Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - Амнуэль Песах Весь текст 195.5 Kb

День последний - день первый

Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 6 7 8 9 10 11 12  13 14 15 16 17
неосознанное знание того, что жизнь на  Земле  кончилась,  и  что  уходить
нужно с чистыми мыслями, никого не обвиняя и ни о чем не сожалея.
     Только детей жалко.
     Мне нечего было здесь делать, и я вернулся в Москву. На  окраине,  по
дороге во Внуково  полсотни  человек,  вооруженных  автоматами,  захватили
склад военной техники. Сопротивления не было. На Внуковском  шоссе  группу
захвата  ждала  толпа,  наэлектризованная,  готовая  сделать  все,   чтобы
перестали твориться дикие и, с  точки  зрения  разума,  невозможные  вещи.
Подонки в  правительстве  спасают  свои  шкуры,  за  кремлевскими  стенами
пришельцы их не достанут, а  гибнет,  как  всегда,  народ,  простые  люди.
Пришельцы уже захватили Землю, уничтожают  людей  лучом,  и  вместо  того,
чтобы драться с захватчиками (армия, едрит ее, как по своим стрелять - так
пожалуйста), эти, наверху, передрались, а за границей и вовсе свихнулись -
взорвали Иерусалим, а если кому-то втемяшится бросить  ракету  на  Москву,
чтобы чужим не досталась? Нужно что-то делать, нужно оружие, и нужно  идти
в Кремль.
     Из ворот базы на полной скорости вылетели три БМП, отбитые у  солдат,
на бортах сидели новоиспеченные автоматчики, пулемет, татакнув для  пробы,
срезал верхушки деревьев. И понеслись, и, казалось, не остановить, хотя  и
здесь уходили люди: одна из машин вильнула было  в  сторону  (исчез  -  по
грехам его - водитель),  но  управление  сразу  перехватили,  и  понеслись
дальше с воплями, проклятиями, матом - и надеждой.
     И что же я должен был сделать?
     Сначала попробовал внушение.  Голос  раздался  с  неба,  он  призывал
одуматься, говорил о призвании человека, о  мире,  и  машины  притормозили
ненадолго, но на броню взобрался, придерживая автомат, мужик  лет  сорока,
волевой человек, вчера еще геолог, начальник партии,  привыкший  принимать
решения и брать на себя.
     - Пришельцы идут! - крикнул он. - Корабли их  невидимы  под  защитным
полем! Они призывают сдаваться - слышите? За мной! Если мы сейчас не будем
драться, то кто и когда? Россия гибнет!
     И началась пальба. Без прицела вверх - по невидимым и  несуществующим
кораблям пришельцев. Я заклинил затворы автоматов, и трескотня смолкла, но
из ближайших домов бежали уже новые добровольцы. Я заглушил двигатели БМП,
водители безуспешно работали стартерами, и вера их  -  не  в  Бога,  перед
которым нужно  каяться,  а  в  пришельцев,  которых  нужно  уничтожить,  -
возрастала. Именно так инопланетяне поступали всегда:  глушили  двигатели,
внушали невесть что, наводили панику, в газетах об  этом  давно  пишут,  и
мало кто верил, а ведь была  чистая  правда!  Пришельцы  тренировались,  а
теперь перешли в тотальное наступление, и людям больше не  жить,  страшно,
вперед, ребята, нужно уйти от этого места, за мной!
     Побежали. К центру - где Кремль...
     А в подмосковном городе Зеленограде люди  не  исчезали  уже  полчаса.
Паника немного поутихла, все  сидели  по  домам  и  ловили  информацию  из
внешнего мира. Пользовались транзисторами, электричества не было почти  во
всем городе. В церкви шел молебен - отец  Александр  скорбно  и  убежденно
излагал свою версию конца света. Удивительно:  он  был  почти  прав!  Люди
всегда грешили и неохотно приходили к Богу, а многие (слишком многие!) так
и не пришли. Двадцатый век изгнал святые истины, коммунисты ввергли  пятую
часть планеты в пучину, из которой не выбраться без помощи Бога. Нужен был
Мессия-спаситель, а пришел Антихрист и возвестил  Армагеддон,  потому  что
человек перестал нынче быть человеком.
     Я почувствовал, что в Зеленограде люди жили будто в  оазисе  времени,
будто благодать снизошла на них. Их ничто не волновало больше - но ведь  и
они перестали быть людьми, потому что перестали страдать!
     Я не хотел сделать Лине больно.
     - Линочка, - сказал я, - родная моя, так будет еще хуже. Я тоже хочу,
чтобы люди  были  всегда.  Но  путь  только  один.  Вернись,  Лина,  давай
поговорим.
     Молчание.
     - Иешуа, - сказал я, и он  пришел,  наконец.  Он  стоял  на  паперти,
босой, в рубище,  смотрел  на  позолоченный  купол  с  крестом,  губы  его
шевелились,  он  ждал.  Конечно,  его  увидели,  и  конечно,  не   узнали.
Оборванец. Бедняга. Без жилья, видать, но чистенький, следит за собой. Ему
подали, и он взял.
     - Где Лина? - спросил я.
     Лина была здесь, и ей было плохо. Я почувствовал, наконец,  душу  ее,
сжавшуюся в комок, отпрянувшую от меня. Я был слаб и не  мог  ни  защитить
ее, ни помочь.
     - Я пробовала спасти сама... Не  так,  как  ты...  Мамы  нет.  И  Иры
тоже... И здесь... Такие замечательные, такие добрые, но...
     - Да, Линочка, всегда есть но... Тебе тяжело держать этот груз?
     - Я устала.
     - Давай отпускать понемногу. Вот так, хорошая моя, как же ты  сумела,
еще чуть-чуть... Все. Вернемся в Мир.
     Мы вернулись - на площадь перед храмом.
     Благодать  кончилась,  оазис  исчез.  Толпа  шла   к   горсовету   по
центральной улице, переворачивая  и  поджигая  машины.  Путь  был  отмечен
факелами, одна из машин взорвалась, обломки поранили человек двадцать,  но
никто не обращал на это внимания. Исчезли  -  по  грехам  их  -  несколько
человек, и толпа пришла в неистовство. Из окон горсовета начали стрелять -
у охранников сдали нервы. В церкви все еще молились, но  прихожане  начали
исчезать - по грехам их, - и люди, убедившись, что храм Божий, проклят так
же, как и весь мир, бросились к выходу.
     Я сказал Иешуа "уходи", он не нужен был  сейчас,  и  мы  вернулись  с
Линой на Тверской бульвар. Здесь было безлюдно и тихо, ничто не напоминало
о Дне восьмом, если не считать нескольких сломанных деревьев и трупов двух
милиционеров в кустах, они были убиты еще под вечер во время  неожиданного
столкновения патруля с группой бандитов.
     Мы сидели на той самой скамейке, что  и  неделю  назад,  после  моего
возвращения из командировки.
     - Я была дома...
     - Знаю.
     - Неужели их грехи больше моих? Им не было  больно?  Их  совсем  нет,
Стас? Совсем?
     - Солнышко мое, пожалуйста, успокойся, прошу тебя.
     - Успокоиться?! Ты понимаешь, о чем ты говоришь, Стас?
     Я понимал. Беда была в том, что я понимал, а она - еще нет.  Мы  были
рядом, но не вместе.
     - Линочка...
     - Я пыталась понять тебя, - Лина говорила  мне  в  самое  ухо,  звуки
странно расплывались, мне приходилось догадываться, и я  стал  слушать  ее
мысли, так было яснее. - Если я не пойму, я не смогу ничего... Я...  Стас,
разве таким должен быть Бог? Разве так нужно спасать? Если ты любишь меня,
если ты всемогущ - почему все так плохо? Как нам жить - вдвоем, без  всех?
Что мы без них? Все, о чем я мечтала, - этого уже не  будет?  Дом,  семья,
дети... Стас, что же ты делаешь?!
     - Послушай меня. Я не тот Бог, о котором  написано  в  Библии,  Торе,
Коране и еще  где-то.  То  фантазии,  а  есть  Истина.  Когда  я  создавал
Вселенную, сила моя была почти беспредельна.  В  этом  "почти"  все  дело.
Предел. Половину своей силы, - точнее сказать, энергии,  -  я  потратил  в
День первый, и половину того, что осталось - в День второй.  Когда  настал
День пятый, я  мог  только  управлять  генетическим  аппаратом,  а  создав
человека в День шестой, утратил все и  стал  таким  же  человеком,  как  и
остальные  люди.  Разве  что  изредка,  в  каком-то  из  моих   поколений,
прорывалось что-то немногое, копившееся веками,  и  я  был  способен  дать
людям Заповеди или позвать Иешуа, чтобы узнать что-нибудь о будущем.
     - Иешуа, - сказала Лина, - кто он?
     - Помощник.
     - У Бога есть помощники?
     - Конечно. Иешуа был не всегда. Я создал его в День второй как  некую
альтернативу себе, и был он тогда бесформенной системой частиц, в  которую
я впечатал  все,  что  хотел  сохранить,  отделить  от  себя.  Возможность
являться в Мир, чтобы предвидеть его путь.
     - Контроллер.
     - Пусть так, - согласился я. - В конце  концов  именно  Иешуа  сказал
"хватит, дальше тупик". И подвел к Решению. В чем-то он  слушает  меня,  в
чем-то  самостоятелен.  Он  уже  не   раз   являлся   в   Мир.   Убийство,
предательство, смерть на кресте - все было, и  все  напрасно.  Человек  не
изменился. На этот раз Иешуа пришел потому, что ничего исправить уже  было
нельзя. Предстояло решить - оставить все  как  есть  или  начать  сначала.
Оставить было нельзя - путь  вел  в  тупик.  Ошибка.  Моя  ошибка.  И  мне
исправлять. И людей, но прежде - мир, в котором им жить. Человек таков  не
только потому, что таковы его гены, но и потому, что  таков  животный  мир
вокруг, и растения, и горы с морями, и планета, и космос - все связано,  и
ошибся я в самом начале. Космологи придумали  антропоморфный  принцип.  Он
совершенно верен: Вселенная такова именно потому, что в ней есть  человек.
В другой Вселенной и человек был бы другим. Чтобы  начать  сначала,  чтобы
повторить День шестой, нужно вернуть День первый. И не иначе...
     Лина плакала.
     Никто не мог видеть нас, только я - ее,  и  она  -  меня,  волосы  ее
разметались, и щека была поцарапана,  а  платье  испачкано  чем-то  белым,
глаза у Лины были как страшные убивающие зеркала, я видел в них себя -  не
настоящего, а такого, каким никогда не был, и Лина знала, что я не  такой,
я не жесток, и не я забрал из жизни маму и Иру - не я, а грехи их  прошлые
и будущие, - но все равно в глазах Лины отражалось  существо,  которое  не
должно было жить.
     Я хотел сказать ей, что, понимая теперь все,  она  не  хочет  принять
того, что поняла, в душу свою. И  я  не  успел  сказать  это,  потому  что
Станислав Корецкий, чье тело было моим тридцать два года, принял участь по
грехам своим.


     Было больно. Я знал - так болит душа. И было тоскливо, потому  что  я
опять остался один.
     Я ушел из Станислава Корецкого, из тела его, из мыслей  его,  из  его
ощущений. Я стал, наконец, собой. Я осмотрел Землю, и то, что увидел, было
ужасно. Что-то  я  должен  был  исправить,  ведь  завершался  только  День
восьмой, предстояли еще пять Дней, Земля должна была еще  послужить  -  не
людям, но животным, растениям.
     Сначала  я  остановил  продвижение  американских  войск  по   странам
Ближнего востока. Ни к чему была война. Нефть уже не понадобится. Я  вывел
из строя моторы всех  самолетов,  танков,  самоходных  установок,  военных
автомобилей - всего, что способно было передвигаться, нести  разрушения  и
смерть. Армии остановились, и я понял, что они не сдвинутся, даже  если  я
оживлю умершую технику. Люди испугались, к чудесам они не привыкли даже  в
День восьмой. Как ни кощунственно это  звучит,  исчезновения  людей  -  по
грехам их - за чудеса уже не считались.
     Я остановил в воздухе  несколько  ракет,  стартовавших  с  позиций  в
Европейской части России. Ракеты летели на запад, и  я  не  стал  уточнять
направления. Я проследил по цепочке, кто отдал приказ, и  конечно,  никого
не обнаружил - главнокомандующий  ракетными  войсками  свел  уже  счеты  с
жизнью.
     В Латинской Америке горела саванна, полыхала  смородиновым  цветом  с
черными проплешинами дыма, и люди не успевали спастись. Я направил  ураган
с  побережья  Тихого  океана,  полосы  сизых   туч   вытянулись   небрежно
закрученными лентами и обрушили ливень, какого не  было  здесь  с  древних
времен, да и сейчас, в принципе, быть не могло в это сухое межсезонье.
     Я понимал, что, спасая саванну, нарушаю хрупкое равновесие  и  что  в
ближайшие часы мне еще не  раз  придется  менять  направления  ветров,  но
погасить огонь без воды - нет, такого чуда я еще совершить не мог.
     Соединенные Штаты больше не существовали, не  было  власти,  не  было
сената, не было конгресса, не стало  -  по  грехам  его  -  президента,  а
вице-президент заперся в угловом кабинете на  втором  этаже  Белого  дома,
отключил телефоны и дисплеи и с тоской смотрел в окно на зеленую  лужайку,
моля Бога, чтобы это поскорее кончилось. Что именно - он не знал, но думал
Предыдущая страница Следующая страница
1 ... 6 7 8 9 10 11 12  13 14 15 16 17
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама