Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Научная фантастика - Прашкевич Г. Весь текст 112.93 Kb

Приключение века

Предыдущая страница Следующая страница
1 2  3 4 5 6 7 8 9 10
близким надоедают! Тоже герой  нашелся!  Второй  по  величине,  третий  по
значению!
     В один миг Сказкин, как кукла, был переброшен в хвост очереди.
     ...Два дня  подряд  южные  острова  были  открыты  для  всех  рейсов.
Пассажиров как ветром сдуло, даже кассирша  уехала  в  город,  вот  почему
меня, одинокого и неприкаянного, как Вселенная, чрезвычайно  заинтересовал
грай ворон, клубившихся над дренажной канавой, мечом направленной прямо  в
авиакассу.
     Я подошел.
     По дну канавы, выкидывая  перед  собой  то  правую,  то  левую  руку,
по-пластунски полз Серп Иванович Сказкин.  Пиджачка  на  не  не  было,  но
лампасы на штанах еще не стерлись.
     - На материк? - спросил я сверху.
     Сказкин, не поднимая головы, кивнул.
     - Лечиться?
     Сказкин снова кивнул, продолжая свое движение. Полз  он,  конечно,  к
кассе, таился от уже не существующей очереди.
     Целеустремленность  Серпа  Ивановича  мне  понравилась.  Стараясь  не
осыпать его шлаком и песком, я медленно шел рядом с ним по краю канавы.
     - Хочешь, здесь, на острове, вылечу?
     - Хочу!
     - Два месяца физических работ, - поправил я условие. - Два месяца вне
общества.  Два  месяца  ни  грамма  в  желудок.  Оплата  работ  только  по
возвращению.
     Сказкин кивнул.
     Сказкин хотел в Пятый Курильский.


     Утешая осиротевшего Агафона,  Серп  Иванович  три  дня  подряд  варил
отменный компот. "Тоже из моря?" - намекал я на злополучную говядину. Серп
Иванович отставлял в сторону литровую эмалированную кружку  и  значительно
замечал: "Не так, чтобы совсем, но через Агафона..." И  хитро  смотрел  на
Мальцева.
     Мальцев молчал.
     "Смотри, Серп! - грозил я. - Не вздумай выменять компот  на  казенные
сапоги!" - "Что ты! - довольно объяснял Серп Иванович. - Я ведь говорил  -
нашел в песках гак. Вот на него мы компот и кушаем!"


     Душный, томительный цвел над островом август.
     С вечера всходила над вулканом Атсонупури - Венера.  Семь  тонких  ее
лучиков, как мягкие плавники, нежно раскачивались в ленивых волнах залива.
Глотая горячий чай, пропитанный  дымом,  я  откидывался  спиной  на  столб
навеса, под которым стоял кухонный стол. Я  отдыхал.  Я  закончил  полевой
сезон. Я ощущал прекрасное чувство исполненного мною долга.
     "Собаки, говорю, ушли! - бухтел рядом Агафон Мальцев. - Ушли, говорю,
и как без вести!" - "Да оно так и есть: без вести, - сочувствовал Сказкин.
- У нас было, с балкера "Азов" медведь ушел. Его танцевать научили, он  за
столом в переднике сиживал. Чего уж кажется надо: плавай, смотри  на  мир!
Так нет: на траверзе острова Ионы хватились - нет организма! Ушел!" - "Вот
и я говорю, - бухтел Мальцев, - ушли, и ни  духу  от  них,  ни  слуху!"  -
"Может, плохо кормил?" - "Ты че? - удивился Агафон. -  Кто  собак  кормит?
Собаки должны сами кормиться!" - "Медузами?" - "Зачем  медузами?  Вон  все
полянки мышами мышами. Пусть лакомятся!"
     Так они вели нескончаемые свои беседы,  жалели  собак,  гадали  о  их
судьбе, поминали белую корову, а  я  лениво  следил  за  лучиками  звезды,
купающейся в заливе. "Хорошо бы увидеть судно, - мечтал я. - Любое  судно,
хоть на Корсаков, хоть на Находку, хоть на Петропавловск!"
     Судно было нам необходимо, ведь кроме спальников и снаряжения владели
мы пятью ящиками  образцов:  сваренными  пемзовыми  туфами,  вулканическим
песком и зазубренными, как ножи, кусками обсидиана, тяжкими,  как  мертвая
простокваша, обломками базальтов.
     Я гордился собранными образцами.
     Я гордился: время прошло не зря.
     Я гордился: есть что показать шефу. Ведь это мой шеф  утверждал,  что
пемзовые толщи южного Итурупа  не  имеют  никакого  отношения  к  кальдере
Львиная Пасть, когтистый хищный гребень которой впивался в выжженное  небо
далеко за крошечным, курящимся, как вулкан, домиком Агафона Мальцева.
     Я гордился: "Есть о чем подискутировать с шефом! Теперь я  смогу  ему
доказать, что все эти пемзы выплюнула в свое время именно Львиная Пасть, а
не лежащий в стороне полуразрушенный вулканчик Берутарубе.
     Гордясь,  я  видел  мысленно  огнедышащий  конус,  прожигающий   алым
пламенем доисторическое низкое  небо,  густо  пропитанное  электричеством.
Гордясь, я видел летящие  в  субстратосферу  раскаленные  глыбы,  смертную
пелену  пепловых  туч,  грохот   базальтовых   масс,   проваливающихся   в
освобожденные магмой полости.  А  потом  -  мертвый  кратер...  ободранные
взрывом мощные стены... А надо всем  этим  -  доисторические  белые  ночи,
доисторические серебристые облака...


     У ног Агафона Мальцева привычно, как маяк-бипер,  икал  транзисторный
приемник "Селга".


     Горящий, прокаленный, тлеющий изнутри август.
     Вдруг начинало дуть с гор, несло запахом каменной молотой крошки.  За
гребне кальдеры Львиная  Пасть  грохотали  невидимые  камнепады.  Хотелось
домой, в город,  туда,  где  всегда  найдется  настоящее  кресло,  шкаф  с
книгами, друзья; где, наконец, темная шапочка пены стоит не над  воронками
несущегося ручья, а над нормальной кофейной чашечкой.
     Полный тоски  и  томления,  подчеркнутого  икающей  "Селгой",  полный
духоты, царящей вокруг, я уходил к подножию вулкана Атсонупури, бродил  по
диким улочкам давным-давно оставленного поселка. Как костлявые  иероглифы,
торчали повсюду балки, в одичавших, заглохших садах яростно рос крыжовник,
ягоды которого напоминали выродившиеся полосатые арбузы. За садами  темно,
душно пах  можжевельник,  синели  ели  Глена,  пузырились,  шуршали  кусты
аралий. Оттуда, с перешейка, поднявшись на самый его верх,  я  видел  весь
залив Доброе Начало, а слева - далекий, призрачный горб горы Голубка.
     Но это она так называлась.
     На самом деле гора Голубка ничуть не напоминала голубя. Гора  Голубка
напоминала тушу дохлого динозавра. С ее  мрачных  массивных  склонов,  как
пряди старческих седых  волос,  шумно  ниспадали  многометровые  водопады,
рассеивавшиеся по ветру.
     И весь этот мир был моим!
     Радуясь, я повторял себе: это мой мир! Я в нем хозяин! Я все  в  этом
мире знаю! Ничего в этом мире не может случиться такого, что  не  было  бы
мною предугадано заранее!
     Но, как вскоре выяснилось, я ошибся.
     Несчастные собаки Мальцева, ему же принадлежавшая  корова  были  лишь
первым звонком, ибо в тот  же  вечер,  после  трагедии,  разыгравшейся  на
берегу, ввалился под  наш  душный  навес  не  в  меру  суетливый  Сказкин;
ввалился, ткнув рукой в столб, подпирающий крышу  навеса,  а  другой  -  в
деревянные ящики с  образцами;  ввалился,  потеряв  где-то  на  ходу  свою
гигантскую кепку, а  с  нею  и  душевное  равновесие;  ввалился,  упал  на
деревянную скамью, прижав руки к груди, и шумно выдохнул:
     - Привет, организмы! _Р_ы_б_а_.



                      ТЕТРАДЬ ВТОРАЯ. ЛЬВИНАЯ ПАСТЬ
        Игра игр - карты. Тоска по точности. Русалка - как перст
        судьбы. Дорога, по которой никто не ходит. Большая пруха
          Серпа Ивановича. "К пяти вернемся!" Плывущее одиноко
              бревно. Капроновый фал из гречихи. Явление.

                     Залив Львиная Пасть вдается в  северо-западный  берег
                острова  Итуруп  между  полуостровами  Клык   и   Челюсть.
                Северная оконечность полуострова Клык - находится  в  11,5
                мили  к  NNO  от  мыса  Гневный,  а  западная  оконечность
                полуострова Челюсть - мыс Кабара - расположен в 3 милях  к
                NO от мыса Клык. Входные мысы залива и его берега высокие,
                скалистые, обрывистые. Входные мысы приметны  и  окаймлены
                надводными и подводными скалами. На 3 кбт от  мыса  Кабара
                простирается частично осыхающий риф.
                     В  залив  ведут   два   входа:   северо-восточный   и
                юго-западный,   разделенные   островком   Камень-Лев.    В
                юго-западном  входе,  пролегающем  между  мысом   Клык   и
                островком Камень-Лев, опасностей не обнаружено, глубины  в
                его  средней  части  колеблются  от   46,5   до   100   м.
                Северо-восточный   вход,   пролегающий   между   островком
                Камень-Лев  и  мысом  Кабара,   загроможден   скалами,   и
                пользоваться им не рекомендуется.
                                                      Лоция Охотского моря

     Август пылал как стог сена.
     Сияло от звезд небо, головней тлела над вулканом Луна.
     Когда мне надоедал чай, надоедали прогулки  и  беседы  с  Агафоном  и
Сказкиным,  когда  ни  работа,  ни  отдых  не  шли  на  ум,  когда   время
останавливалось, я садился за карты. Нет, нет!..  Увлекал  меня  вовсе  не
пасьянс, не покер, не "дурак", как бы его  там  ни  называли  -  японский,
подкидной, астраханский; я аккуратно расстилал на столике  протершиеся  на
сгибах топографические карты, придавливал их  куском  базальта  и  подолгу
сравнивал линии берегов с тем, что я запомнил во  время  своих  отнюдь  не
кратких маршрутов.
     Мыс Рока...
     Для кого-то это крошечный язычок, показанный островом Охотскому морю,
а для меня - белые пемзовые обрывы и дождь, который однажды держал  нас  в
палатке почти две недели. Дождь не прекращался ни на секунду, он шел  днем
и шел ночью. Плавник пропитался влагой, плавник тонул в воде,  плавник  не
хотел возгораться. Раз в сутки Серп Иванович  не  выдерживал  и  бежал  на
берег искать куски выброшенного штормом  рубероида;  на  вонючих  обрывках
этого материала мы кипятили чай. Кашляя,  хрипя,  не  желая  смиряться  со
взбесившейся природой, Серп Иванович неуклонно  переводил  все  беседы  на
выпивку, но делал он это без надрыва, и я гордился Сказкиным!
     Мыс Рекорда...
     Для кого-то это штрихи, обозначающие отрог разрушенного,  источенного
временем вулкана Берутарубе,  а  для  меня  -  гора,  двугорбым  верблюдом
вставшая над океаном, а  еще  разбитый  штормом  деревянный  кавасаки,  на
палубе которого мы провели смертельно душную ночь. Палуба была наклонена к
океану, спальные мешки тихонько сползали к невысокому бортику,  на  палубе
было хорошо, ведь дерево никогда не бывает мертвым.
     Я всматривался в карты, шел взглядом вдоль Курил,  и  передо  мной  в
голубоватой дымке вставал безупречный пик Алаида.
     Я всматривался в карты, шел взглядом вдоль Курил,  и  передо  мной  в
голубоватой дымке пылали над  океаном  заостренные  вершины  Онекотана,  а
дальше Харимкотан, похожий на разрушенный город. Чиринкотан,  перевернутая
воронка, перерезанная слоем тумана, наконец, базальтовые столбы крошечного
архипелага Ширинки...
     Когтистые скалы, кудрявые ивицы наката,  призрачные  лавовые  мысы  -
человек в море всегда один, но человек в море никогда не  одинок.  Плавник
касатки, мертвенный дрейф медуз,  пыльца  бамбуковых  рощ,  принесенная  с
острова - все это часть твоей жизни, ты дышишь в унисон океану, ты  знаешь
- это твое дыхание гонит высокую волну от южных Курил до  ледяных  берегов
Крысьего архипелага.
     А еще, отметил я про себя, нигде так не тянет к точности,  к  детали,
как в океане. Его безмерность заставляет тебя  найти,  выделить  из  массы
волн одну, пусть не самую мощную, зато конкретную, из  великого  множества
всплывающих за кормой огней выделить один,  пусть  не  самый  яркий,  зато
конкретный...
     В океане хочется быть точным.
     Тоска по точности там так же закономерна,  как  закономерна  на  суше
вселенская скука давно погасших вулканов.


     Вглядываясь в карты, следя за извилистыми берегами островов,  я  лишь
краем уха прислушивался к  спорам  Агафона  и  Сказкина...  Так...  Ничего
интересного... Слова... Он, Сказкин, видите ли, разглядел в океане большую
рыбу!.. А кто из нас, спрашивается,  не  видел  больших  рыб?  Тем  более,
глазами Сказкина! При богатом  воображении  и  склонности  к  вранью  Серп
Предыдущая страница Следующая страница
1 2  3 4 5 6 7 8 9 10
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама