Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
Aliens Vs Predator |#1| To freedom!
Aliens Vs Predator |#10| Human company final
Aliens Vs Predator |#9| Unidentified xenomorph
Aliens Vs Predator |#8| Tequila Rescue

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - А&Б Стругацкие Весь текст 37.27 Kb

Почти такие же

Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4
Панин очень заботился о своей внешности. Он был красив и привык нравиться.
Поэтому сразу после  Большой Центрифуги он  немедленно принимался за  свои
отеки.
    - У тебя вот никогда не бывает этой пакости, - сказал он Кондратьеву.
    Кондратьев промолчал.
    - У тебя удачная конституция, спортсмен. Как у воблы.
    - Мне бы твои заботы, - сказал Кондратьев.
    - Тебе же сказано, что это только временно, чудак.
    - Гальцеву тоже говорили, что это только временно, а потом перевели  к
дистанционникам.
    - Ну что ж, - рассудительно сказал Панин, - значит, не судьба ему.
    Кондратьев стиснул зубы.
    - Подумаешь,  - сказал  Панин, -  запретили ему  восьмикратные. Вот я,
например, человек простой, простодушный...
    Кондратьев остановился.
    - Слушай, ты, - сказал он.  - Быков увел "Тахмасиб" от Юпитера  только
на двенадцатикратной перегрузке. Может быть, тебе это неизвестно?
    - Ну известно, - сказал Панин.
    - А Юсупов погиб потому, что не выдержал восьмикратную. Это тебе тоже
известно?
    - Юсупов  - штурман-испытатель,  - сказал  Панин, -  и не  нам чета. А
Быков никогда в жизни, между прочим, на перегрузки не тренировался.
    - Ты уверен? - ядовито спросил Кондратьев.
    - Ну, может быть, тренировался, но уж не до грыжи, как ты, спортсмен.
    - Борька, ты что - в самом деле считаешь, что я спортсмен? - сказал
Кондратьев.
    Панин посмотрел на него озадаченно.
    - Видишь ли, - сказал он, - я же не говорю, что это плохо... Это,
конечно, вещь в Пространстве полезная...
    - Ладно, - сказал Кондратьев, - Пойдем в парк. Разомнемся.
    Они  пошли  по  коридору.  Панин,  не переставая массировать отеки под
глазами, заглядывал в каждое окно.
    - А девочки все играют, -  сказал он. Он остановился у окна  и вытянул
шею. - Ага. Вон она!
    - Кто? - спросил Кондратьев.
    - Не знаю, - сказал Панин.
    - Не может быть, - сказал Кондратьев.
    - Нет, правда, я танцевал с ней позавчера. Но как ее зовут - не знаю.
    Сережа Кондратьев тоже поглядел в окно.
    - Вон видишь, - сказал Панин, - с перевязанной коленкой.
    Сережа увидел девушку с перевязанной коленкой.
    - Вижу, - сказал он. - Пойдем.
    - Очень хорошая девушка, - сказал Панин. - Очень. И умница.
    - Пойдем,  пойдем, -  сказал Кондратьев.  Он взял  Панина под локоть и
потащил за собой.
    - Да куда ты торопишься? - удивился Панин.
    Они прошли мимо  пустых аудиторий и  заглянули в тренажную.  Тренажная
была обставлена, как  штурманская рубка настоящего  фотонного планетолета,
только над пультом управления  вместо видеоэкрана был вмонтирован  большой
белый куб стохастической машины. Это был датчик космогационных задач.  При
включении он случайным образом  подавал вводные на регистрирующие  приборы
пульта.   Курсант  должен  был  составить  систему  команд  на управление,
оптимально отвечавших условиям задачи.
    Сейчас  перед  пультом  толпилась   целая  куча  явных  мальков.   Они
переругивались, размахивая  руками, и  отпихивали друг  друга. Потом вдруг
стало тише, и было слышно, как сухо пощелкивают клавиши на пульте:  кто-то
набирал команду. В томительной  тишине загудел выключатель, и  над пультом
загорелась  красная  лампа  -  сигнал  неверного решения. Мальки взревели.
Кого-то стащили  с кресла  и выпихнули  прочь. Он  был взъерошен  и громко
кричал: "Я же говорил!"
    - Почему ты такой потный? - презрительно спросил его Панин.
    - Это я от злости, - сказал малек.
    Вычислитель  снова  загудел,  и  снова  над пультом загорелась красная
лампа.
    - Я же говорил! - завопил малек.
    - А ну-ка, - сказал Панин и плечом вперед пошел через толпу.
    Мальки притихли.  Кондратьев увидел,  как Панин  нагнулся над пультом,
потом быстро  и уверенно  затрещали клавиши,  вычислитель зажужжал,  и над
пультом загорелась зеленая лампа. Мальки застонали.
    - Ну так это Панин, - сказал кто-то.
    - Это же Панин, - с упреком сказал Кондратьеву потный малек.
    - Спокойной  плазмы, -  сказал Панин,  выбираясь из  толпы. -  Валяйте
дальше. Пойдем, Сергей Иваныч.
    Затем  они  заглянули  в  вычислительную.  Там  шли  занятия,  а возле
изящного  серого  корпуса  ЛИАНТО  сидели  на  корточках трое операторов и
копались в  схеме. Тут  же сидел  на корточках  печальный староста второго
курса Гриша Быстров.
    - Привет от Лианта, -  сказал Панин. - Быстров, оказывается,  еще жив.
Странно.
    Он  посмотрел  на  Кондратьева  и  хлопнул  его  ладонью  по спине. По
коридору пронеслось трескучее эхо.
    - Перестань молчать, - сказал Панин.
    - Не надо, Борька, - сказал Кондратьев.
    Они спустились  по лестнице,  миновали вестибюль  с большим  бронзовым
бюстом  Циолковского  и  вышли  в  парк.  У подъезда какой-то второкурсник
поливал из шланга цветы на газонах. Проходя мимо него, Панин с неумеренной
жестикуляцией продекламировал: "Без Копылова жизнь не та, люблю, привет от
Лианта".   Второкурсник  смущенно  заулыбался  и  поглядел на окна второго
этажа.
    Они пошли  по узкой  аллее, обсаженной  кустами черемухи.  Панин начал
было  громко  петь,  но  из-за  поворота  навстречу вышла группа девушек в
трусах  и  майках.  Они  возвращались  с  волейбольной площадки. Впереди с
мячом под мышкой шла Катя. "Этого только не хватало, - подумал Кондратьев.
-  Сейчас  она  уставится  на  меня  круглыми  глазами.  И начнет говорить
взглядом".  Он  даже  остановился   на  секунду.  Ему  ужасно   захотелось
перепрыгнуть  через  кусты  черемухи  и  залезть  куда-нибудь подальше. Он
покосился на  Панина. Панин  приятно улыбнулся,  расправил плечи  и сказал
бархатно:
    - Здравствуйте, девушки!
    Факультет  Дистанционного  Управления  удостоил  его белозубой улыбки.
Катя смотрела только на Кондратьева. "О господи", - подумал он и сказал:
    - Здравствуй, Катя.
    - Здравствуй, Сережа, - сказала Катя, опустила голову и прошла.
    Панин остановился,
    - Ну что ты застрял? - сказал Кондратьев.
    - Это она, - сказал Панин.
    Кондратьев оглянулся. Катя стояла, поправляя растрепавшиеся волосы,  и
глядела  на  него.  Ее  правое  колено  было  перевязано  пыльным  бинтом.
Несколько секунд  они глядели  друг на  друга; глаза  у Кати  стали совсем
круглые.  Кондратьев  закусил  губу,  отвернулся  и  пошел,  не  дожидаясь
Панина. Панин догнал его.
    - Какие красивые глаза, - сказал он.
    - Круглые, - сказал Кондратьев.
    - Сам ты круглый, - сказал  Панин сердито. - Она очень, очень  славная
девушка. Подожди, - сказал он. - Откуда она тебя знает?
    Кондратьев не ответил, и Панин замолчал.
    В центре парка была  обширная лужайка, поросшая густой  мягкой травой.
Здесь обыкновенно зубрили перед теоретическими экзаменами, отдыхали  после
тренировок  на  перегрузки,  а  летними  вечерами  иногда  приходили  сюда
целоваться. Сейчас здесь расположился пятый курс Штурманского  факультета.
Больше всего  народа было  под белым  тентом, где  играли в  четырехмерные
шахматы. Эту высокоинтеллектуальную игру,  в которой доска и  фигуры имели
четыре  пространственных  измерения  и  существовали  только в воображении
игроков, принес  несколько лет  назад в  школу Жилин,  тот самый,  который
работал  сейчас  бортинженером  на  трансмарсианском рейсовике "Тахмасиб".
Старшекурсники  очень  любили  эту  игру,  но  играть  в нее мог далеко не
каждый. Зато болельщиком мог стать всякий, кому не лень. Орали  болельщики
на весь парк.
    - Надо было ходить пешкой на е-один-дельта-аш...
    - Тогда летит четвертый конь.
    - Пусть. Пешки выходят в пространство слонов...
    - Какое пространство слонов? Где  ты взял пространство слонов?! Ты  же
девятый ход неверно записал!
    - Слушайте,  ребята, уведите  Сашку и  привяжите его  к дереву!  Пусть
стоит.
    Кто-то, должно быть один из игроков, возмущенно завопил:
    - Да тише вы! Мешаете ведь!
    -  Пойдем  посмотрим,  -  сказал  Панин.  Он  был  большим   любителем
четырехмерных шахмат.
    - Не хочу, - сказал Кондратьев.
    Он перешагнул  через Гургенидзе,  который лежал  на Малышеве, завернув
ему руку  до самого  затылка. Малышев  еще барахтался,  но все  было ясно.
Кондратьев  отошел  от  них  на  несколько  шагов  и  повалился  на траву,
потягиваясь  всем  телом.   Было  немного  больно  напрягать мускулы после
перегрузок, но это было очень  полезно, и Кондратьев сделал мостик,  потом
стойку, потом еще раз  мостик и наконец улегся  на спину и стал  глядеть в
небо.  Панин  уселся  рядом  и  стал  слушать вопли болельщиков, покусывая
травинку.
    "Может быть, пойти к Кану? - подумал Сережа. - Пойти к нему и сказать:
``Товарищ Кан,  что вы  думаете о  межзвездных перелетах?''  Нет, не  так.
``Товарищ Кан, я хочу завоевать Вселенную''. Фу ты, чепуха какая!"  Сережа
перевернулся на живот и подпер кулаками подбородок.
    Гургенидзе и Малышев уже кончили бороться и подсели к Панину.  Малышев
отдышался и спросил:
    - Что вчера было по ЭсВэ?
[ЭсВэ - стереовизор: телевизор со стереоэкраном.]
    - "Синие поля", - сказал Папин. - Транслировали из Аргентины.
    - Ну и как? - спросил Гургенидзе.
    - Могли бы и не транслировать, - сказал Панин.
    - А, - сказал Малышев, - это где он все время роняет холодильник?
    - Пылесос, - поправил Панин.
    - Тогда я видел, - сказал  Малышев. - Нет, почему же, фильм  неплохой.
Музыка хорошая. И гамма запахов хороша. Помнишь, когда они у моря?
    - Может быть, - сказал Панин. - Только у меня смелфидер испорчен.  Все
время  разит  копченой  рыбой.  Это  было  особенно здорово, когда она там
заходит в цветочный магазин и нюхает розы.
    - Вах! - сказал Гургенидзе. - Почему ты не починишь, Борька?
    Малышев задумчиво сказал:
    - Было бы  здорово разработать для  кино методы передачи  осязательных
ощущений. Представляешь,  Борька, на  экране кто-то  кого-то целует,  а ты
испытываешь удар по морде...
    - Представляю,  - сказал  Панин. -  У меня  уже так  было однажды. Без
всякого кино.
    "А потом бы  я подобрал ребят,  - думал Сережа.  - Для этого  дела уже
сейчас можно подобрать подходящих  ребят. Мамедов, Валька Петров,  Сережка
Завьялов  с  инженерного.  Витька  Брюшков  с  третьего  курса   переносит
двенадцатикратные  перегрузки.  Ему  даже  тренироваться  не  надо: у него
какое-то там особенное среднее ухо. Но он малек и еще ничего не понимает".
Сережа  вспомнил,  как  Брюшков,  когда  Панин  спросил его, зачем ему это
нужно, важно надулся и сказал: "А ты попробуй, как я". "Малек,  совершенно
несъедобный, сырой малек. Да в общем-то  все они спортсмены - и мальки,  и
выпускники. Вот разве Валя Петров..."
    Сережа снова  перевернулся на  спину. "Валя  Петров. ``Труды  Академии
неклассических механик'', том седьмой. Ну, Валька Петров спит и ест с этой
книгой. Но ведь и другие ее читают. Ее ведь постоянно читают! В библиотеке
три экземпляра, и все  замусолены, и не всегда  их возьмешь. Значит, я  не
один? Значит, их тоже интересует ``Поведение пи-квантов в ускорителях''  и
они тоже  делают выводы?  Поймать Вальку  Петрова, -  подумал Сережа,  - и
поговорить..."
    - Ну что  ты на меня  уставился? - сказал  Панин. - Ребята,  что он на
меня уставился? Мне страшно!
    Сережа  заметил,  что  стоит  на  четвереньках  и смотрит прямо в лицо
Панина.
    -  Какой  ракурс!  -  сказал  Гургенидзе.  -  Я  буду  лепить  с  тебя
"Задумчивость".
    Сережа встал и  оглядел лужайку. Петрова  не было видно.  Сережа лег и
прижался щекой к траве.
    - Сергей, - позвал Малышев. - А как ты все это прокомментируешь?
    - Что именно? - спросил Сережа в траву.
    - Национализацию "Юнайтэд Рокэт Констракшн".
    - "Данную акцию мистера Гопкинса одобряю. Жду следующих в том же духе.
Кондратьев", -  сказал Сережа.  - Телеграмму  послать наложенным платежом,
валютой через Советский Госбанк.
    "В ``Юнайтед Рокет''  хорошие инженеры. У  нас тоже хорошие  инженеры.
Самое время сейчас им всем  объединиться и строить прямоточники. Все  дело
Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 
Комментарии (2)

Реклама