Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Русская фантастика - А&Б Стругацкие Весь текст 21.24 Kb

О странствующих и путешествующих

Следующая страница
 1 2
                        Аркадий и Борис Стругацкие

                     О странствующих и путешествующих 


     Вода в глубине была не очень холодная, но я все-таки замерз. Я  сидел
на  дне  под  самым  обрывом  и  целый  час  осторожно  ворочал   головой,
всматриваясь в  зеленоватые мутные  сумерки. Надо  было сидеть неподвижно,
потому что септоподы - животные чуткие и недоверчивые, их можно  отпугнуть
самым слабым звуком, любым резким движением, и тогда они уйдут и  вернутся
только ночью, а ночью с ними лучше не связываться.
     Под ногами у меня копошился угорь, раз десять проплывал мимо и  снова
возвращался  важный  полосатый  окунь.  И  каждый  раз он останавливался и
таращил  на  меня  бессмысленные  круглые  глаза.  Стоило  ему  уплыть - и
появлялась  стайка  серебристой  мелочи,  устроившая  у  меня  над головой
пастбище. Колени  и плечи  у меня  окоченели совершенно,  и я беспокоился,
что Машка меня не  дождется и полезет в  воду искать и спасать.  Я в конце
концов до того отчетливо представил себе, как она сидит одна у самой  воды
и ждет, и  как ей страшно,  и как хочется  нырнуть и отыскать  меня, - что
совсем  было  решился  вылезать,  но  тут  наконец  из  зарослей,  шагах в
двадцати справа выплыл септопод.
     Это был  довольно крупный  экземпляр. Он  появился бесшумно  и сразу,
как привидение,  округлым серым  туловищем вперед.  Белесая мантия  мягко,
как-то расслабленно и безвольно пульсировала, вбирая и выталкивая воду,  и
он  слегка  раскачивался  на  ходу  сбоку  на  бок. Концы подобранных рук,
похожие на  обрывки большой  старой тряпки,  волочились за  ним, и  тускло
светилась в сумраке щель прикрытого  веком глаза. Он плыл медленно,  как и
все  они  в  дневное  время,  в странном жутковатом оцепенении, неизвестно
куда и непонятно  зачем. Вероятно, им  двигали самые примитивные  и темные
инстинкты, те же может быть, что управляют движением амебы.
     Очень медленно  и плавно  я поднял  метчик и  повел стволом, целясь в
раздутую  спину.  Серебристая  мелочь  вдруг  мотнулась  и  пропала, и мне
показалось,  что  веко  над  громадным  остекленелым  глазом  дрогнуло.  Я
спустил курок  и сразу  же оттолкнулся  от дна,  спасаясь от  едкой сепии.
Когда  я  снова  взглянул,  септопода  уже  не  было видно, только плотное
иссиня-черное облако расходилось  в воде, заволакивая  дно. Я вынырнул  на
поверхность и поплыл к берегу.
     День был  жаркий и  ясный, над  водой висела  голубая парная дымка, а
небо  было  пустым  и  белым,  только  из-за  леса поднимались, как башни,
неподвижные сизые груды облаков.
     В  траве  перед  нашей  палаткой  сидел  незнакомый человек в пестрых
плавках  и  с  повязкой  через  лоб.  Он  был  загорелый  и  не  то  чтобы
мускулистый,  но  какой-то   невероятно  жилистый,  словно   переплетенный
канатами под  кожей. Сразу  было видно  до невозможности  сильный человек.
Перед ним  стояла моя  Машка в  синем купальнике  - длинноногая, черная, с
копной выгоревших  волос над  острыми позвонками.  Нет, она  не сидела над
водой,  ожидая  в  тоске  своего  папу,  - она что-то азартно рассказывала
этому жилистому  дядьке, вовсю  показывая руками.  Мне даже  стало обидно,
что  она  и  не  заметила  моего  появления.  А  дядька заметил. Он быстро
повернул  голову,  всмотрелся  и,  заулыбавшись, потряс раскрытой ладонью.
Машка обернулась и обрадованно заорала:
     - А, вот он ты!
     Я  вылез  на  траву,  снял  маску  и  вытер  лицо.  Дядька  улыбался,
разглядывая меня.
     - Сколько пометил? - спросила Машка деловито.
     - Одного. - У меня сводило челюсти.
     -  Эх  ты,  -  сказала  Машка.  Она  помогла  мне снять аквастат, и я
растянулся  на  траве.  -  Вчера  он  двух  пометил,  -  пояснила Машка. -
Позавчера  четырех.  Если  так  будет,  лучше прямо перебираться к другому
озеру. - Она взяла полотенце и  принялась растирать мне спину. - Ты  похож
на  свежемороженого  гусака,  -  объявила  она.  -  А это Леонид Андреевич
Горбовский. -  Он астроархеолог.  А это,  Леонид Андреевич,  мой папа. Его
зовут Станислав Иванович.
     Жилистый Леонид Андреевич покивал, улыбаясь.


     -  Замерзли,  -  сказал  он.  -  А  у  нас здесь так хорошо - солнце,
травка...
     - Он сейчас отойдет, - сказала  Машка, растирая меня изо всех сил.  -
Он вообще веселый, только замерз сильно...
     Было ясно, что она тут про меня наговорила всякого и теперь изо  всех
сил  поддерживает  мою  репутацию.  Пусть  поддерживает.  У  меня  не было
времени этим заниматься - я стучал зубами.
     - Мы с Машей здесь очень за вас беспокоились, - сказал Горбовский.  -
Мы даже хотели  за вами нырять,  но я не  умею. Вот вы,  наверное, даже не
можете представить себе человека,  которому ни разу не  приходилось нырять
на  работе...  -  Он  опрокинулся  на  спину, повернулся на бок и подперся
рукой. - Завтра  я улетаю, -  сообщил он доверительно.  - Просто не  знаю,
когда  мне  снова  случится  полежать  на  травке  у  озера  и  чтобы была
возможность понырять с аквастатом...
     - Валяйте, - предложил я.
     Он внимательно посмотрел на аквастат и потрогал его.
     - Обязательно, - сказал он и лег на спину.
     Он заложил  руки под  голову и  смотрел на  меня, медленно помаргивая
редкими ресницами.  Было в  нем что-то  непобедимо располагающее.  Не знаю
даже, что именно. Может быть, глаза - доверчивые и немного печальные.  Или
то, что ухо у него оттопыривалось из-под повязки как-то очень уж  потешно.
Насмотревшись на  меня, он  перевел глаза  и уставился  на синюю стрекозу,
качающуюся на травинке. Губы у него нежно вытянулись дудкой.
     - Стрекозочка, - произнес он. - Стрекозулечка. - Синяя...  Озерная...
Красавица... Сидит себе  аккуратненько, смотрит, кого  бы слопать... -  Он
протянул руку, но стрекоза сорвалась с травинки и по дуге ушла к  камышам.
Он проводил  ее глазами,  а потом  снова улегся.  -Как это  сложно, друзья
мои, - сказал он, и Машка  тотчас села и впилась в него  круглыми глазами.
- Ведь совершенна,  изящна и всем  довольна! Скушала муху  размножилась, а
там и помирать пора. Просто, изящно, рационально. И нет тебе ни  духовного
смятения, ни любовных мук, ни самосознания, ни смысла бытия...
     - Машина, - сказала вдруг Машка. - Скучный кибер!
     Это моя-то Машка! Я чуть не захохотал, но сдержался, только  засопел,
кажется, она посмотрела на меня с неудовольствием.
     - Скучный, -  согласился Горбовский. -  Именно. А теперь  представьте
себе, товарищи, стрекозу  ядовито-желто-зеленую, с красными  поперечинами,
размах  крыльев   семь  метров,   на  челюстях   черная  гадкая   слизь...
Представили?  -  Он  задрал  брови  и  посмотрел  на  нас.  - Вижу, что не
представили. Я от них бегал без  памяти, а у меня ведь было  оружие... Вот
и спрашивается, что у них общего, у этих двух скучных киберов?
     - Эта зеленая, - сказал я, - с другой планеты, вероятно?
     - Несомненно.
     - С Пандоры?
     - Именно с Пандоры, - сказал он.
     - Что у них общего?
     - Да. Что?
     -  Это  же  ясно,  -  сказал  я.  -  Одинаковый  уровень  переработки
информации. Реакция на уровне инстинкта.
     Он вздохнул.
     - Слова, -  сказал он. -  Правда, вы не  сердитесь, но это  же только
слова. Это же мне не поможет.  Мне надо искать следы разума во  Вселенной,
а я не знаю, что такое  разум. А мне говорят о разных  уровнях переработки
информации. Я ведь знаю, что этот  уровень у меня и у стрекозы  разный, но
ведь это все интуиция. Вы мне  скажите: вот я нашел термитник -  это следы
разума или нет? На Марсе и  Владиславе нашли здания без окон, без  дверей.
Это  следы  разума?  Что  мне  искать?  Развалины? Надписи? Ржавый гвоздь?
Семигранную гайку? Откуда я знаю,  какие они оставляют следы? Вдруг  у них
цель жизни  - уничтожать  атмосферу везде,  где ни  встретят. Или  строить
кольца вокруг планет.  Или гибридизировать жизнь.  Или создавать жизнь.  А
может  быть,  эта  стрекоза  и  есть  в  незапамятные времена запущенный в
самопроизводство  кибернетический  аппарат?  Я   уж  не  говорю  о   самих
носителях разума.  Ведь можно  же двадцать  раз пройти  мимо и  только нос
воротить от скользкого чучела,  хрюкающего в луже. А  чучело рассматривает
тебя прекрасными  желтыми бельмами  и размышляет:  "Любопытно. Несомненно,
новый  вид.  Следует  вернуться  сюда  с  экспедицией и выловить хоть один
экземпляр..."
     Он прикрыл глаза ладонью и  задудел песенку. Машка ела его  глазами и
ждала. Я тоже ждал и думал с сочувствием: плохо работать, когда задача  не
поставлена четко. Трудно  работать. Бредешь, как  впотьмах, и нет  тебе ни
радости, ни удовольствия. Слышал я об этих астроархеологах. Нельзя было  к
ним относиться серьезно. Никто и не относился.
     - А разум в космосе есть,  - сказал Горбовский. - Это несомненно.  Уж
теперь-то  я  знаю,  что  есть.  Но  он  не  такой, как мы думаем. Не тот,
которого мы ждем. И ищем  мы его не там. Или  не так. И попросту не  знаем
мы, что ищем...
     "Вот  именно,  -  подумал  я.  -  Не  тот,  не  там, не так... Это же
несерьезно, товарищи... Ребячество сплошное..."
     - Вот, например, Голос Пустоты, - продолжал он. - Слыхали?  Наверное,
нет. Полсотни лет  назад об этом  писали, а теперь  уж и не  пишут. Потому
что, видите  ли, нет  никаких сдвигов,  а раз  нет сдвигов,  то, может,  и
Голоса-то  нет?  У  нас  ведь  хватает  этих  зябликов  -  сами  в   науке
разбираются плохо  от лености  или там  плохого воспитания,  но понаслышке
знают,  что  человек-де  всемогущ.  Ай-яй-яй,  стыдно, нельзя, не будем...
Этакий дешевенький антропоцентризм...
     - А что это такое - Голос Пустоты? - спросила Машка тихонько.
     - Есть такой любопытный эффект. На некоторых направлениях в  космосе.
Если включить бортовой  приемник на автонастройку,  то рано или  поздно он
настроится   на   странную   передачу.   Раздается   голос,   спокойный  и
равнодушный, и повторяет он одну и ту же фразу на рыбьем языке. Много  лет
его ловят, и много лет он повторяет  одно и то же. Я слышал это,  и многие
слышали, но немногие рассказывают.  Это не очень приятно  вспоминать. Ведь
расстояние до  Земли невообразимое.  Эфир пуст  - даже  помех нет,  только
слабые шорохи. И  вдруг раздается этот  голос. А ты  на вахте -  один. Все
спят,  тихо,  страшно  -  и  этот  голос.  Да,  неприятно,  честное слово.
Существуют записи  этого голоса.  Многие бились  над дешифровкой  и бьются
сейчас,  но,  по-моему,  это   бессмысленно...  Есть  и  другие   загадки.
Звездолетчики многое могли  бы порассказать, только  они не любят...  - Он
помолчал  и  добавил  с  какой-то  печальной  настойчивостью:  -  Это надо
понять.  Это  не  просто.  Ведь  мы  даже  не знаем, чего ждать. Они могут
встретиться с ними в  любую минуту. Лицом к  лицу. И - вы  понимаете - они
могут оказаться неизмеримо выше нас.  Совсем не такие, как мы,  и вдобавок
неизмеримо  выше.  Толкуют  о  столкновениях  и  конфликтах,  о всяком там
различном  понимании  гуманности  и  добра,  а  я  не  этого  боюсь. Боюсь
небывалого  уничтожения  человечества,  гигантского психологического шока.
Ведь мы  такие гордые.  Мы создали  такой замечательный  мир, мы знаем так
много,  мы  вырвались  в  Большую  Вселенную,  мы  там открываем, изучаем,
исследуем -  что? Для  них эта  Вселенная -  дом родной.  Миллионы лет они
живут в ней,  как мы живем  на Земле, и  только удивляются на  нас: откуда
такие появились среди звезд?..
     Он  вдруг  замолчал   и  рывком  поднялся,   прислушиваясь.  Я   даже
вздрогнул.
     -  Это  гром,  -  тихонько  сказала  Машка.  Она  посмотрела на него,
приоткрыв рот. - Гром... Гроза будет...
     Он все прислушивался,  шаря глазами по  небу. - Нет,  это не гром,  -
проговорил он наконец и снова сел. - Лайнер. Вон, видите?
     На фоне  сизых туч  сверкнула и  пропала блестящая  полоска. И  снова
слабо громыхнуло в небе.
     - Вот и  сиди теперь -  жди, - сказал  он непонятно. Он  посмотрел на
меня, улыбаясь, а в глазах  были печаль и напряженное ожидание.  Потом все
Следующая страница
 1 2
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама