Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Прохождения игр    
TES: Oblivion |№6| Страж Врат Безумия
TES: Oblivion |№5| Дрожащие Острова
StarCraft II: Wings of Liberty |№1| Начало истории
TES: Oblivion |№4| Мифический рассвет, 4 комментария

Другие игры...


liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Фэнтези - Иван Малютин Весь текст 22.57 Kb

Ступени

Следующая страница
 1 2
                                Иван МАЛЮТИН

                                  СТУПЕНИ



                                Предостережение Малютина:
                                   - Девушки, помните: фраза "До свидания"
                                вас ко многому обязывает.

                                Комментарий Якушкиной:
                                   - Каждую к разному.


                                    1

     Слабенький костерок суетливо прыгал и дрожал, разбрасывая по сторонам
мятущиеся тени. Его огонь не мог  разогнать  темноты,  а  лишь  еще  более
сгущал ее. И только откуда-то из глубины Вселенной  такими  же  мерцающими
костерками светили звезды.
     Я полулежал, привалившись спиной к сухому глинистому  скату  воронки,
которую вырыл тяжелый артиллерийский снаряд. Воронка  -  вот  и  все,  что
осталось от штабного блиндажа и от тех, кто находился в нем. Тела  других,
тех, кто не был в блиндаже, иссеченные пулями  и  осколками,  застывали  в
бурой траве. Впрочем,  травы,  как  таковой,  тоже  не  было.  Все  кругом
представляло собой ржаво-серое месиво вспаханной воронками земли,  кое-где
расцвеченной  зелеными  пятнами  маскировочных  комбинезонов,  на  которых
расплывались запыленные красно-бурые озера запекшейся крови.
     Когда вечером мы с лейтенантом Нэвером добрались сюда,  мы  с  трудом
могли поверить  собственным  глазам.  И  мне,  и  ему,  конечно,  довелось
повидать всякое, но  гибель  в  одночасье  целого  подразделения  казалась
чем-то нереальным. Вчера они  скрытно  перебазировались  сюда,  и  вечером
сержант Л'Этэ, радист, бабник и весельчак, передал  сообщение  об  успешно
занятых позициях. А с утра они на связь уже не вышли.
     В штабе ругались на чем свет стоит и зубоскалили по поводу того,  что
Л'Этэ не иначе как опять подсадил аккумуляторы, подсоединив к  передатчику
миниатюрную цветомузыкальную установку  и  выловив  в  эфире  какую-нибудь
радиостанцию. Когда мы с лейтенантом утром отправились сюда, нас провожали
шутками и пожеланиями хорошо провести время. Никто и не помышлял о плохом.
     Сержант Л'Этэ лежал ничком у разбитого передатчика и, казалось,  спал
младенческим сном. Вернее, мы знали, что это был Л'Этэ. Лица  у  трупа  не
было вовсе: оно было напрочь снесено осколком и являло собой кровавую кашу
с неожиданно белыми  обломками  костей.  Нэвер  и  я  долго  ходили  между
разбросанных в беспорядке тел, отыскивая знакомые лица и не узнавая их.  И
все время откуда-то из-за горизонта накатывала волнами вязкая тишина...
     Костер умирал. Лейтенант, до того сидевший неподвижно  и  наблюдавший
за  мятущимся  пламенем,  вдруг  встал,   вытащил   несколько   веток   из
заготовленной заранее кучи дров и молча стал подкармливать  огонь.  Костер
вновь зашевелился. Нэвер поднял на меня глаза и неожиданно спросил:
     - Жутко, сержант?
     - Простите, - непонимающе отозвался я. - Что жутко?
     - Все, - лаконично пояснил он. -  Все  эти  смерти,  трупы,  воронки.
Повстанцы с невесть откуда взявшейся артиллерией. И  откуда  они,  кстати,
узнали об отряде?..
     - Боевые действия всегда сопряжены с опасностью, - осторожно  ответил
я, все еще не понимая, к чему он клонит.
     - Боевые действия... - протянул он, словно пробуя на язык эти  слова.
Помолчал, ворочая угли дымящейся веткой. И вдруг, прищурив глаза, спросил:
     - Скажите, сержант, а вам когда-нибудь доводилось умирать?
     Я слегка опешил.  О  лейтенанте  ходили  слухи,  как  о  человеке  со
странностями,  но  я  никогда  не  придавал  им  значения.  Однако   после
сказанного Нэвером подобные речи сразу же всплыли в памяти.
     - Как сказать... - неуверенно начал я. - Бывали,  конечно,  ситуации,
когда мерещился конец, но - выживал.
     - Значит, не доводилось, - медленно подытожил Нэвер. - Никто этого не
помнит. Кроме меня.
     Я молчал, выжидая.
     Лейтенант тоже молчал, созерцая исчезающего  малинового  светляка  на
конце своей палки. Потом заговорил:
     - Я не знаю, верите ли вы в переселение душ, сержант,  и  не  слишком
хочу это знать, но прошу учесть на будущее - оно существует... И я - живое
тому доказательство.
     Я не стал противоречить, ибо готов был уже ко всему,  и  лишь  слегка
приподнял бровь, выражая тем самым внимание к собеседнику.
     - Да, - продолжал Нэвер, - я возрождаюсь уже много  веков  подряд.  И
это грустно. Хотите знать, как все было?
     Я кивнул.
     Нэвер выудил из кармана пачку армейского "Кэмела", закурил от уголька
из костра и начал:
     - Это началось сотни лет назад в Херсонесе, когда...



                                    2

     ...когда я шел со своей девушкой по берегу бухты, не обращая внимания
на жару, на мельтешащих чаек и  на  теплые  волны,  окатывающие  сандалии.
Поглядывать по сторонам я начал лишь после того, как едва не столкнулся со
своим хозяином,  гигантом-кормчим  с  той  галеры,  на  которой  я  служил
матросом, и которая на следующий день уходила в плавание.
     Хозяин не сказал ничего, только одернул свой  короткий  хитон  и  еще
долго провожал нас взглядом. А нам было хорошо вдвоем.
     Мы гуляли до вечера, и на прощание я  впервые  поцеловал  ее.  Она  с
улыбкой подняла на меня свои прекрасные серые глаза, сказала:
     - Дурачок ты у меня... - и убежала.
     Я стоял и с улыбкой смотрел ей вслед. Далеко, там, где рабы возводили
над морем величественный храм, она обернулась и звонко крикнула:
     - До свидания!
     И взмахнула рукой.
     А потом... Потом все случилось так внезапно, что ни я, ни  кто-нибудь
еще не смогли ничего сделать.
     Сначала послышался испуганный возглас одного из  рабов,  подхваченный
остальными. Я увидел, как с одной из колонн храма, медленно  накренившись,
стала падать ажурная коринфская  капитель.  Кусок  мрамора,  грянувшись  о
плиты у подножия храма, разлетелся на части. Одна из них ударила  в  спину
уходящую от меня девушку. Та пошатнулась и упала лицом на камни.
     Когда я подбежал, она была еще жива.  Кровь  струйкой  выбивалась  из
уголка рта. Она смотрела на меня,  пыталась  что-то  сказать,  но  тщетно.
Потом закрыла глаза...
     ...Я не помню, что было со  мной  в  тот  вечер.  Сейчас  уже  некого
спросить об этом, но я знаю, что обратился тогда  с  мольбой  к  Афродите,
богине любви. Я упрекал богов в несправедливости,  просил,  чтобы  вернули
мне ее, готов сам был спуститься в царство Аида.  Ведь  последним,  что  я
слышал от нее, было: "До свидания!"
     В ту ночь мне приснился странный сон, а возможно, это был  и  не  сон
вовсе: я не мог уснуть тогда. Я видел, как прекрасная женщина с мальчонкой
на руках вышла на берег моря, опустила на землю  ребенка  и,  взглянув  на
меня, подняла два плоских камня. Она кинула их в море одновременно,  и  те
запрыгали по волнам, оставляя за собой сдвоенные круги, куда-то все дальше
и дальше к горизонту, туда, где искрился рассвет.
     В то время я не придал значения этому сну, понимание пришло  позднее.
А тогда буквально через несколько  дней  я  погиб  в  нелепой  и  жестокой
схватке с пиратами, напавшими на нашу галеру.



                                    3

     ...Я сидел и молча слушал лейтенанта. Нельзя  сказать,  что  я  верил
ему, но фантастикой увлекался  с  детства  и  потому  не  прерывал.  Нэвер
перевел дух, выбросил в огонь догоревший  окурок  и  продолжил,  незаметно
перейдя на "ты":
     - Представь себе, сержант, мои  чувства,  когда  я,  семнадцатилетним
мальчишкой, вдруг вспомнил все, что было со мной в прошлой жизни.  На  мой
юношеский  опыт  неожиданно  наслоилось  то,  что   я   знал   со   времен
древнегреческих поселений. Это так меня потрясло, что я неделю  ходил  сам
не свой, то принимая открывшееся  во  мне  знание  за  шутки  дьявола,  то
начиная беззаветно верить в себя возрожденного.
     С  новой  силой  разгорелась  и  любовь.  Пылкая  юношеская   страсть
смешалась с давним огнем и вспыхнула как никогда ярко.
     Я взял расчет у хозяина, в лавке которого работал приказчиком, собрал
все свои сбережения и ушел по  дорогам  средневековой  Англии  искать  ту,
которую полюбил недавно, и кого любил уже несколько веков...
     Нэвер умолк. Я с трудом оторвал глаза от тлеющих углей и, взглянув на
него, изумился. Лицо лейтенанта неожиданно просветлело,  он  с  непонятной
ласковостью смотрел в глубину звездного неба. Он даже улыбался, но  улыбка
эта была печальной.
     - И вы  нашли  ее?  -  осторожно  спросил  я,  стараясь  не  нарушать
сгустившейся тишины.
     - Что? - словно  проснувшись,  переспросил  Нэвер.  -  Да,  нашел.  Я
встретил ее среди меловых холмов на юго-западе  Англии.  Знаешь,  сержант,
это была моя самая счастливая жизнь. Ее звали Элеонорой в то время, и  она
помнила меня. Мы поженились, со временем накопили денег  и  смогли  купить
дом в графстве Сассекс. Там и прожили до старости. Когда же  настала  пора
уходить в мир иной, Элеонора, как в давние времена, улыбнулась  и  сказала
мне: "До свидания, Айрен..."
     И мы встретились снова... Встретились...
     Последнее слово Нэвер произнес как-то глухо и  обреченно.  Я  увидел,
что лицо его закаменело. Он поднял с земли сухую ветку, переломил ее между
пальцами и мрачно изрек:
     - Но эту встречу мне вспоминать не  хочется.  Мы  поссорились  с  ней
тогда, крепко поссорились. И  она  сказала  напоследок:  "Знаете,  сеньор!
Многие желают своим врагам, чтобы те умирали снова и снова. Но никому  это
не удавалось. Однако  я  предоставлю  вам  такую  возможность!  Вы  будете
умирать! И всю ту боль, что вы причинили мне,  я  воздам  в  десятикратном
размере. До свидания, мой сеньор!"  Последние  слова  были  сказаны  почти
весело. Она ушла, хлопнув дверью, а я...
     Я сгорал на кострах испанской  инквизиции,  погибал  от  выстрела  ее
пистолета при восстании Монмута, у нее на  глазах  корчился,  поднятый  на
штыки французскими  гренадерами  при  обороне  Смоленска.  И  всегда  меня
преследовал взгляд холодных серых глаз и насмешливое: "До свидания..." Это
стало проклятием.
     А к смерти привыкнуть нельзя. Говорят, человек ко всему  привыкает...
Неправда. Невозможно привыкнуть к смерти.
     Уж слишком это особенное состояние. Умирать почти всегда страшно,  но
далеко не всегда трудно...
     - Ч-ш-ш! - вдруг прервал сам себя лейтенант.
     Я прислушался. Сверху  послышался  какой-то  шорох,  шуршание  травы.
"Повстанцы, - мелькнула мысль. - Увидели свет костра." Я  протягивал  руку
за своим АКСом, когда, вспарывая тишину, ахнул выстрел. Стрелял Нэвер.  На
дно воронки, в шелесте осыпавшейся глины шлепнулся кусок обгорелой  шерсти
и мяса, за секунду то  того  бывший  сусликом.  Я  шумно  вздохнул.  Нэвер
выругался. Я нервно хмыкнул и сказал:
     - Мне тут уже повстанцы мерещиться начали.
     Лейтенант усмехнулся.
     - А вы отменный стрелок, - заметил я, помолчав.
     Он снова усмехнулся и объяснил:
     - Я тренировался. Видишь ли, сержант, есть у меня дурацкая мечта, что
может быть, однажды я успею выбить  оружие  из  ее  рук,  отвести  удар  и
попросту объясниться. Пока не удавалось...
     - А вы не пробовали... э-э-э... первым нанести удар?
     - Нет! - резко ответил Нэвер. - Нет, не пробовал и не стану  никогда.
Пусть все что угодно, но руку на нее я не подыму.
     - Ради Бога, лейтенант, простите. Я не хотел вас задеть, -  я  слегка
смутился.
     - Ничего, - сказал он, - я понимаю, сержант. У тебя ведь только  одна
жизнь... Знаешь что? Давай-ка спать. Нам возвращаться завтра.



                                    4

     ...Когда  я  проснулся,  небо  на  востоке  начало   уже   наливаться
желто-розовым светом.  Лейтенант  Нэвер  хозяйничал  у  костра  -  готовил
завтрак. Тушенка ароматно дымилась в открытых банках. Кругом было свежо  и
тихо. Двигаться не хотелось.
     Лейтенант заметил, что я проснулся, вытер о штаны на  голени  широкий
штык-нож и пожелал мне доброго утра. Я  ответил  тем  же,  наскоро  умылся
Следующая страница
 1 2
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама