Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Проза - Рут Альмог Весь текст 23.83 Kb

Бойкое местечко, рассказ

Следующая страница
 1 2 3
   РУТ АЛЬМОГ
   БОЙКОЕ МЕСТЕЧКО

   Рассказ

   Про Цилю  Кестен можно было сказать,  что у нее в жизни были только
две вещи: сын Уринька и балалайка.
   Что же касается ее мужа Арнольда Танцмана,  то их  отношения  кати-
лись, как по хорошо накатанной дороге, которую, однако, если не утрам-
бовывать ежедневно, потом уже не заровнять.
   Вместе с тем Циля Кестен была доброй знакомой разных знаменитостей,
таких,  как Марсель Рубин, композитор, бежавший из Германии в Мексику,
Герман Брох,  который добрался до Америки,  и таких знаменитых женщин,
как Милена Ясенская,  которой спастись не удалось (об этом Циля узнала
спустя много лет),  и как Гертруда Краус,  которая тоже приехала в Па-
лестину.  Благодаря ей Циля появилась однажды на сцене, хоть и не сто-
личной,  на столичную у нее бы не хватило таланта.  До сего дня у Цили
длинные волосы, кудрявые, перевитые множеством ленточек.
   С той же минуты,  как Уринька родился, Циле стало ясно, что другого
такого не сыскать на всем белом свете.  Но Танцман говорил, что младе-
нец слишком много кричит,  и по этой причине Циля полночи,  а то и всю
ночь носила Уриньку на руках.  Танцман, однако, был против этого, пос-
кольку в руководстве по уходу за новорожденными было сказано,  что это
запрещенный прием.  При этом сам Танцман спал глубоким сном праведника
и,  подобно  праведникам,  просыпался в положенное время.  Поэтому все
как-то обходилось.
   Когда Танцман придирался,  Циля говорила ему: "Может, он просто го-
лоден". Но Танцман утверждал, что согласно книге младенца следует кор-
мить в определенные часы и строго определенными порциями, и все тут.
   "Может, у меня мало молока",  - говорила Циля,  но Танцман сообщал,
что автор, известный немецкий педиатр, установил, что, если женщина не
отрывает ребенка от груди в течение десяти минут, значит, у нее доста-
точно молока и нет необходимости в прикорме, который может только пов-
редить.
   Книгу Танцман высмотрел в букинистическом магазине,  где были в ос-
новном  книги  на немецком.  Выжившие после холокоста и добравшиеся до
Палестины бывшие жители Германии,  Австрии и Чехии приезжали с ящиками
книг,  но без гроша в кармане.  В точности как Эльза:  Циля поехала ее
проведать в Иерусалим, но, как только увидела, в ужасе побежала в бли-
жайшую лавку за продуктами.
   Иногда Циля находила в себе что-то, что было в ней глубоко запрята-
но,  подобно осколкам, застрявшим в теле соседа, господина Цахора. Го-
ворили,  что врачи пользуются магнитом для извлечения из господина Ца-
хора кусочков металла и что зимой его мучают боли  и  лицо  становится
темным, как сумерки сразу после заката. Она осмеливалась сказать Танц-
ману,  что такого,  как Уринька,  не сыскать на всем белом  свете.  Но
Танцман стоял на своем:
   - Он всего-навсего маленькая пискля, орет каждую ночь, как мартовс-
кий кот. - В голосе его был металл.
   Но иногда у Цили доставало духу сказать ему шепотом:
   - Может, он просто голоден, может, у меня мало молока.
   В ответ на это раздавались звуки, какие бывают, когда по железу бь-
ют  железом;  от  этого пронзительного скрежета у Цили звенело в ушах.
Танцман заявлял:
   - Я тебе уже все говорил, и кроме того, необходимо внимательно изу-
чить то,  о чем так подробно пишется в руководстве по воспитанию детей
(эта книга была им куплена в том же букинистическом), - если не начать
с первых дней после рождения,  то у нас вырастет преступник, такой же,
какой была Циля Кестен, пока я не подобрал ее на улице и не женился на
ней, что, возможно, было моей ошибкой.
   Циля не  относилась к этому серьезно - у Танцмана каждый второй был
преступником,  особенно если тот играл или пел на улице или даже в ка-
фе, как это когда-то делала она сама. Естественно, и Эльза, с его точ-
ки зрения, была преступницей, доказательство тому - Господь наказал ее
и забрал у нее сына.
   - Неправда, - прошептала Циля (люди уже стали забывать, каким силь-
ным и звонким был некогда ее голос), - у него был туберкулез.
   Но Танцман крикнул:
   - А кто послал ему туберкулез? Разве не Господь? Кто же тогда?
   Поэтому, когда Циля ездила в Иерусалим навещать Эльзу, она говорила
Танцману,  что  едет  покупать новые струны для своей балалайки,  чему
Танцман не мог воспротивиться, поскольку в брачном контракте, заверен-
ном  нотариусом,  доктором Вайксельбаумом,  был специально оговоренный
пункт относительно игры на балалайке, а Танцман был "человек солидный,
человек слова",  как он сам о себе любил говорить. В конце концов, это
он настоял на заключении контракта.
   Циля была крохотулей с круглым,  плоским,  как у эскимоски,  лицом.
Скулы ее были плотно обтянуты кожей, тонкой и розовой, как кожура пер-
сика, прозрачной, как москитная сетка, защищавшая Уриньку от комаров и
мух;  вблизи  можно  было  разглядеть  тончайшие переплетения сосудов,
проступавших сквозь кожу.  Носик у нее был пуговкой,  а в ее  фарфоро-
во-голубых глазках искрился свет.
   Веселая по натуре,  она больше всего на свете любила музыку.  Когда
Танцмана не было дома,  она клала младенца на коврик в большой комнате
и слушала пластинки, одну за другой, пока у нее не начинала болеть ру-
ка оттого, что она крутила ручку патефона.
   После рождения Уриньки она заметно растолстела,  но походка  у  нее
осталась легкой и стремительной.  Теперь Циля напоминала катящийся ша-
рик, и становилось ясно, что на сцене ей уже не танцевать. Но это было
и не так важно. Во-первых, Циля была к тому же певицей, а во-вторых, в
ее контракте с Танцманом значился пункт,  запрещающий ей появляться на
сцене. Сначала Танцман называл ее Цилей, как все вокруг, потом Цецили-
ей, и, когда ее друзья слышали, как он ее величает, ей делалось нелов-
ко.
   Танцман был  невелик ростом,  однако рядом с Цилей выглядел молодым
гладкоствольным деревцем,  из тех, что сажают у ворот и чью листву са-
довник выстригает полукругом или трапецией. Таким он казался из-за во-
лос,  росших обильно во все стороны,  прямых, густых и буйных. Если он
забывал надевать на ночь черную сеточку, его волосы утром делались по-
хожими на булавки, торчащие из подушечек для шитья.
   У Танцмана были ввалившиеся щеки,  его глаза непримиримо взирали на
мир  из  затененных  щелей.  Его заостренное лицо было в беспрестанном
движении,  а красноватые губы, проступающие из-под жидких, будто углем
нарисованных  усов,  были в таком явном противоречии со всем его обли-
ком, что прочитывались на лице как знак вопроса.
   Сначала Циля называла его Лисенком.
   - Но не потому,  что ты похож на лиса, - объясняла она, - а потому,
что тебе удалось поймать глупую гусыню. - Но тут же отступала от своих
слов:  - Вообще-то это не очень подходит,  потому что ты не  растерзал
ее.
   - Пока еще нет,- отвечал Танцман смеясь.
   При всем том она довольно долго звала его Лисенком, так как Арноль-
дом звали одного ее приятеля,  двоюродного брата Стефана, который сей-
час  жил в Хайфе на горе Кармель;  его,  в отличие от другого ее друга
Лео, в которого она некогда была влюблена по уши, музы не покидали.
   Ах, Лео,  Лео! Он женился на такой красивой и такой элегантной жен-
щине!  Все свои роскошные шляпки и потрясающие шелковые платья та при-
везла с собой в Тель-Авив. Разбитое сердце Цили истекало кровью до той
поры, пока у нее не родился Уринька. Жена Лео часто сидела в том самом
кафе на побережье,  где Циля выступала по вечерам,  туда же в то время
приходил Танцман играть в шахматы.  Стоя на маленькой сцене и распевая
полные страсти цыганские песни,  Циля не сводила глаз с этой  женщины.
Может, это и побудило ее согласиться на дополнительные условия в брач-
ном контракте.
   Танцман был специалистом по выделке кож. Ему принадлежала маленькая
мастерская на окраине города. Каждое утро он отправлялся туда на вело-
сипеде,  Циля оставалась одна и кормила  Уриньку,  когда  тот  плакал.
Детский врач сказал, что в таком возрасте, - а Уриньке было пять меся-
цев,  - уже можно прикармливать молоком  и  молочными  смесями,  нужно
только тщательно все это кипятить.  Возможно, тогда ребенок перестанет
плакать по ночам.
   Однажды Танцман вернулся неожиданно рано,  наверное потому,  что  у
него разболелась голова. Он застал Цилю в большой комнате, в кресле, с
Уринькой на руках.  Танцман заметил,  что она кормила  его  с  ложечки
чем-то густым и белым.
   Танцман посмотрел на часы и сказал:
   - Мало  того,  что время кормления еще не пришло,  ты еще даешь ему
то, что даже на первый взгляд выглядит как молочная смесь!
   Циля испугалась и не ответила. Танцман взял у нее младенца и уложил
его в кроватку, в детской. Уринька разревелся. Танцман принялся трясти
его, крича "Тихо, тихо!", но младенец не унимался.
   - Я изобью тебя,  если ты сейчас же не прекратишь! - заорал Танцман
и стал трясти его еще сильней.  Но и это не помогало. Тогда Танцман, с
трудом сдерживая себя, вернулся в большую комнату. Циля неподвижно си-
дела в кресле.
   - Смотри,  что ты творишь, преступница! - сказал Танцман, склоняясь
над ней.
   На щеке у Цили вдруг проступило безобразное синее пятно. Она сидела
неподвижно, вцепившись в ручки кресла.
   Танцман сказал:
   - И ради этого,  ты думаешь,  я взял тебя с улицы? Такую дрянь, как
ты?
   Танцман снова наклонился,  и синее пятно на Цилиной щеке  сделалось
еще безобразней.
   Танцман пошел принять душ. В этот день было очень жарко (может, по-
этому у него была мигрень), и от него разило потом и запахом шкур.
   Звуки льющейся воды почти заглушили плач ребенка. Циля встала, взя-
ла балалайку и вышла на улицу.  Она сидела во дворе на маленькой табу-
ретке и играла до заката. Соседи слышали, как она щиплет струны, и го-
ворили:  "Как  хорошо она играет!" Но голоса ее слышно не было.  Когда
солнце зашло, она вернулась домой и приготовила салат и яичницу. Наре-
зала  черный  хлеб и поставила на стол бутыль с холодной водой.  Когда
Циля посмотрела на часы, Танцман сказал:
   - Поскольку ты его раньше накормила,  теперь ты кормить его не  бу-
дешь, хотя и пришло время, и пусть это будет наказанием для вас обоих.
- На его лице появилась улыбка,  расплывшаяся сразу после того, как он
закончил фразу.
   Конечно же,  и в эту ночь Циля взяла Уриньку на руки. Груди ее были
полны молока,  капли молока проступили на сосках. И хотя Циля слышала,
что  Танцман  храпит,  она не осмелилась покормить младенца.  Когда на
мгновение ее отпускали горечь и боль,  она задремывала, но все осталь-
ное время ее обуревали мысли,  которые приходят на ум человеку, заблу-
дившемуся в пустыне.  Она думала, например, что продала себя, как брат
Иакова, - как там его звали, - тот, что продал себя за простую похлеб-
ку.  Еще она думала о цене лжи, и она не казалось ей такой уж ужасной.
Ведь Циля была артисткой и привыкла к обману. Весь мир - театр, думала
она,  театр и игра.  Так что же? Это не страшно. Нет. Ее занимало дру-
гое:  что заставляет людей превращать жизнь в театр? Ну что ж, сказала
она самой себе,  мне уже ничто не поможет. Волна боли и стыда захлест-
нула ее,  и она стала молиться за Уриньку, чтобы он был свободным, как
птица.
   Так вырос Уринька - на пухленьких и заботливых руках  Цили  Кестен,
певшей  ему  песни Шуберта,  и при отеческой помощи мозолистых ладоней
Танцмана,  от которых постоянно пахло сырыми кожами,  не ставшими  еще
туфельками и кошельками.
   Когда Уриньке исполнилось пять лет,  Циля купила ему губную гармош-
ку,  на которой он сразу же выучился играть и покорял сердца  слушате-
лей.
   Иногда Циля в шутку говорила Уриньке:
   - Как  ты думаешь,  что если нам выйти на главную улицу,  приискать
себе бойкое местечко и играть там вдвоем, а я еще и спою - так мы под-
копим деньжат и удерем в другую страну,  теперь это реально,  сам зна-
ешь, война уже кончена, и даже Арнольд убежал отсюда, а Лео каждое ле-
то ездит в Вену.
   Когда она  сказала об этом впервые,  Уринька спросил ее,  что такое
"бойкое местечко",  и Циля объяснила ему,  что это  такое  место,  где
Следующая страница
 1 2 3
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама