Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Барбара Хэмбли Весь текст 523.92 Kb

Те, кто охотится в ночи

Предыдущая страница
1 ... 38 39 40 41 42 43 44  45
револьвер. Однако вряд ли бы он сейчас понадобился ему.
     В  сумерках  дома Куин-Энн-стрит имели  весьма мирный  вид. Их  высокие
узкие окна были освещены. В одном из них двое мужчин играли в шахматы, возле
другого  задумчиво  стояла  женщина,  обняв за  плечи  подростка.  Будь Эшер
вампиром, он бы слышал сейчас каждое их слово.
     В доме  Блейдона  был свет --  видимо, в  кабинете, располагавшемся  на
одном этаже с лабораторией и маленькой тюрьмой. Эшер сильно стукнул в дверь,
и она подалась под костяшками его пальцев.
     -- Блейдон! -- позвал он, почти не повысив голоса.
     Имя еще отдавалось на темной лестнице, но, как тогда,  в Оксфорде, Эшер
понимал, вслушиваясь в опасную тишину, что  в  доме кто-то есть. Затем голос
Исидро шепнул в мозгу:
     -- Поднимитесь сюда.
     Он двинулся по ступенькам, точно зная, что он найдет на втором этаже.
     Исидро  сидел  в  кабинете  Блейдона  за  инкрустированной   персидской
конторкой и сортировал валявшиеся вокруг бумаги. Вампир выглядел так, как  и
при  первой  их  встрече: изящный,  словно  изваянный  из алебастра;  нежные
бесцветные  волосы  падают  почти  до плеч,  облитых  серой тканью  костюма,
купленного  на  Бонд-стрит,  --  заезжий  гранд, аристократ из  иных  веков,
танцевавший когда-то  с  королевой-девственницей; окаменелость с замещенными
полностью клетками и душой, запаянной в  этих клетках, как муравей в янтаре.
Чем же он все-таки коротал вечера этих нескольких столетий?
     Бледные глаза цвета шампанского встретились с глазами Эшера.
     -- Вы  найдете его в  лаборатории,  --  тихо сказал вампир.  -- У  него
сломана  шея.  Он как  раз  работал над  очередной сывороткой --  из  крови,
которую он выкачал из Хлои.
     -- Он узнал про Денниса?
     --  Там была телеграмма из Букингемширской полиции -- о пожаре в Пиках.
В  золе  нашли  металлические  пуговицы  от   мужских  брюк,  потрескавшиеся
стеклянные бусины четок, стальное распятие и несколько неопознанных костей.
     Эшер  молчал.  Исидро  положил  очередную  тетрадь на вершину бумажного
пригорка  перед  собой. Пригорок  поехал,  и  брошюра,  соскользнув, слетела
неуклюжей птицей на пол.
     -- Вы собирались разобраться с ним сами? Эшер вздохнул. Ему приходилось
совершать  вещи  похуже  убийства  Блейдона  по  куда  более  незначительным
поводам. Он  знал, что всегда сможет  обратиться за  защитой  в министерство
иностранных дел и будет надежно прикрыт друзьями  из департамента. Револьвер
оттягивал карман пальто.
     -- Да.
     --  Я так и  думал. -- Губы дона Симона тронула кривоватая,  но странно
мягкая улыбка, придав его лицу, как вчерашней исполненной ужаса ночью, почти
человеческое выражение. -- Мне хотелось избавить вас от лишних хлопот.
     -- Вам хотелось избавить меня от разговора с полицией  об экспериментах
Блейдона.
     Легкая  циничная  улыбка  стала  отчетливей,   холодные  глаза   Исидро
потеплели.
     -- И это тоже.
     Эшер  остановился у  конторки,  приглядываясь к нему.  Если  нанесенные
Деннисом  раны и  мучили  Исидро (рука  самого  Эшера  ныла под новокаиновой
блокадой), то это никак не  отражалось на его поведении. Тонкие руки вампира
были аккуратно забинтованы -- не иначе доктором Гриппеном.
     -- Вы понимаете, -- медленно начал Эшер, -- что брат Антоний  не только
был единственным вампиром,  способным убить Денниса, способным ввести себе в
вены такое количество серебра и прожить после этого еще несколько минут,  но
и единственным, кто на это отважился. Он был единственным  вампиром, который
предпочел спасение души бессмертию.
     Порыв ветра  качнул голые ветви в саду, столкнув их с костяным  стуком.
Вдали колокол на  церкви  ударил  шесть раз. Тонкие пальцы Исидро неподвижно
лежали на исписанных  листах. Массивный золотой  перстень  блестел  в  свете
газового рожка.
     -- Вы полагаете, он его достиг? -- спросил он наконец.
     -- Вам знакома легенда о Тангейзере?
     Вампир усмехнулся.
     -- Грешник,  так  напугавший  своей  исповедью  папу  Римского, что тот
прогнал  его, сказав:  "Скорее на  моем  посохе  распустятся  цветы,  нежели
Господь  простит такие преступления". Тангейзер вернулся к  грешной жизни, а
через  три  дня  посох  расцвел... Да,  знакома. --  Глубокие  глаза  Исидро
загадочно мерцали.  --  Но, как  говорил сам  брат  Антоний:  "Нам  этого не
узнать".
     Еле  слышный  звук заставил Эшера  обернуться.  В дверях  стояли  Антея
Фаррен  и  Лайонел  Гриппен.  Графиня выглядела  осунувшейся  и  измученной,
доктор, как всегда, был огромен и краснолиц; на фоне налитых краденой кровью
губ клыки казались ослепительно белыми.
     Исидро продолжал мягко:
     --  Думаю,  никому  из нас даже и  в  голову  бы не  пришло,  что такое
самопожертвование возможно. Да  и сам брат Антоний наверняка подумал об этом
лишь  после  встречи  с  вами  в  катакомбах,  когда  вы   напомнили  ему  о
безграничности милосердия Божьего.
     -- Каждый вправе дурачить себя, как ему нравится, -- проворчал Гриппен.
-- А я думаю, если  кто-то уходит из-за стола в  разгар пира, то, значит, он
просто пресытился.
     Антея чуть склонила голову к плечу и добавила:
     -- Это был скорее поступок смертного.
     -- Ну так он и умер в итоге, -- отозвался Гриппен.
     Какое-то  время  Эшер  внимательно  смотрел  в  мерцающие  карие  глаза
женщины.
     -- Да, -- сказал он. -- Это был скорее поступок человека, чем вампира.
     -- Во всяком случае, после этого его поступка ваша служба кончилась, --
сказал Исидро, не поднимаясь из-за конторки. -- Вы свободны.
     -- Свободен? -- Эшер оглянулся на дверь, возле которой стояли Гриппен и
графиня  Эрнчестер  с  лицами,  напоминающими  в  газовом  свете  посмертные
гипсовые маски с живыми мерцающими глазами.
     --  Да,  свободны,  --  повторил  Исидро. -- Если хотите, можете начать
охоту на вампиров, во всяком случае,  на  тех, кто вам  лично не симпатичен.
Или даже на всех, если  вы человек  принципа. Насколько я понимаю,  какие-то
принципы у вас еще остались, хотя и в сильно поврежденном виде... Но, боюсь,
это окажется бесплодным занятием. Мы знаем теперь, каким образом вы и миссис
Лидия  нас  выследили, и, поверьте, сделали  из этого  выводы.  Отныне  наши
укрытия будут  более, как это у вас называется, законспирированы. Вы  можете
преследовать нас долго и безуспешно,  хотя вам, разумеется, придется вложить
в это дело всю свою душу, все силы, все оставшиеся годы. А много ли их у вас
осталось?
     Эшер  смотрел на него не  отвечая. В бледных глубоких глазах вампира он
не  уловил  ни тени  насмешки. Бедный  глупый Деннис  убил  двадцать  четыре
человека -- слепо, почти бессознательно, в припадке ярости и желания. Исидро
убил за три с половиной  столетия не менее десятков тысяч  -- хладнокровно и
расчетливо.  Долг человека требовал уничтожить их до единого, чтобы  они  не
могли убивать снова и снова, не могли порождать себе подобных.
     Но  в глубине души Эшер  знал, что  Исидро прав.  Для этого требовалась
одержимость во имя идеи,  та  самая одержимость,  ради  которой он застрелил
когда-то человека, бывшего его другом. Он устал от  этого, смертельно устал,
он был просто не в силах вести борьбу.
     -- Мы не тронем ни вас, ни  ваших близких, -- продолжал вампир. -- Чего
вам еще желать? Это  не плата --  это обычная предосторожность. Человек, чей
бык не был зарезан волком, редко становится настойчивым охотником. Охотиться
за нами -- все равно что охотиться за дымом, Джеймс, ибо у нас есть то, чего
нет у вас. У нас есть время. Дни и часы счастья драгоценны вам, и вы знаете,
как. мало их  у вас осталось.  А в нашем  распоряжении  все  время  или,  по
меньшей  мере,  --  добавил  он с иронией,  --  та  его часть,  которая  нам
потребна.
     Мгновенное   помутнение   сознания   заставило   Эшера   обернуться   в
предчувствии ловушки... Но Гриппен и Антея исчезли.
     Он снова повернулся к конторке и обнаружил, что кабинет пуст...
     Его шаги отдавались приглушенным эхом в пустом доме. Двинувшись вниз по
ночной улице, Эшер увидел язык золотого пламени в окне кабинета и серый клуб
дыма,   но  не  остановился.  Вокруг   поднялась  суматоха,  люди  забегали,
закричали. Полный бумаг дом должен был сгореть быстро.
     На углу  Харли-стрит  он взял кэб и направился к дому, где Лидия лежала
на  кровати и, рассыпав по плечам рыжие волосы, листала медицинские журналы,
терпеливо дожидаясь его возвращения.
Предыдущая страница
1 ... 38 39 40 41 42 43 44  45
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (6)

Реклама