Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Триллер - Стивен Кинг Весь текст 688.28 Kb

Зеленая миля

Предыдущая страница
1 ... 52 53 54 55 56 57 58  59
огромное и переполняющее, похожее на волну - сила, которой я никогда  не
чувствовал ни прежде, ни потом. С того дня у меня  никогда  не  было  ни
воспаления легких, ни гриппа, ни хотя бы  простуженного  горла.  У  меня
никогда больше не  было  "мочевой"  инфекции,  даже  порезы  никогда  не
гноились. Иногда я болел простудой, но не часто: раз в  шесть  или  семь
лет, и, хотя  люди,  которые  не  простуживаются,  обычно  болеют  более
серьезно, со мной было совсем не так. Однажды, в том ужасном 1956  году,
у меня вышел желчный камень.  И  хотя  это  может  показаться  странным,
что-то во мне обрадовалось боли, с которой выходил этот камень. Это  был
единственный раз, когда я испытал боль со времени моих проблем с мочевой
системой двадцать четыре года назад. Болезни, уносившие одного за другим
моих друзей и любимых, пока никого из них не  осталось:  инсульты,  рак,
инфаркты, болезни печени и крови - меня миновали, объехали,  как  машины
объезжают оленя или енота на дороге. В единственной серьезной катастрофе
я не пострадал, отделался лишь царапиной на руке. В  1932-м  Джон  Коффи
зарядил меня жизнью. "Наэлектризовал" меня  жизнью,  можно  сказать.  Со
временем я, конечно, умру, все иллюзии насчет  бессмертия,  если  они  у
меня и были, канули в Лету вместе с Мистером  Джинглзом,  но  я  пожелаю
смерти задолго до ее прихода. Честно говоря, я уже хочу  смерти,  с  тех
пор как умерла Элен Коннелли. Нужно ли об этом говорить?
   Я просматриваю эти страницы, листая их своими дрожащими, в старческих
пятнах руками, и мне интересно, есть ли  здесь  какой-то  смысл,  как  в
книжках, которые считаются духовно возвышающими и облагораживающими. И я
опять возвращаюсь к проповеди своего детства, шумным собраниям в  Церкви
молитвы "Отче наш, сущий  на  Небесах",  и  вспоминаю,  как  проповедник
говорил, что Божье око не дремлет, оно видит и замечает даже самое малое
из своих созданий. Когда я вспоминаю Мистера Джинглза и те щепочки,  что
нашли мы в дыре балки, то думаю, что так и есть. Но ведь тот же Бог  так
жестоко  принес  в  жертву  Джона  Коффи,  пытавшегося   творить   добро
по-своему,  как  только  ветхозаветный  пророк  мог  принести  в  жертву
беззащитного агнца, ...как Авраам пожертвовал бы собственным сыном, если
бы ему и впрямь повелели. Я  вспоминаю  слова  Джона,  что  Уортон  убил
близняшек Деттерик их любовью друг к другу, и  такое  происходит  каждый
день по всему миру. Значит Бог позволяет, чтобы оно случалось, и,  когда
мы говорим: "Я не понимаю", Бог отвечает: "Мне все равно".
   Я думаю о Мистере Джинглзе, который умирал,  когда  я  стоял  к  нему
спиной и все мое внимание сосредоточилось  на  недобром  человеке,  чьим
лучшим чувством,  кажется,  было  мстительное  любопытство.  Я  думаю  о
Дженис, ушедшей из жизни в судорогах и о ее последних секундах, когда  я
стоял на коленях возле нее под дождем. "Перестань, - пытался  я  сказать
Джону в тот день в его камере. - Отпусти мои  руки,  я  утону,  если  не
отпустишь. Утону или взорвусь".
   - Ты не взорвешься, - ответил он, услышав мои мысли и улыбнувшись им.
И самое ужасное, что со мной ничего не случилось. Ничего.
   И  все  же  у  меня  есть  одна  старческая  болезнь:  я  страдаю  от
бессонницы. Поздно ночью я лежу на постели  и  слышу  влажные  и  полные
безнадежности звуки немощных мужчин и женщин, прокашливающих себе дорогу
в еще более преклонный возраст. Иногда  я  слышу  звонок  вызова,  скрип
туфель  в  коридоре  или  звук  маленького  телевизора  миссис   Джэвиц,
настроенного на ночные новости. Я лежу и, если луна заглядывает в  окно,
смотрю на нее. Я лежу и думаю о Бруте, Дине, иногда о Вильяме Уортоне  и
его словах: "Правильно, черномазый, хуже не бывает".  Я  вспоминаю,  как
Делакруа говорил: "Посмотрите, босс Эджкум, я  научил  Мистера  Джинглза
новому трюку". Я вспоминаю, как Элен стояла в дверях солярия и  говорила
Брэду Долану, чтобы тот оставил меня в покое. Иногда я могу задремать  и
тогда вижу подземный переход под дождем и Джона Коффи, стоящего в  тени.
В моих снах это никакой не обман зрения, это всегда он, мой  парень,  он
просто стоит и смотрит. Я лежу и жду. Я  думаю  о  Дженис,  о  том,  как
потерял ее, как она утекла красной кровью сквозь пальцы под дождем, и  я
жду. Мы все заслужили смерть, без исключения, я  это  знаю,  но  иногда,
Боже, Зеленая Миля бывает слишком длинной.
 
ПОСЛЕСЛОВИЕ АВТОРА 
 
   Я не думаю, что  напишу  еще  один  "многосерийный"  роман  (хотя  бы
потому, чтобы критики пинали меня лишь один раз вместо шести), но  я  не
мог пройти мимо такого опыта мировой литературы. Я пишу это  послесловие
за день до выхода второй  части  "Зеленой  Мили",  эксперимент,  похоже,
имеет успех, по крайней мере в том, что касается продаж. И за  это,  мой
Постоянный Читатель, я тебе благодарен.  Иногда  нечто  необычное  может
немного  всколыхнуть  нас,  даже  если  это  всего  лишь  новый   способ
рассказывать  старые  сказки.  Во  всяком  случае  вот  так  хорошо  это
оказалось для меня.
   Я писал  торопливо,  потому  что  сама  идея  требовала  спешки.  Это
придавало живости, но в то же время  порождало  множество  анахронизмов.
Охранники и заключенные слушали по радио в блоке "Г" "Аллен Аллена", а я
сомневаюсь, что Фред Аллен вел передачи в 1932-м. То же  самое  касается
Кея Кайзера и его "Колледжа музыкальных знаний". Это не снимает  с  меня
вины, но иногда мне кажется, что историю, ушедшую за  горизонт  недавно,
изучать сложнее, чем средние века или времена крестовых походов. Я  смог
определить,  что  Брут  все-таки  мог  назвать  мышь  "Вилли-Пароход"  -
мультфильм Диснея в то время показывали уже четыре года, но у меня  есть
сильное подозрение, что маленькая порнографическая книжечка  комиксов  с
Попайем и Олив  Ойл  явно  выпадает  из  времени.  Вероятно,  я  кое-что
выброшу, когда решу издать "Зеленую Милю" одной книжкой...  А  может,  и
оставлю все эти "ляпсусы". В конце концов, разве сам великий Шекспир  не
вставил  в  "Юлия  Цезаря"  анахронизм  -  часы  с  боем  -  задолго  до
изобретения механических часов?  Издание  "Зеленой  Мили"  одной  книгой
могло бы иметь свои преимущества, как я  понимаю,  отчасти  потому,  что
книгу нельзя опубликовать в настоящем виде, ведь она выходила по частям.
Взяв за образец Диккенса, я спросил  нескольких  человек,  как  Диккенсу
удавалось решать проблему восстановления в  памяти  читателя  предыдущих
событий в начале каждой новой части. Я ожидал, что в начале должно  идти
своеобразное краткое изложение, как в "сериалах" в моей  любимой  газете
"Сатэрдэй  ивнинг  пост",  но  обнаружил,  что  Диккенс  не  был   столь
прямолинеен: он включал  содержание  предыдущих  частей  прямо  в  ткань
повествования.
   Когда я пытался решить, как мне сделать это, жена стала говорить (она
не придирается, но иногда критикует довольно резко),  что  я  так  и  не
закончил историю с Мистером Джинглзом, цирковой мышью. Подумав, что  она
права, я начал вносить исправления. Сделав Мистера Джинглза тайной  Пола
Эджкума в  пожилые  годы,  я  смог  создать  довольно  интересный  сюжет
"первого  плана".  (Результат  слегка  напоминает  киноверсию   "Жареных
Зеленых Помидоров"). И в самом деле, все в истории Пола в наши дни - его
жизни в Джорджии Пайнз - меня устроило. Особенно  мне  понравилось,  как
переплелись в голове Пола образы санитара Долана и Перси Уэтмора. Причем
я не предполагал этого заранее, просто в какой-то момент сюжет  и  герои
стали действовать сами по себе.
   Прежде  всего  я  хочу  поблагодарить  Ральфа   Висинанзу   за   идею
"многосерийного триллера" и всех моих  друзей  в  Викинг  Ренгуине  и  в
Сайнете за то, что эту идею  поддержали,  хотя  сначала  они  до  смерти
боялись (все писатели  безумцы,  и  они  это  знали).  Я  также  выражаю
благодарность   Марше   де   Филиппе,   которая    расшифровала    целый
стенографический блокнот, исписанный моим неразборчивым почерком, и  при
этом не жаловалась. Ну, если и жаловалась, то редко.
   Однако более всего я благодарен своей  жене  Табиде,  которая  прочла
книгу и сказала,  что  ей  нравится.  Писатели  всегда  воображают  себе
некоего идеального читателя и пишут для него. У меня  такой  читатель  -
моя жена. Мы редко  обсуждаем  вдвоем  то,  что  оба  пишем  (как  редко
обсуждаем свои покупки в супермаркете), но если  она  говорит,  что  это
хорошо, значит, так оно и есть. Потому что она  -  человек  жесткий,  и,
если я пытаюсь схитрить или срезать угол, она всегда это замечает.
   И тебе спасибо, Постоянный Читатель. Спасибо,  и  если  у  тебя  есть
какие-то мысли о "Зеленой Миле"  отдельной  книгой,  пожалуйста,  сообщи
мне. Стивен Кинг 28 апреля 1996 года Нью-Йорк 4
 
 
1 
 
 
Предыдущая страница
1 ... 52 53 54 55 56 57 58  59
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (2)

Реклама