Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Научная фантастика - Прашкевич Г. Весь текст 112.93 Kb

Приключение века

Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6  7 8 9 10
выругавшись, избрал самое простое: вернулся в гостиницу  и  пристроился  у
телефонного аппарата. "Где ему еще искать меня? Ведь на борт его без  меня
все равно не пустят!"
     И оказался прав.
     Поздно ночью раздался длинный звонок.
     - Начальник! - нетвердо, издалека сказал голос Сказкина. - Начальник,
поздравь! Обмыл я отход! За двоих обмыл! Пруха нам будет!
     - Ты еще на ногах? - спросил я.
     - На ногах, - сообщил Сказкин. - Но опираюсь на посох.
     - А где ты стоишь? Где тебя можно найти и поздравить с обмывкой?
     - Не знаю, начальник. Потому и звоню, что не знаю.
     - Но где-то же ты стоишь! - повысил я голос.
     - Это так, - согласился Сказкин. - Я стою в будке.
     - В собачьей? В сторожевой? Или все-таки в телефонной? Какая она, эта
будка? Определи.
     - Она... - задумался Сказкин. - Она... вертикальная!
     - Они все вертикальные!  Не  торопись,  Серп  Иванович.  Сам  знаешь:
смотреть мало, надо видеть! - это я Сказкину польстил. - Главное  в  таких
случаях - точно определиться. Что там вокруг тебя?
     - Стекло и металл! - с гордостью сообщил Сказкин. - Стекло и  металл!
Правда, стекло битое.
     - Ты мне скажи, Серп Иванович, что находится рядом с будкой, тогда  я
смогу тебя разыскать. Дай примету, пусть одну, но точную.
     - Есть примета! - заорал Сказкин. - Есть!
     - Говори!
     - Воробей! Воробей на ветке сидит!
     - Ну, ну! - поощрил я. - Это куст или дерево? Если дерево, то какое?
     - Да махусенький он, воробей-то! - растроганно кричал Серп  Иванович.
- Ну, совсем махусенький, его и понять трудно! Но  сидит,  это  точно,  на
лапках, а в лапках веточка, и клюв как шильце!
     - Ты мне его длину коготков скажи! - взорвался я.
     И правда, услышал:
     - Некрупные!


     "Как ни бесчисленны существа,  заселяющие  Вселенную,  -  вспомнил  я
слова древней книги, - следует учиться их  понимать.  Как  ни  бесчисленны
наши желания, следует учиться ими  управлять.  Как  ни  необъятна  работа,
связанная с самоусовершенствованием, надо учиться ни в чем не отступать. И
какой бы странной ни казалась нам абсолютная истина,  следует  учиться  не
пугаться ее!"


     Я опять глянул вниз.
     Может, стоит рискнуть? Может, Краббен спит? Может, он  давно  ушел  в
нейтральные, а то и в чужие воды? Я бы мог спрыгнуть на пляж, добраться до
фала и в одно мгновение вознестись на недосягаемый  для  Краббена  гребень
кальдеры!
     "А если он не спит, если он затаился? Если вон  та  глыба  в  тени  -
вовсе не глыба? Если он терпеливо ждет моего  решения,  устроившись  среди
подводных камней?.."
     Малоприятные,  пугающие  мысли  теснились  в  моей  голове;  но   вот
странность! - даже пугаясь, видел я мысленно кое-что приятное.
     Музей.
     Огромный музей современной природы.
     Зал.
     Огромный зал, отведенный для одного, зато совершенно  исключительного
экспоната.
     Табличка над экспонатом.
     Надпись на табличке.
     "Краббен тихоокеанский. Единственный  известный  в  наше  время  вид.
Открыт  и  отловлен  в  водах  кальдеры  Львиная  Пасть  младшим   научным
сотрудником  Т.Н.Лужиным  и  полевым  рабочим  Пятого  Курильского  отряда
С.И.Сказкиным."
     "Сказкиным!.. - возмутился я. - Трус проклятый!"
     И, подумав, перед именем Лужина поставил достаточно  высокую  научную
степень, а имя Сказкина вообще стер.
     Казенный фал и левая гречка, - я объясню тебе разницу!


     Очень хотелось есть.
     "Конец двадцатого века, - не без удивления говорил я сам себе, - а я,
венец творения, царь природы, блокирован в сырой пещере черт знает  откуда
взявшейся тварью!"
     "Скоро утро, - говорил я самому себе. - Почему  бы  не  рискнуть?  Не
может быть, чтобы я не обогнал этого громилу! Мне бы только ухватиться  за
фал!.."
     "Рискни!.."
     Но даже понятие риска было теперь связано в моем  сознании  с  именем
Сказкина.
     "Ух, риск! - явственно расслышал я довольное уханье Серпа  Ивановича.
- Ух, риск! Я рисковый!.."
     Причудливо смешались в  моей  памяти  детали  одного  из  бесконечных
рассказов Сказкина о его веселой и  рисковой  натуре.  Израсходованные  на
бормотуху   деньги,   оборванные   линии   электропередач,    заснеженный,
завьюженный сахалинский городок Чехов, где в темной баньке сейсмолог  Гена
Веселов и его помощник Сказкин поставили осциллограф.
     "Буря смешала землю с небом..."
     Вьюга крутила уже неделю. Два раза в день на осциллографе  надо  было
менять ленту, все остальное  время  уходило  на  раздумье  -  где  поесть?
Столовые в городе давно не работали (из-за вьюги), да Сказкин с  Веселовым
и не могли пойти в столовую: они давно и везде  крупно  задолжали,  потому
что командировочных, все из-за той же вьюги, не  получали  уже  пятнадцать
дней.
     Пурга...
     Кочегар дядя Гоша, хозяин  квартиры  и  баньки,  снятой  Веселовым  и
Сказкиным, как правило, возвращался поздно и навеселе. Будучи  холостяком,
дядя Гоша все свое свободное время проводил среди таких же,  как  он  сам,
ребят, по его точному выражению - "за ломберным столиком".
     Возвращаясь, дядя Гоша  приносил  банку  консервированной  сайры.  Он
долго возился над банкой, но все же вскрывал и ставил перед псом, жившим у
него под кличкой Индус. Сказкину и Веселову дядя Гоша говорил так:  "Псам,
как и шпионам, фосфор необходим. И заметьте, я хоть  и  беру  консервы  на
комбинате, но именно беру, а не  похищаю!  Другой  бы  попер  с  комбината
красную рыбу, а я сайру беру, одну баночку, для Индуса, бланшированную, но
нестандартную, ту, что все равно в брак идет!"
     И Сказкин, и Веселов, оба они хотели нестандартной сайры,  даже  той,
что все равно идет в брак, но дядя Гоша, будучи навеселе, терзаний  их  не
замечал: в наше время, да чтоб голодали!.. Он терпеливо  ждал,  когда  пес
оближет банку, и сразу гасил свечу: "Зачем  потолок  коптить!  Потолок  не
рыба!"
     Все ложились.
     Сказкин пару раз проверял: не осталось ли чего в  баночке  у  Индуса?
Нет, пес справлялся. А на робкие намеки, что псу фосфора не хватает,  надо
бы для него прихватывать две  баночки,  дядя  Гоша  гордо  пояснял:  "Одна
баночка - это одна, а две баночки - это уже  много!  Разницу  надо  знать!
Опять же и совесть чистая!"
     Он думал и добавлял: "Как мой дом!"
     Дом у него, правда, был чист и гол.
     Как его совесть.
     Сказкин и Веселов,  существа,  как  известно,  белковые,  слабели  на
глазах. Индус стал относиться к ним без уважения. У Веселова  он  отнял  и
унес в пургу рукавицы; пришлось рукавицы Сказкина пришить к  рукавам  -  в
холода без них не поработаешь!
     В горисполком Веселов и Сказкин не заглядывали: они уже  выбрали  под
расписку все, что им могли дать; знакомых  в  городе  не  было;  пурга  не
стихала - назревала истинная и великая катастрофа!
     Но в тот день, когда Сказкин твердо решил побороть  свою  гордость  и
попросить у дяди Гоши взаймы, в сенках дома раздался слабый вскрик.
     Держась руками за стену, Сказкин бросился на помощь товарищу.
     В сенках,  на  дощатой,  плохо  проконопаченной  стене,  под  старой,
обдутой ветром мужской рубашкой висел на  гвозде  самый  настоящий  окорок
пуда на полтора. С одной стороны он  был  срезной,  плоский,  с  другой  -
розовый, выпуклый, и походил на большую мандолину.
     Окорок вкусно пах.
     Позвав Индуса, как свидетеля, Сказкин и  Веселов  долго  смотрели  на
окорок.
     Потом был принесен нож, каждый получил  по  большому  куску  окорока.
Индус тоже. "Хватит тебе фосфор жрать, - заметил Сказкин. - Ты не шпион, а
собака и наш друг!" - а оробевшему интеллигенту Веселову  Сказкин  бросил:
"Получим полевые, Гошке заплатим за все! За окорок тоже!"
     А пурга набирала силу. Город занесло под  третий  этаж.  Очень  скоро
Сказкин, Веселов и Индус привыкли к окороку. А поскольку дядя  Гоша,  тоже
набирая силу, появлялся дома все позже и позже, Сказкин рискнул перейти на
бульоны. "Горячее, - деловито пояснял  он,  двигая  белесыми  бровками,  -
горячее, оно всегда очень полезно!"
     Оба повеселели, вернули вес - и Веселов, и Сказкин. И  Индус  с  ними
подружился.
     Однако всему приходит конец.
     Как ни привыкли Сказкин и смирившийся с содеянным Веселов к  окороку,
толщина его (это наблюдалось  даже  визуально)  неуклонно  уменьшалась,  и
теперь окорок и впрямь напоминал мандолину - был так же пуст и звучен!
     И был день. И пурга кончилась.
     Выкатилось из-за сопки ледяное  ржавое  солнце,  празднично  осветило
оцепеневший мир. Дядя Гоша явился домой не ночью, как всегда, а  засветло.
Он улыбался: "У меня окорок есть. Я вас сегодня угощу окороком!"
     Слова дяди Гоши повергли  праздничный  мир  в  смятение.  Даже  Индус
привстал и отвел в сторону виноватый взгляд.
     Первым в сенки двинулся хозяин, но на пороге, чуть не сбив его с ног,
его обошли Индус и Сказкин.
     Зная инфернальный характер пса, Серп Иванович,  как  бы  не  выдержав
тяжести, обронил на пол пустой зазвеневший окорок, а Индус (все  они  были
крепко  повязаны)  подхватил  окорок  и  бросился  с  ним  в   бесконечные
заснеженные огороды, залитые кровавым солнцем.
     Взвешенный дядя Гоша выскочил на крылечко с ружьем в руках. "Убью!  -
кричал он Индусу. - Отдам корейцам!.."
     Дядя Гоша и впрямь передернул затвор, но  ружье  из  его  рук  вырвал
Сказкин.
     "Молодец! - отметил про себя Веселов. - И пса пугнет, и честь наша не
будет попрана!"
     Но  к  крайнему  изумлению  Веселова  Сказкин  прицелился   прямо   в
несущегося по сугробам Индуса.
     - Что ты делаешь?! - завопил Веселов, толкая друга под локоть.
     Только тогда, голосом полным раскаяния и испуга, Сказкин  шепнул:  "А
вдруг пес расколется?.."


     ...К утру Луна исчезла.
     Она не спряталась за гребень кальдеры,  ее  не  закрыли  облачка  или
туман; просто - была, и вот нет ее! Растворилась, как цинк в кислоте.
     Зато над вершинами острых скал, над таинственными пропастями угрюмо и
тускло засветились курильские огни. Как елочные шарики поблескивали они  в
наэлектризованном воздухе, гасли и вновь вспыхивали.
     "Прощелыга!.. - тосковал я по Сказкину. - Фал на гречку сменял,  а  я
загорай в пещере!.."
     Чем-то недоступным казался мне теперь крошечный домик сироты  Агафона
Мальцева. На печке, сооруженной из разрубленной  железной  бочки,  пекутся
лепешки, пахнет свежим чаем; на столике, как маяк-бипер, икает "Селга"...
     А тут?
     Шорох текучих шлаков. Шорох ссыпающихся песков. Шорох грунтовых  вод,
сочащихся по ожелезненным обнажениям...
     Слова старинной морской песни прекрасно вписались в эти  таинственные
нескончаемые шорохи.
     "Эту курву мы поймаем, - отчетливо прозвучало в ушах,  -  ей  желудок
прокачаем, пасть зубастую на нас раскрыть не смей!.."
     Песня все ближе:
     "Ничего мы знать не знаем, но прекрасно  понимаем:  ты  над  морем  -
будто знамя..."
     Что же там дальше? Ну, конечно:
     "Змей!"
     Это не было галлюцинацией.
     С "тозовкой" в  руке,  с  рюкзачишком  за  плечами,  в  вечном  своем
выцветшем тельнике, не разбирая дороги и голося во  всю  глотку  старинную
морскую песню, по камням пылил сам Серп Иванович Сказкин - бывший  боцман,
бывший матрос, бывший кладовщик и так далее, и так далее. Он был трезв, но
явно  перевозбужден  приступом  храбрости.  Тельник  пузырился  от  ветра,
белесые глаза хищно обшаривали обрывы.
     - Начальник! - время от времени кричал он. - Почты нет! Тебя  тут  не
съели?
     - Тише, организм! - негромко окликнул я Сказкина.
     Серп Иванович дерзко усмехнулся:
     - У меня "тозовка"!
     Он презирал страх.
     Он  шел  по  своей  собственной  земле,  по  своей  суше,  по  своему
собственному берегу; он, венец эволюции, снисходительно глядел на  медузу,
парашютом  уходящую  в  бездну;  он  видел  светлое  облачко  над  гребнем
кальдеры; он ощущал тишину, вызванную его гимном.
     Серп Иванович был прекрасен. И  я  устыдился  своих  недавних  дурных
Предыдущая страница Следующая страница
1 2 3 4 5 6  7 8 9 10
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама