Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Зарубежная фантастика - Клиффорд Саймак Весь текст 85.16 Kb

Театр теней

Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5 6 7 8
зрителей. Зрители сами  придумывали  персонажи,  сами  мысленно  управляли
всеми их действиями, сами сочиняли для своих персонажей реплики.  Зрители,
и только зрители своим целенаправленным мышлением сообща оформляли  каждую
сцену, создавая в уме декорации, задники, реквизит.
     На  первых  порах  Спектакль  был   путаным   и   бессистемным;   еще
неоформившиеся уродливые персонажи бестолково суетились на  экране,  из-за
неопытности зрителей действовали вразнобой, были безликими и смахивали  на
карикатуры. На первых порах декорации, задники и  реквизит  были  бредовым
порождением рассеянного,  скачущего  мышления  зрителей.  Иногда  на  небе
одновременно сияли три луны, причем все в разных фазах. Бывало и так,  что
на одной половине экрана шел снег, а на другой под палящими лучами  солнца
зеленели пальмы.
     Но со временем представление усовершенствовалось,  персонажи  приняли
пристойный вид, увеличились до нормальных размеров, сохранив при этом  все
конечности,  обрели   индивидуальность:   из   примитивных   полукарикатур
вылепились живые сложные образы. И если в начале декорации и реквизит были
плодом отчаянных попыток девяти разобщенных умов чем-нибудь  заполнить  на
экране пустые места, то теперь зрители научились мыслить  согласованно  и,
оформляя  Спектакль  совместными  усилиями,  добивались   единства   стиля
постановки.
     Со временем люди стали так умело разыгрывать представление,  что  оно
пошло гладко, без срывов, хотя ни один из зрителей-авторов никогда не  мог
предугадать, какой оборот примут события на экране в следующую секунду.
     Именно это и делало игру в Спектакль  такой  захватывающей.  Тот  или
иной персонаж каким-нибудь поступком или фразой вдруг давал действию  иное
направление, и людям - создателям  и  руководителям  других  персонажей  -
приходилось с  ходу  придумывать  для  них  новый  текст,  соответствующий
внезапному изменению сюжета, и перестраивать их поведение.
     В некотором смысле это превратилось в состязание интеллектов;  каждый
участник игры то старался выдвинуть свой  персонаж  на  первый  план,  то,
наоборот,  заставлял  его  стушеваться,  чтобы   оградить   от   возможных
неприятностей. Спектакль стал чем-то вроде нескончаемой шахматной  партии,
в которой у каждого игрока было восемь противников.
     И никто, конечно, не знал, кому какой персонаж  принадлежит.  Попытки
разгадать, кто именно из девяти стоит за тем или иным персонажем,  приняли
форму забавной игры, дали пищу для шуток  и  острот,  и  все  это  шло  на
пользу, ибо назначение Спектакля как раз заключалось в том, чтобы  отвлечь
мысли его участников от повседневной работы и тревог.
     Каждый вечер после  обеда  девять  человек  собирались  в  специально
оборудованном зале;  оживал  экран,  и  девять  персонажей  -  Беззащитная
Сиротка,  Усатый  Злодей,  Приличный  Молодой  Человек,  Красивая  Стерва,
Инопланетное Чудовище и другие - начинали  играть  свои  роли  и  подавать
реплики.
     Их было девять - девять человек и девять персонажей.
     Теперь же осталось восемь человек, потому  что  Генри  Грифис  рухнул
мертвым на свой лабораторный стол, сжимая в руке записную книжку.
     А в Спектакле, соответственно, должно  было  стать  одним  персонажем
меньше,  персонажем,  находившимся  в  полной  зависимости   от   мышления
человека, которого уже не было в живых.
     Интересно, подумал Лодж, какое из действующих лиц исчезнет? Ясно, что
не Беззащитная Сиротка - образ, который совершенно не вязался с  личностью
Генри. Скорее им может оказаться  Приличный  Молодой  Человек  либо  Нищий
Философ, либо Деревенский Щеголь.
     Минуточку, остановил себя Лодж. Причем тут Деревенский  Щеголь?  Ведь
Деревенский Щеголь - это я.
     Он сидел за столом, лениво размышляя над  тем,  кому  какой  персонаж
соответствует. Очень похоже, что Красивую Стерву  придумала  Сью  Лоуренс:
трудно себе представить более противоположные натуры,  чем  эта  Стерва  и
собранная, деловитая  Сью.  Он  вспомнил,  как,  заподозрив  это,  однажды
отпустил в адрес Сью шпильку, после чего она несколько  дней  держалась  с
ним очень холодно.
     Форестер  утверждает,  что  отказываться  от  Спектакля   нельзя   и,
возможно, он  прав.  Вполне  вероятно,  что  они  приспособятся  к  новому
раскладу. Видит бог, им пора  уже  приспосабливаться  к  любым  переменам,
разыгрывая этот  Спектакль  из  вечера  в  вечер  на  протяжении  стольких
месяцев.
     Да и сам Спектакль не  лучше  ярмарочного  балагана.  Шутовство  ради
шутовства. Действие  даже  не  эпизодично,  потому  что  еще  ни  разу  не
представился случай довести  хоть  один  эпизод  до  конца.  Стоит  начать
обыгрывать какую-нибудь ситуацию, как кто-нибудь вставляет палку в колеса,
и  едва  наметившаяся  сюжетная  линия  обрывается,  и   дальше   действие
разворачивается в другом направлении.
     При   таком   положении    вещей,    подумал    Лодж,    исчезновение
одного-единственного персонажа вроде бы не должно сбить их с толку.
     Он встал из-за стола и, подойдя к огромному окну, устремил задумчивый
взгляд на лишенный растительности, пустынный и мрачный ландшафт.  Под  ним
на черной скалистой поверхности астероида, уходя вдаль, блестели  в  свете
звезд  купола  лабораторий.  На  севере,  над  зубчатым  краем  горизонта,
занималась заря, и скоро тусклое, размером с наручные часы солнце всплывет
над этим жалким обломком скалы и уронит на него свои слабые лучи.
     Глядя на ширившееся над горизонтом сияние, Лодж вспомнил Землю, где с
зарей начиналось утро, а после заката солнца  начиналась  ночь.  Здесь  же
царил полный хаос: продолжительность дней и ночей  постоянно  менялась,  и
они были так коротки, что местные сутки не годились для деления и  отсчета
времени. Утро и вечер здесь определялись по часам независимо от  положения
солнца, и нередко, когда оно стояло высоко над горизонтом, для людей  была
ночь и они спали.
     Все обстояло бы по-другому, подумал он, если б нас оставили на Земле,
где мы изо дня в день не варились бы  в  одном  котле,  а  общались  бы  с
широким кругом людей. Там мы не ели бы  себя  поедом;  общение  с  другими
людьми заглушило бы в нас комплекс вины.
     Но контакты с теми, кто непричастен к этой работе, неизбежно дали  бы
повод для всякого рода слухов, привели бы к утечке информации, а  в  нашем
деле это недопустимо.
     Ведь если б население Земли узнало, что они создают, точнее, пытаются
создать, это вызвало бы такую бурю протеста, что,  возможно,  пришлось  бы
отказаться от осуществления замысла.
     Даже здесь, подумал Лодж,  даже  здесь  кое-кого  гложут  сомнения  и
страх.
     Человеческое существо должно ходить на двух ногах,  иметь  две  руки,
пару глаз, пару ушей, один нос, один рот, не быть чрезмерно  волосатым.  И
оно должно именно ходить, а не прыгать, ползать или катиться.
     Искажение человеческого  облика,  говорят  они,  надругательство  над
человеческим достоинством; каким бы  могуществом  ни  обладал  Человек,  в
своей самонадеянности он замахнулся на то, что ему не по плечу.
     Раздался стук в дверь. Лодж обернулся.
     - Войдите, - громко сказал он.
     Дверь  открылась.   На   пороге   стояла   доктор   Сьюзен   Лоуренс,
флегматичная, бесцветная, аляповато одетая  женщина  с  квадратным  лицом,
выражавшим твердость характера и упрямство.
     Она увидела его не сразу  и,  стоя  на  пороге,  вертела  головой  по
сторонам, пытаясь отыскать его в полутьме комнаты.
     - Идите сюда, Сью, - позвал он.
     Она приоткрыла дверь, пересекла комнату и, остановившись рядом с ним,
молча уставилась на пейзаж за окном.
     Наконец она заговорила:
     - Он ничем не  был  болен,  Бэйярд.  У  него  не  обнаружено  никаких
признаков заболевания. Хотела бы я знать...
     Она умолкла, и Лодж почти физически ощутил, как  беспросветно  мрачны
ее мысли.
     - Достаточно скверно, - произнесла она, - когда  человек  умирает  от
точно диагностированного заболевания. И все же не так страшно терять людей
после того, как сделаешь все возможное, чтобы их спасти. Но  Генри  нельзя
было помочь. Он скончался  мгновенно.  Он  был  мертв  еще  до  того,  как
ударился об стол.
     - Вы обследовали его?
     Она кивнула.
     - Я поместила его в анализатор. У меня на руках три катушки пленок  с
записью результатов обследования.  Я  их  просмотрю...  попозже.  Но  могу
поклясться, что он был совершенно здоров.
     Сью крепко сжала его руку своими короткими толстыми пальцами.
     - Он не захотел больше жить, - проговорила она. - Ему стало  страшно.
Он решил, что близок к какому-то открытию, и его охватил смертельный  ужас
перед тем, что он может открыть.
     - Мы должны все это выяснить, Сью.
     - А для чего? - спросила она. - Для того  чтобы  научиться  создавать
людей, способных жить на планетах, условия  на  которых  не  пригодны  для
существования  Человека  в  его  естественном  облике?   Чтобы   научиться
вкладывать разум и душу Человека в тело  чудовища,  которое  изведется  от
ненависти к самому себе?..
     - Оно не будет себя ненавидеть, - возразил Лодж. - Ваша точка  зрения
основана на антропоморфизме. Никакое живое  существо  никогда  не  кажется
самому себе уродливым, потому что оно, не размышляя, принимает себя таким,
какое оно есть. Чем мы можем доказать, что Человек доволен  собой  больше,
чем насекомое или жаба?
     - К чему все это? - не унималась она. - Нам же не нужны  те  планеты.
Сейчас  планет  у  нас  навалом  -  куда  больше,  чем  мы   в   состоянии
колонизировать. Одних только  планет  земного  типа  хватит  на  несколько
столетий. Хорошо, если удастся их, я уж не говорю - освоить  полностью,  а
хотя бы заселить людьми в ближайшие пятьсот лет.
     - Мы не имеем права рисковать, - сказал Лодж. - Пока у нас  еще  есть
время, мы должны сделать все, чтобы стать  хозяевами  положения.  Подобных
проблем не возникало, когда мы жили только на Земле,  чувствовали  себя  в
относительной безопасности. Но обстоятельства изменились.  Мы  проникли  в
космос, стали летать к звездам. Где-то в глубинах  Вселенной  есть  другие
цивилизации,  другие  мыслящие  существа.  Иначе  и  быть  не   может.   И
когда-нибудь мы с ними  встретимся.  На  этот  то  случай  нам  необходимо
укрепить свои позиции.
     -  И  для  укрепления  наших  позиций  мы  будем  основывать  колонии
человеко-чудовищ. Я понимаю, Бэйярд, все хитроумие этого  плана.  Признаю,
что мы сумеем сконструировать особые тела, мышцы, кости, нервные  волокна,
органы коммуникации с  учетом  специфики  условий  на  тех  планетах,  где
нормальное человеческое  существо  не  проживет  и  минуты.  Допустим,  мы
обладаем высокоразвитым интеллектом и прекрасно знаем свое дело, но  этого
ведь недостаточно, чтобы вдохнуть в такие тела жизнь. Жизнь  -  это  нечто
большее, чем просто коллоид из комбинации  определенных  элементов.  Нечто
совершенно иное, непостижимое, скрытое от нас за семью печатями.
     - А мы все-таки дерзнем, - сказал Лодж.
     -  Первоклассных  специалистов  вы  превратите  в  душевнобольных,  -
взволнованно продолжала она. - Кое-кого из них  вы  убьете  -  не  руками,
конечно, а своим упорством. Вы будете держать их взаперти годами, а  чтобы
они протянули подольше, одурманите их этим Спектаклем. Но тайну сотворения
жизни вы не раскроете, ибо это вне человеческих возможностей.
     Она задыхалась от ярости.
     - Хотите пари? - рассмеявшись, спросил он.
     Она стремительно повернулась к нему лицом.
     - Бывают моменты, - произнесла она, - когда  я  жалею,  что  принесла
присягу. Крупица цианистого калия...
     Он взял ее за руку и подвел к письменному столу.
     - Давайте выпьем, - предложил он. - Убить меня вы всегда успеете.



                                    3

     К обеду они переоделись.
     Так было заведено. Они всегда переодевались к обеду.
     Это, как Спектакль, входило в постепенно сложившийся ритуал,  который
Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5 6 7 8
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама