Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
TES: Oblivion |№5| Дрожащие Острова
StarCraft II: Wings of Liberty |№1| Начало истории
TES: Oblivion |№4| Мифический рассвет, 4 комментария
DARK SOULS™: REMASTERED |№12| Арториас Путник Бездны

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Гайдамака Н. Весь текст 128.3 Kb

Меченая молнией

Предыдущая страница Следующая страница
1 2  3 4 5 6 7 8 9 10 11
невольно вздрогнула, когда подошла поближе: уродливая маска - лицо демона,
воплощение  слепой  ярости,  смотрело  на   нее.   Такой,   должно   быть,
представлялась древним голова Медузы Горгоны, чей взгляд обращал все живое
в камень.
     Неожиданно сверху  донесся  ровный  гул,  и  лицо  Витиного  спутника
застыло. Он сделал резкое, досадливое движение рукой: не успели!
     Гул нарастал. Двери домов, как по  команде,  открылись,  и  множество
людей в синих, зеленых, красных, фиолетовых, коричневых плащах высыпало из
них. Вита, в чужом плаще и  босиком,  не  выделялась  в  этой  толпе.  Она
повернула голову в ту сторону, куда смотрели все, и заметила, как  вдалеке
над крышами плывет что-то блестящее, похожее на большую  лодку,  точнее  -
ладью с круто выгнутыми вверх носом и кормой.
     С  приближением  этой  летающей  ладьи  люди  падали  на   колени   и
протягивали руки к небу, тела их ритмично вздрагивали, а возгласы десятков
уст постепенно слились  в  громкое  скандирование:  "Би-се-хо!  Би-се-хо!"
Ощущение неведомой опасности, словно струйка  ледяной  воды,  поползло  по
спине девушки. Никто уже  не  обращал  на  них  внимания,  и  чернобородый
подтолкнул ее к ближайшему дому. Они заскочили внутрь, прижались к стене и
замерли. Однако золотая ладья притягивала к себе глаза,  словно  магнитом.
Ее видно было сквозь круглое оконце над дверью, и  Вита  даже  на  цыпочки
привстала, чтобы лучше ее разглядеть. На мачте, возвышавшейся, посередине,
вместо паруса - большой желтый диск. На  фоне  его  виден  чей-то  силуэт.
Ладья медленно плыла над головами толпы, и Вита успела хорошо  рассмотреть
лицо того, кто в ней стоял. Она узнала зловещую маску, виденную недавно на
столбе. Значит, то была не просто  порожденная  воображением  химера.  Это
чудовище существует на самом деле... Мелькнула мысль, что все происходящее
- только гнетущий  сон,  что  такое  невозможно,  невероятно,  стоит  лишь
проснуться - и  все  кончится...  Но  исступленные  возгласы  толпы  вновь
коснулись ее слуха, и девушка почувствовала, что не выдержит  больше,  что
вот-вот выскочит на улицу, протянет к  небу  руки  и  закричит  вместе  со
всеми... Тут на плечо ее легла уже знакомая  твердая  ладонь,  и  страшное
напряжение, сводившее судорогой все тело, сразу же исчезло.
     Ровный гул, сопровождающий полет сияющей ладьи, понемногу  отдалялся,
пока не стих совсем. Вита с чернобородым снова вышли на улицу. Люди начали
расходиться. И Вите вдруг захотелось только одного: упасть где стоишь -  и
спать, спать, спать... Но спутник ее шел дальше, и она  из  последних  сил
заставляла себя переставлять ноги. Узкий извилистый  переулок,  в  который
они свернули, вывел их  на  заброшенный  двор,  где  царили  беспорядок  и
запустение. Под ноги попадал разный хлам. Покинутые дома -  многие  носили
следы пожара - неприветливо глядели на них темными пустыми окнами.
     Чернобородый  наконец  остановился.  Остановилась  и   Вита.   Только
упрямство помогало ей держаться на ногах. Она не в состоянии была  сделать
еще хотя бы шаг, и ее спутник, похоже, это понял.  Он  повернулся  к  ней,
ободряюще похлопал по плечу, а затем вдруг подхватил на руки и понес. Вита
протестующе завертела головой и сделала слабую  попытку  освободиться.  Ей
стало стыдно: ведь он устал не меньше, чем  она!  Но  глаза  чернобородого
утратили блеск стали и  смотрели  с  таким  теплом  и  сочувствием...  Она
положила отяжелевшую голову на грудь этому все еще непонятному, но уже  не
чужому ей человеку, прислонилась щекою к  грубой  ткани  желтого  плаща  и
провалилась в сон, словно в пропасть.


                                    IV

     "Крейона уважают даже лавочники", -  говаривала  тетушка  Йела.  Тех,
кому он помог и кого спас, в  городе  было  немало.  Благородные  горожане
смотрели сквозь пальцы на то, что считали его слабостями  и  причудами,  в
том числе и  на  присутствие  в  его  доме  Эрлис,  которая  была  уже  не
девчонкой, а девушкой. В Гресторе знали: он ее учит. В отсутствие  Крейона
ей даже пришлось несколько раз оказывать первую помощь пришедшим  больным,
и он потом похвалил ее: все было сделано верно.
     Все мысли и заботы Эрлис сосредоточились  на  Крейоне,  ее  первейшей
обязанностью было помогать ему и учиться у него. Все  остальное  не  имело
значения. Потому она не замечала изменений  в  жизни  Грестора,  но  сразу
отметила новое в поведении Крейона.
     Он стал молчаливым и хмурым. Может, это оттого, что у них в последнее
время меньше пациентов, спрашивала себя Эрлис.  Да  нет,  не  похоже,  он,
наоборот, всегда радовался, если люди реже болели.
     Не появились ли у Крейона враги? - рассуждала дальше  Эрлис.  У  него
было безусловное превосходство над другими лекарями, и это давно  признали
жители Грестора, отдавая ему предпочтение, однако  завистников  у  Крейона
как будто не было - он никогда не отказывал своим  коллегам  в  совете,  а
когда этот совет приносил  успех,  позволял  им  присваивать  и  славу,  и
вознаграждение.
     Если бы неудачи в лечении или опытах не  давали  ему  покоя,  она  бы
знала об этом. Нет, его странная подавленность,  убеждалась  Эрлис,  могла
быть связана только с одним - с новым правителем Грестора Сутаром, который
возобновил древний культ Бисехо - Грозного бога, бога власти и  кары.  Два
этих имени все чаще возникали на устах у горожан, и всегда их  произносили
со страхом и уважением. Откуда-то появились забытые  изображения  Грозного
бога, теперь они были в каждом доме,  а  на  улицах  поставили  столбы,  с
которых смотрело на прохожих свирепое лицо сурового божества.
     Рассказывали о том, как в один хмурый,  ненастный  вечер  над  замком
появилась сверкающая ладья, в которой во всем своем грозном величии  стоял
Бисехо. Старые люди узнали его чудовищный лик. Так повторялось изо  дня  в
день, в одно и то же время. Прежний правитель, не больно усердствовавший в
почитании ужасного пришельца, скоропостижно скончался. Говорили,  что  это
Бисехо покарал его. А на смену ему пришел ранее никому не известный  Сутар
- он был угоден Грозному богу.
     Любимым цветом нового правителя был желтый цвет,  который  он  считал
цветом радости и достатка.  Все  население  разделили  на  ступени.  Самая
высокая ступень - желтая. Тот, кто достиг ее, получал из рук Сутара желтый
плащ с красной каймой, а также право выкрасить свой  дом  в  желтый  цвет.
Встать на эту ступень мог каждый,  независимо  от  того,  какое  положение
занимал в обществе прежде, если он делом доказал  свою  преданность  новой
власти.  Оранжевый  и  красный  цвета   также   означали   благосклонность
правителя, богатство и почести. Далее шли фиолетовая, затем синяя, зеленая
и коричневая ступени. Каждый должен был носить плащ  одного  определенного
цвета. Но за личные заслуги Сутар от имени  Грозного  бога  мог  перевести
человека на более высокую ступень. Низшим ступеням раздавали еду и одежду,
а когда наступали холода, то и топливо, правда, всего этого редко  хватало
на то, чтобы сводить концы с концами, но все больше людей приносило клятву
на верность новой власти и признавало Бисехо  наивысшим  божеством.  Перед
ним трепетали, а про Сутара рассказывали невероятные вещи:  будто  бы  он,
впервые увидев человека, мог все про  него  рассказать,  будто  бы  слышал
каждое слово, вымолвленное о нем или о Бисехо, где бы оно ни прозвучало, и
воины в блестящих шлемах забирали в замок всех тех, кто осмелился так  или
иначе  выказать  свое  недовольство.  Крейон,  правда,  считал,  что   это
следствие доносов тех, кто стремится выслужиться перед Сутаром.  Некоторые
вовсе не вернулись из замка,  и  об  их  исчезновении  ходили  слухи  один
страшнее другого. Тех же, кого отпускали домой,  словно  кто-то  подменил.
Эрлис хорошо знала кузнеца, жившего по  соседству,  веселого,  острого  на
язык силача. Слыхала, как  отпускал  он  колкие  шуточки  в  адрес  самого
Грозного бога. Из замка он пришел с потухшими глазами и больше не шутил...
Жена его долго плакала, а дети сперва поглядывали на отца с удивлением,  а
потом стали обходить его стороной. Но работал он теперь с особым рвением и
за день успевал сделать больше прежнего... Да если б только  один  кузнец!
Таких, как он, можно было встретить на каждом шагу - равнодушных ко  всему
людей, знавших лишь работу, еду и сон. Уличная певица, живая и яркая,  как
огонек,  рыжая  девушка,  теперь,  потупив  глаза,  пела  лишь  тягучие  и
заунывные древние гимны Грозному богу - другие  песни  были  запрещены.  В
Гресторе не  стало  слышно  смеха.  Матери  перестали  рассказывать  детям
сказки, чтобы ненароком не сказать чего-нибудь  неуместного:  трудно  было
угадать, что сочтут крамольным завтра.  Находились  и  смельчаки,  которые
решились бросить все и уйти куда  глаза  глядят  -  лишь  бы  подальше  от
Грестора. Как сложилась их судьба, было  неизвестно,  и  уж  совсем  тихо,
озираясь по сторонам, шептали о том, что многие из них укрылись  высоко  в
горах, среди неприступных скал, и собирают силы против Сутара.  Называлось
даже имя их предводителя - Ратас. Говорили, что он владеет тайным знанием,
чарами, без них Сутара не победить - человеческих сил для этого мало...
     Страх окутал город, словно густой туман, он был таким ощутимым,  что,
казалось, протяни руку - и дотронешься до него. Каждый месяц  носился  над
Грестором в своей золотой ладье Грозный бог, и все больше народу приходило
поклониться ему. Однако Крейон не ходил туда ни разу,  а  Эрлис  поступала
так же, как и он.
     Но однажды утром в дверь их дома постучал высокий  человек  в  желтом
плаще с красной полосой. Он передал Крейону приглашение в замок.  Впрочем,
это был скорее приказ немедленно явиться.
     Эрлис открыла посланцу дверь, и от первого же взгляда на его холодное
сухое  лицо  с  длинным  носом  и  тонкими  губами  сердце  ее  сжалось  в
предчувствии беды. Она успокаивала себя, как могла. Если и  вправду  Сутар
видит человека насквозь, то Крейону бояться нечего: за всю свою  жизнь  он
никому не причинил зла! И все же, когда он  отправился  в  замок,  девушка
места себе не находила. Как в прежние времена, все у нее валилось из  рук,
она даже разбила чашку - в этом доме такое с ней случилось впервые!  Чашка
была не такой уж и красивой, но Эрлис отчего-то стало ужасно  жаль  ее,  и
она горько заплакала.
     Девушка просто представить себе не могла,  как  она  будет  жить  без
Крейона. Однако к вечеру он вернулся и несказанно удивил ее тем,  что  был
спокоен, доволен, даже улыбался! Эрлис просияла: недаром же она так верила
в него!
     Хотя Крейон ничего не рассказывал ей, а напротив, сразу же  прошел  в
голубую комнату и попросил его не беспокоить,  Эрлис  заснула  безмятежным
сном.
     Девушка проснулась на  заре,  быстренько  собралась  и  помчалась  на
рынок: был как раз базарный день, надо бы пополнить запас продуктов. Эрлис
удачно купила продуктов и, когда б не тяжелая корзина, понеслась бы  домой
вприпрыжку. Снова Крейон такой, как раньше! Снова все пойдет хорошо!
     На душе у Эрлис было легко и весело, и не заметила она, что их  улица
отчего-то словно вымерла. Когда же  увидела  возле  дома  Крейона  золотые
шлемы, прятаться или убегать было уже поздно. Да  она  и  не  подумала  бы
убегать: ведь там, в доме, остался Крейон... Среди воинов  девушка  узнала
того, высокого, что приходил вчера, и в ужасе замерла. А он  смерил  Эрлис
тяжелым взглядом и медленно двинулся к ней.
     Давно забытое чувство охватило девушку. Она вновь  стала  "мышонком",
маленьким настороженным зверьком, и  мир  вновь  распался  на  две  части.
Жестокий, неумолимый враг стоял перед нею - не только умом, а  всем  своим
существом Эрлис понимала это, - но теперь уже не страх, а  ярость  владела
ею, ведь это был прежде всего враг Крейона, он угрожал всему тому  доброму
и ясному, во что она верила теперь. И Эрлис приготовилась дать отпор.
Предыдущая страница Следующая страница
1 2  3 4 5 6 7 8 9 10 11
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (4)

Реклама