вида один существенный и новый факт. В последнюю четверть века наша
цивилизация  благодаря  телевидению  удвоила  радиояркость   солнечной
системы в метровом диапазоне волн. В пространствах космоса мы  как  бы
включили лампу... Добавлю, что еще недавно на Земле не было не  только
телевидения, но и энергосистем.
    Раньше нас никто не посещал. Теперь это произошло.  Возможно,  тут
чистое совпадение. Не исключено, однако, что мы сами принимали гостей.
Не стоит забывать о том, что в радиусе уже многих световых  лет  любое
чуткое к радиоволнам метрового диапазона существо  или  псевдосущество
могло и должно было обратить на нас внимание.
    Мне могут возразить, что в космосе есть куда  более  значительные,
чем наши, источники электричества.  Дело,  однако,  в  том,  что  наши
энергосистемы  -  это   постоянный   и   концентрированный   источник.
Концентрированный, вот  что  существенно!  Ведь  в  луговых  растениях
сахара гораздо больше, чем в сахарнице,  но  сахарница  для  насекомых
предпочтительней.
    Я не держусь за эту свою гипотезу. Я только хочу сказать,  что  мы
стали  космической  цивилизацией.  Это  великое,  но  и  ответственное
событие, ибо среда космоса теперь стала средой нашей  цивилизации.  Мы
меняем условия своего существования, но и  условия,  в  свою  очередь,
меняют нас. Если сознание  успеет  предвосхитить  эти  быстрые  теперь
изменения, если мы, люди, всюду приведем свои социальные  отношения  в
соответствие с требованиями будущего,  о  которых  я  говорил,  то  за
космические  да   и   земные   перспективы   человечества   можно   не
беспокоиться. Если! Вот слово, от которого зависит все.


______________________________________________________________________

    Текст подготовил Еpшов В.Г. Дата последней редакции: 06/04/99




                           Дмитрий Биленкин

                          ЗВЕЗДНЫЙ АКВАРИУМ

                               рассказ



    Полный оборот каждые семь с половиной минут. Третий месяц над  ним
кружили звезды. Третий месяц он  был  центром  вращения  светил,  осью
мироздания, избранником птолемеевской вселенной. В подлинной он значил
меньше пылинки, и у него болели сломанные ребра.
    Девятнадцать шагов по периметру тесных отсеков, четыре  поперек  и
еще один вверх - здесь он почти ничего не весил. Ему уже не  верилось,
что в былой  жизни  он  мог  летать  куда  хотел,  общался  с  людьми,
волновался по пустякам и даже любил петь под  гитару.  Девятнадцать  -
четыре - один. Вперед и назад, туда и обратно, все. И навсегда.
    От того, что было  сразу  после  аварии,  сохранилось  впечатление
долгих обмороков и мук, когда он ползал по разбитому  кораблю,  тщетно
звал друзей, а глаза застилал липкий туман. Правда,  действительность,
видимо, была несколько иной. В те первые часы, как  потом  выяснилось,
он сделал чудовищно много. Он еще  помнил,  как  волочил  протекторный
баллон, как заделывал трещины, не  очень  даже  соображая,  чего  ради
пытается стать на  ноги  и  поднять  фыркающий  пеной  баллон.  Но  от
стараний дать помещению тепло и воздух в памяти уцелели лишь проблески
усилий отвернуть какой-то вентиль и тупое  недоумение,  с  которым  он
разглядывал крошево деталей в агрегате, чье назначение  ему,  конечно,
было известно когда-то.
    Много поздней он поставил себе диагноз: сотрясение  мозга.  Мелкие
повреждения вроде перелома двух-трех ребер были уже не в счет.  А  вот
определить причину аварии он так и не смог.  Была  ли  она  связана  с
маневром близ астероида и, следовательно,  с  ошибкой  пилота?  Или  в
критический момент сработал не так, как надо,  двигатель?  Разумеется,
все это могла бы выяснить комиссия экспертов, но  случай  приведет  ее
сюда не раньше чем через десятки, а то и сотни лет.
    Не удалось ему установить и то, как погибли двое его друзей. Их не
было рядом, когда произошла катастрофа, - это он  помнил.  Но  почему?
Так или иначе они  остались  в  отсеке,  по  которому  пришелся  удар.
Возможно, их вынесло оттуда  струей  воздуха.  Однако  он  предпочитал
думать, что они погребены под обломками, потому что  если  их  вынесло
наружу, то скорей всего зашвырнуло на  орбиту,  и  он  видит  их  тела
точками среди звезд, когда смотрит в чудом уцелевший иллюминатор.
    Впрочем, все эти мысли пришли потом. Первое время после горячечной
деятельности он спал. Конечно, он просыпался и что-то  делал,  но  ему
казалось, что он видит бесконечный сон. Будто он заболел и лежит,  как
в детстве, на широкой постели, а за окном долгая,  зимняя  деревенская
ночь, в которой кружится душная звездная метель. Она сыплется прямо на
грудь, и нет голоса, чтобы вскрикнуть.
    Перелом, с которого началось выздоровление, наступил внезапно.  Он
проснулся и встал. Тело болело, но голова была ясной и бодрой.
    Он добрался до кресла перед иллюминатором и сел.  Увидел  черноту,
звезды в ней и скалы, которые обрывались в бездну.
    Потом он видел это множество раз. Скалы были неподвижны, а  звезды
вращались (на деле все, конечно, было  наоборот).  Звезды  всходили  и
заходили - всегда в одном и том же  месте.  Попеременно  чертило  дугу
крохотное солнце. Его тусклые лучи скользили  по  мраку  черных  глыб,
ныряли в провалы  и  вскоре  исчезали,  чтобы  неотвратимо  возникнуть
вновь, совершить прежний путь, коснуться тех же камней, словно их  вел
мертвый механизм копирографа.
    Все  одинаково  повторялось  в  десятый,  сотый,   тысячный   раз.
Траектория звезд, тени на скалах  скользили,  как  обороты  беззвучных
колес. Всегда, постоянно, с  несокрушимой  мерностью.  Меняясь,  здесь
ничего  не  менялось.   Двигаясь,   оставалось   неподвижным.   Уходя,
возвращалось. На человека глядело  воплощение  механического  порядка.
Самого идеального, тупого порядка, какой может взлелеять  воображение.
Власть законов природы тут заявляла  о  себе  наглядно,  без  прикрас,
грубо,  как  прутья  тюремной  решетки.   Она   не   оставляла   места
случайностям, а значит, надежде.
    И  человек  это  понял.  Он  мужественно  подвел  итог.  Никто  не
догадается  искать  его  на  астероиде.  А  если  даже   такая   мысль
кому-нибудь и придет, то ведь его астероид не занесен  в  каталоги  и,
следовательно, не существует для человечества.
    Связь? То, что уцелело,от установки, годилось для  сборки  вечного
двигателя или иной бессмыслицы.
    Выбор, таким образом, был предельно ясен. Можно сразу со всем этим
покончить. А можно еще пожить.
    Он с ненавистью взглянул на звезды. Их  колкий  далекий  свет  был
беспощаден. Этот свет оледенел среди черных бездн, в нем  не  осталось
ни тепла, ни  надежды.  Звезды  уже  убили  его  друзей.  И  ничто  не
изменилось в мире. Ничто, ничто!
    Хриплый отзвук то ли рычания, то ли стона привел его в чувство. Он
в замешательстве уставился на  свои  стиснутые  кулаки.  Они  дрожали.
Темные набухшие вены оплетали их, как корневища подводных растений.
    Его крик. Он кричал? Да.
    - Это ничего... - тяжело дыша, пробормотал он. - Так  может  быть,
так бывает, это не истерика...
    Минуту спустя он сполз с кресла  и,  будто  ничего  не  случилось,
занялся инвентаризацией своего имущества. Прошлое он отсек. Теперь  он
все делал неторопливо, с нудной и безучастной дотошностью.  Не  потому
даже, что от подсчетов зависела его судьба, а потому, что  кропотливая
деятельность придавала минутам какой-то смысл и отчасти  избавляла  от
бесплодных размышлений.
    Ворочаясь, как краб, он долго  прибирал  свою  пещеру,  кряхтя  от
боли, залезал в самые тесные углы, десятки раз все пересчитывал. Везде
был хаос, торжество беспорядка и энтропии. Осколком стекла он  порезал
себе палец и долго с тупым изумлением смотрел на выступившую кровь.  А
потом забыл о порезе. Порой он сам себе казался Плюшкиным и удивлялся,
что может так думать. При этом его сознание как бы раздваивалось. Одна
его часть занималась делом, вела подсчеты, испытывала боль, тогда  как
другая с холодным недоумением следила за всеми действиями первой.  Но,
в общем, ему было неплохо. Не закрадывалось даже тени  страха,  теперь
он не переживал ничего такого, что  вроде  бы  должен  был  переживать
человек  на  его  месте.  Это  его  чуточку  пугало.  Но  не  помешало
обрадоваться, когда удалось найти и собрать все фигурки шахмат.
    Наконец работа была закончена. Пищи оказалось на много месяцев. Из
девяти аккумуляторных  батарей  уцелело  четыре.  Этот  запас  надолго
обеспечивал его теплом. Если, конечно, не тратить энергию  ни  на  что
другое. А  ее  придется  тратить.  Система  регенерации  воздуха,  без
которой он не прожил бы и минуты, вопреки вероятности  тянула.  Слабо,
как пульс после шока, но с той поры, как  он  ее  отладил,  в  отсеках
смогло установиться то равновесие среды, какое возникает в аквариуме.
    Аквариум! Этот образ вдруг поразил его. Глянув  в  иллюминатор  на
звезды, он ни с того ни с сего расхохотался. И смех  не  смогла  унять
даже боль в груди.
    Аквариум,  аквариум!  Единственный,  неповторимый  аквариум  среди
звезд. Это очень смешно... Аквариум, в котором вяло перемещается  рыба
Петров. Личная, персональная рыба господа  бога.  Вместо  лампочки  ее
освещает крохотное солнце. Она тычется в стенки, шевелит плавниками  и
о чем-то таком мыслит. Забавная такая рыба...
    Он вскочил в ярости. Аквариум? Рыба? Сейчас он  им  всем  покажет.
Разнесет иллюминатор и...
    Кому покажет?! Законам природы? Что он не рыба?
    Руки тряслись. Он ошеломленно огляделся,  будто  хотел  бежать,  и
сник. Все бесполезно. Все бесполезно, а потому из двух  бесполезностей
надо выбирать лучшую.
    Так он решил жить, И не просто жить, а записывать все, что  с  ним
происходит. Записи могли  пригодиться  тому,  кто  придет  сюда  через
много-много лет. Чем - этого он не знал и знать не мог, просто  верил,
что пригодятся, должны пригодиться.  Жизнь,  таким  образом,  обретала
какой-то смысл, а другого и не требовалось. Все люди смертны, в  конце
концов.
    С тех  пор  прошло  больше  двух  месяцев,  а  ему  казалось,  что
вечность. Он спал, ел, описывал каждый свой шаг,  смотрел  на  звезды,
прибирал, чинил поломки, перемещался по своей пещере,  что-то  бормоча
под нос, играл сам с собой в шахматы. Иногда  ему  чудились  голоса  и
фигуры, однако он знал, что так бывает в одиночестве,  и  не  пугался.
Больше  всего  ему  досаждал  благостный  старческий  голос,  который,
туманно намекая на свою причастность к законам природы, нудно убеждал,
что все люди - рыбки в аквариуме, только не  замечают  этого,  а  ему,
Петрову,  явлена  такая  милость  -  заметить.  Он  и  эти   разговоры
записывал.
    Вопреки всему он не думал сдаваться. Он всегда был упрям. Он  даже
попытался слепить передатчик, зная заранее, что  обречен  на  неуспех.
Передатчик, конечно, не получился, а примитивный приемник  он  все  же
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 11 12 13 14 15 16 17  18 19
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама