Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#1| To freedom!
Aliens Vs Predator |#10| Human company final
Aliens Vs Predator |#9| Unidentified xenomorph
Aliens Vs Predator |#8| Tequila Rescue

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Сказки - Иштван Фекете Весь текст 119.89 Kb

Лисенок Вук

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6 7 8  9 10 11
вспыхнул яркий огонь, потом все затянула глухая тьма. Грохота он почти  не
слышал. И уже не чувствовал никакой боли.
     Рассмотрев получше околевшую  собаку,  лесник  почесал  в  затылке  и
сердито проворчал:
     - Черт подери эту падаль! Да это же волкодав старосты! Он  и  не  был
бешеным, только слонялся здесь, бестия этакая. Правда, старина Баша?  -  И
он погладил по голове овчарку,  которая,  забыв  сразу  о  прежней  обиде,
завиляла хвостом. - Теперь я закопаю эту дохлятину.  Боже  упаси,  как  бы
староста не проведал об этой истории. Ну, да! Станут пса искать, а  хозяин
будет ужасно сокрушаться: неужели пропала такая дорогая  собака?  Ах,  ах,
как жалко ее! Верно, украли цыгане, которые бродят  здесь...  Но  напрасно
жаловаться на них жандармам...
     А  потом  достанется  и  жандармам;  то-то,  не   будут   задаваться.
Достанется и цыганам, которые только и знают, что шкодят в лесу.
     Лишь бедняга Курра обо всем этом не узнает; он будет мирно  покоиться
во дворе у лесника под мусорной кучей рядом с  прохудившейся  кастрюлей  и
стоптанным башмаком.
     Когда  эхо  выстрела  разнеслось   по   лесу,   Карак   готова   была
перекувыркнуться от радости.
     Лисы как раз совещались, что  делать,  если  волкодав  вернется,  как
вдруг громкий собачий лай прервался выстрелом.
     - Пошли, - встав с места сказала Карак. - Курра поймал для нас Калана
и бросил здесь; зачем ему теперь заяц? Бедняга Курра! Но так и надо  тому,
у кого ноги длинные, а ум  короткий.  Калан  твой,  Инь,  -  проявила  она
великодушие. - Ты понесешь его домой, тебе достанется самый большой кусок,
и шея от этого станет у тебя крепче, - лукаво прибавила она.
     Счастливая Инь схватила зайца, и вскоре лис поглотило поле  мокрой  и
нежной пшеницы, сомкнувшей над  ними  колосья.  Под  бузиной  они  сначала
расправились с зайцем и лишь потом, несмотря на  усталость,  приступили  к
беседе.
     - Теперь ты будешь жить с нами, Инь,  -  начала  Карак.  -  Научишься
всему, что надо знать  лесному  народу,  а  то  в  твоем  воспитании  есть
пробелы.
     Инь была так переполнена пьянящей радостью свободы,  что  едва  могла
говорить.
     - Да, - пролепетала она. - Я никогда не забуду того, что  вы  сделали
для меня и...
     - Ну, хорошо, - перебил ее Вук,  не  любивший  долгих  разговоров.  -
Завтра потолкуем об этом, а теперь давайте спать, а то скоро  рассветет  и
мы не успеем набраться сил.
     Тихо шелестя, спало пшеничное  поле,  и,  растянувшись  под  бузиной,
спали три лисы. Только Инь  шевелила  иногда  лапами,  точно  на  бегу,  и
вздрагивала, переживая вновь во сне свое освобождение из плена.
     С колосьев падали на землю капли  дождя.  Луна  скользила  в  высоте,
окружая себя радужным венцом,  -  ведь  облака  ушли  и  она  страдала  от
одиночества.
     А утром, словно  никогда  и  не  было  грозовой  ночи  с  молниями  и
рокочущим громом, ярко светило  солнце.  Прилетевшие  из  деревни  воробьи
завтракали   спелыми   пшеничными   зернами,   ласточкин   народ   щебетом
приветствовал свет и тепло, эти дары солнца, когда  проснулись  наконец  и
три лисы.
     Они не шевелились, только водили глазами.
     - Если бы мы раньше встали, то уже  убрались  бы  отсюда,  -  сказала
Карак. - Вечером в поле приходил Гладкокожий, и это не к добру. Чую беду.
     - Тогда надо уходить поскорей, - посоветовала Инь.
     Карак лишь взглянула на нее, и Инь сразу поняла, что старая лисица не
нуждается в ее советах.
     - Когда снова засверкает Холодное  сияние,  мы  уйдем  отсюда  искать
другое место. И Чи знает, что мы здесь. И Кар тут нахальничала. Нам  лучше
уйти.
     Вдруг Вук осторожно поднял голову. Напряженно вслушиваясь, сказал:
     - Идет Гладкокожий.
     Но тут уже и две другие лисицы услышали в поле шаги людей.
     Их было двое. Они осматривали полегшую пшеницу, щупали сырые  колосья
и сокрушенно качали головами.
     - Черт возьми эту непогоду, -  пробурчал  один  из  них.  -  Придется
подождать.
     - Может, после полудня приступим, - сказал другой с большой палкой  и
трубкой, торчащей из кармана.
     - Пожалуй. До полудня просохнет.  Но  передайте  старосте,  чтобы  не
начинали, пока не придет сюда старший егерь. Обложите поле. Говорят, здесь
лисицы.
     - Слушаюсь.
     И, осмотрев еще раз пшеницу, они направились к деревне.
     Лисы не решались пошевельнуться, ведь если птицы их заметят, то  беды
не миновать. Но ласточки над ними ловили жуков, а Кар полетела в  деревню,
где обычно ей удавалось что-нибудь украсть.
     Услышав, что люди  ушли,  лисы  немного  успокоились,  только  Вук  в
тревоге бил хвостом по земле.
     Перед полуднем  наступила  тишина.  Ослепительно  сверкало  в  вышине
солнце, с треском сохли пшеничные стебли, и земля  испускала  теплый  пар,
который, колыхаясь, танцевал в воздухе.
     - Никогда не ждала я с таким нетерпением темноты, - прошептала Карак.
     Миновал и полдень. Колокольный звон разлился по округе, словно аромат
заработанного обеда, и тени  приобрели  резкие  очертания,  как  и  силуэт
церковной колокольни.
     Лисы вздремнули немного, как  вдруг  где-то  возле  деревни  заходила
земля под человеческими шагами и до их ушей долетело журчание многоголосой
речи.
     Все трое вскочили. Приближающаяся опасность волновала им кровь, глаза
сузились и заблестели, как клинок ножа, и чтобы скрыться  от  людей,  лисы
бросились в пшеницу.  Они  уже  повернули  к  лесу,  когда  и  там  кто-то
закричал:
     - Боршош, ты готов?
     - Все на месте, господин старший егерь!
     Клубок голосов звучал уже поблизости.
     - Добрый день, господин старший егерь!  -  прокричал  кто-то.  -  Эй,
люди, отсюда начнем! Ну, помоги бог! - И зазвенели косы.
     Они врезались в полегшую пшеницу, и стебли ее, оторвавшись от  родной
земли, с шелестом замертво падали друг на друга.
     - Все пропало, - прошептала Карак. - Так мне и надо!  Ведь  я  знала,
чувствовала...
     Сердца у лис неистово стучали, что  видно  было  по  их  вздымающимся
бокам.
     Вук привстал. От  смертельного  страха  у  него  перестало  сжиматься
сердце, но похолодело в животе, - все-таки некоторое облегчение.
     - Я пойду огляжусь, - сказал он. - Так мы погибнем. Ведь в этом  шуме
мы и не услышим, как они подойдут к нам.
     Карак с удивлением смотрела, как Вук скрылся в пшенице. Нет,  на  это
она не решилась бы.  Близость  человека  парализовала  ее,  и  только  при
крайней опасности - когда обычно все уже потеряно - выпрыгнула бы  она  из
своего тайника.
     Инь тихо лежала. Она, конечно,  привыкла  к  людям,  но  страх  Карак
передался и ей.
     Светило солнце, шуршали колосья, и медленно текло время.
     Наконец появился Вук.
     - Уйти невозможно, - тяжело дыша, сказал он. - Повсюду Гладкокожие. С
молниебойными палками. Надо ждать!
     И он лег ничком.
     Постепенно таяло пшеничное поле. Росли  снопы  сжатого  хлеба,  и  то
здесь, то там раздавались песни девушек.
     Стоял прекрасный летний день.
     Охотники, скучая, вытирали пот со лбов и  лишь  тогда  схватились  за
ружья, когда кто-то закричал:
     - Вон лиса!
     В той стороне стоял старший егерь. Он держал наготове  ружье,  но  не
видел зверя.
     Жнецы бросили работать.
     - Кто кричал? - подойдя к ним, спросил старший егерь.
     - Пишта Беке, - ответил кто-то.
     - Я хотел только попугать Мари, - покраснев,  как  рак,  оправдывался
Пишта Беке.
     Старший егерь так посмотрел на шутника,  что  тот  готов  был  сквозь
землю провалиться.
     - Ну, парень, берегись, я тоже тебя так  попугаю,  что  ты  света  не
взвидишь.
     - Да средь бела дня, - прибавил старик жнец и снова замахал косой.
     День уже клонился к вечеру. От  пшеничного  поля  осталась  маленькая
полоса, и охотникам надоело ждать появления лис.
     - Если бы рыжая была  тут,  то  давно  уж  выскочила  бы,  -  заметил
какой-то жнец, точа косу. - Не снесла бы такого гама.
     - Должно быть, - согласился с ним стоявший поблизости охотник.
     Но старший егерь не терял надежды.
     К вечеру сжали почти все пшеничное  поле,  оставался  лишь  небольшой
уголок,  и  именно  здесь,  под  бузиной,   притаились   три   лисы.   Они
переговаривались лишь глазами. Страх  смерти  холодным  ветром  витал  над
ними, но тронуться с места было нельзя.
     -  Если  придется  выскочить  отсюда,  давайте  разбежимсн  в  разные
стороны, - прошептала наконец Карак.
     - Кто-нибудь из нас, возможно, спасется.
     - Подождем, - сказал Вук, - я еще раз выгляну.
     - Нет, нет, - испугались одновременно Инь и Карак. - Ты погибнешь.
     Но лисенок их не послушался. В нем  билось  отважное  сердце  старого
Вука, и он понимал, что лучше умереть, чем нелепо,  вслепую  нарваться  на
беду.
     Прижавшись носом к земле и закрыв глаза, Карак ждала, когда прогремит
смертельный выстрел. Храбрость  Вука  восхитила  бы  ее,  если  бы  в  эту
страшную минуту она способна была восхищаться.
     Жнецы вышли на сжатую полосу, и староста закричал:
     - Эй, люди, полдничать!
     Охотники посмотрели на старшего егеря.
     - У меня дела в деревне, - повесив ружье на плечо, сказал  он.  -  Вы
покараульте еще немного, ведь почем знать...
     И он пошел в деревню.
     Когда он скрылся за холмом, охотники тоже повесили на плечи ружья.
     - У старшего егеря об эту пору вечно  находятся  дела,  -  подмигнув,
сказал один из них.
     - Вкусное пивцо со льда... - сказал другой.
     - Хорошенькая  трактирщица,  которая  разливает  пиво,  тоже  лакомый
кусок, - сказал третий, и они  побрели  к  высокому  дереву,  под  которым
полдничали жнецы.
     - Вы правы, - встретил их староста. - Тут уже не осталось ни мыши, ни
лисицы.  Угощайтесь,  пожалуйста,  господа  охотники,   вот   сальце.   Не
побрезгуйте.
     Трясясь от волнения всем телом, Вук крался обратно к бузине.  Путь  к
бегству был открыт, и в его глазах горел огонь жизни.
     - Они ушли. За мной, быстро! - с трудом переводя дух, проговорил он.
     Инь и Карак в оцепенении смотрели на него.
     -  Быстро,  -  прошипел  Вук;  глаза   его   засверкали,   и   лисицы
почувствовали, что надо повиноваться.
     Инь и Карак встали, словно во сне, готовые последовать  за  ним.  Они
дрожали, понимая, что пшеничное поле хорошо просматривается  и  их  логово
почти на виду. Настороженно озираясь, вышли они из укрытия,  и  тогда  Вук
понесся впереди, как красный факел.
     Охотники закусывали салом, весело шутили с девушками и хвастались,  с
какой удивительной ловкостью заманивали они в  ловушку  лисиц,  как  вдруг
опять закричал Пишта Беке:
     - Вон лисы!
     У  всех  застрял  кусок  в  горле.  Охотники   повскакали   с   мест,
засуетились, но все понапрасну: лисы были уже далеко.
     - Кто бы подумал, кто бы подумал ? Вот горе!
     - Почему горе? - спросил староста.
     - Ведь если старший егерь узнает, что здесь  были  лисы,  то  нам  не
снести головы.
     - Лисы? - переспросил староста. - Разве здесь были  лисы?  Кто-нибудь
видел здесь лис? - И он оглядел жнецов, которые по его взгляду все поняли.
     - Я не видел, - сказал Пишта Беке.
     - И мы тоже, - подхватили остальные.
     - Ну, то-то же! На этот счет, господа охотники, можете быть спокойны.
     В это время Вук добрался уже до леса. Он немного замедлил бег,  чтобы
его догнали Инь и Карак; потом  все  вместе  они  забрались  в  кустарник,
густой, как камыш, и прохладный, точно в пасмурную погоду, - ведь  роса  в
нем едва успела высохнуть.
     Лисы бросились на землю. Потом долго  лежали  молча.  Вокруг  в  лесу
стояла глубокая тишина, лишь дятел стучал по больным деревьям.
     Карак заговорила первая.
     - Вук, лисий народ заговорит о тебе, и с сегодняшнего дня ты  станешь
сам себе голова. Ты храбрый, как великий Вук, и тебе не нужно  ни  у  кого
просить совета. При желании оставайся с нами, а если  захочешь  найти  для
себя   новую   нору,   твое   дело.   Ты   волен   поступать,   как   тебе
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6 7 8  9 10 11
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама