Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Зарубежная фантастика - Станислав Лем Весь текст 24.8 Kb

Советники короля Гидропса

Следующая страница
 1 2 3
Станислав Лем. 

                   Советники короля Гидропса


     Doradcy krola Hydropsa, 1964
     (c) Константин Душенко, перевод, 1993
Источник: Станислав Лем. Собрание сочинений в 10 томах, изд-во "Текст".
          Том 6, Кибериада.


     Аргонавтики были первым племенем звездным, завоевавшим для разума
пучины вод планетных, навеки -- как  полагали роботы, слабые духом, --
металлу заказанные. Аквация,    одно   из  смарагдовых  звеньев     их
королевства,  сияет на небе полночном,  как  крупный сапфир в ожерелье
топазов. Давным-давно на этой  планете подводной правил король Гидропс
Всерыбный.  Однажды утром  велел он   явиться  в тронный зал   четырем
коронным  министрам, когда же приплыли они  и нырнули  пред ним ниц, с
такой обратился к ним речью, между тем как Великий его Поджабрий, весь
в изумрудах, обмахивал его перепончатым веером:
     --  Нержавеющие Вельможи!   Пятнадцать веков  я владею  Аквацией,
подводными ее городами и весями на синих лугах; с  тех пор раздвинул я
границы державы,  затопив обширные  земли,  и не  посрамил водостойких
стягов, что завещал мне родитель, Ихтиократос. Напротив того, в битвах
с враждебными микроцитами одержал я  немало  побед, коих славу не  мне
пристало описывать.  Однако же чувствую, что  власть уже меня тяготит,
как непосильное бремя,  а посему  порешил  я произвести  на свет сына,
который стал бы  мне достойным наследником и  справедливо бы правил на
троне   Иноксидов. Поэтому обращаюсь   к  тебе,  Амассид,  верный  мой
гидрокибер, к тебе, великий программист  Диоптрик, и к вам, Филонавт и
Миногар, коронным наладчикам, чтобы вы мне измыслили сына. Да будет он
мудр, но  не слишком  охоч до  книг,  ведь  избыток познаний  отнимает
желание действовать. Да будет он добр, но опять-таки не чрезмерно. Еще
я желаю,  чтобы  был он храбр, но  не  заносчив, впечатлителен,  но не
сентиментален,   наконец, пусть будет похож  на  меня,  пусть бока его
покрывает  такая же танталовая чешуя, а   кристаллы разума пусть будут
прозрачны,  как эта  вода, что   нас  окружает, подпирает  и питает! А
теперь беритесь за дело, во имя Великой Матрицы!
     Диоптрик, Миногар, Филонавт и Амассид низко поклонились и отплыли
в молчании, и каждый размышлял  про себя о  словах государевых, хотя и
не вполне так, как  хотел бы могучий  Гидропс. Ибо Миногар всего более
желал завладеть  троном, Филонавт втайне пособничал микроцитам, врагам
аргонавтиков, а Амассид и Диоптрик смертельно  меж собой враждовали, и
каждый из них жаждал прежде всего паденья соперника,  а равно и прочих
вельмож.
     Королю угодно, чтобы   мы спроектировали ему сына,  --  рассуждал
Амассид, --  чего  же проще, чем   вписать в мнкроматрицу  неприязнь к
Диоптрику,   этому уродцу,  надутому,  как  пузырь?  Тогда  королевич,
короновавшись, немедля  велит его удушить  путем выставления головы на
воздух.   Это  было бы  воистину   превосходно.  Однако,  -- продолжал
рассуждать достославный гидрокибер, --  Диоптрик, без сомненья, строит
такие  же  планы,  а   в качестве   программиста   имеет, увы,  немало
возможностей привить будущему королевичу ненависть ко мне. Дело плохо!
Надобно глядеть в  оба, когда  мы  вместе будем закладывать  матрицу в
детскую печь!"
     Всего проще было бы,  -- размышлял в  то же самое время почтенный
Филонавт, -- запечатлеть в королевиче благосклонность к микроцитам. Но
это  тотчас же будет замечено, и  король велит  меня выключить. Тогда,
может, привить королевичу лишь благосклонность  к малым формам, -- это
будет куда безопаснее. Если начнут  меня допытывать, скажу, что имел в
виду  одну лишь подводную  мелочь, да  только забыл снабдить программу
наследника оговоркой, что все  неподводное любить не следует. В худшем
случае снимет с меня  государь орден Великой  Хлюпии, но не голову,  а
это  весьма дорогая  мне   вещь, ее  не вернет  мне  и сам   Наноксер,
властелин микроцитов!
     -- Отчего вы молчите, сиятельные  вельможи? -- заговорил  наконец
Миногар.  --  Полагаю, что  надобно   браться  за дело   немедля,  ибо
повеленье монарха -- высший закон!
     -- Потому-то я  его и  обдумываю,  -- быстро ответил Филонавт,  а
Диоптрик и Амассид добавили хором:
     -- Мы готовы!
     И велели  они, по  старинному обычаю,  запереть  себя в покое  со
стенами  из смарагдовой  чешуи,  который  снаружи семикратно опечатали
смолою   подводной,  и  сам  Мегацист,  господин  планетарных потопов,
оттиснул на  печатях свой герб -- Тихий  Омут. С этой минуты никто уже
не  мог помешать  их занятиям, пока,  в  знак завершения дела,  они не
выбросят через клапан, учинив завихрение, отвергнутые проекты, а тогда
надлежало   печати  сорвать    и  приступить  к    великому  торжеству
сыновосприемства.
     И точно, взялись  за работу вельможи, однако не  споро она  у них
шла. Ибо  не     о    том  они  думали,  как     привить    королевичу
добродетели.  Гидропсом указанные, но о том,  как перехитрить короля и
своих нержавеющих соратников в нелегких трудах сынодельческих.
     Король выражал нетерпенье, ибо вот уже восемь дней и ночей сидели
взаперти сыноделы и даже  знака не подавали, что  близок благополучный
конец. А все потому, что пытались друг  дружку взять на измор и каждый
выжидал,  когда   все  прочие  обессилеют,  чтобы   быстро  вчертить в
кристаллическую сеточку матрицы то, что к его обернется выгоде.
     Ибо стремление к  власти  двигало Миногаром, Филонавтом  -- жажда
маммоны, которую обещали     ему микроциты, а взаимная   ненависть  --
Диоптриком и Амассидом.
     Наконец, исчерпав в  таком ожиданье скорее свое терпение,  нежели
силы, сказал хитроумный Филонавт:
     -- Не понимаю,  сиятельные вельможи,  отчего  это дело наше   так
медленно подвигается. Ведь король дал нам точные указания; и если б мы
их  держались,  королевич был  бы давно готов.  Уж  не вызвана ли ваша
медлительность   обстоятельствами, которые  с монаршим   сынотворением
связаны совершенно иначе, нежели того   хотел бы владыка? Если так   и
дальше  пойдет,  с великим прискорбием    буду вынужден заявить  votum
separatum [Особое мнение (лат.)], то есть написать...
     --  Донос! Вот куда  клонит   ваша милость, -- прошипел,  яростно
шевеля блестящими жабрами, Амассид,  так что все поплавки  его орденов
задрожали. -- В добрый час, в  добрый час! С позволения вашей милости,
и  меня  разбирает охота  написать  королю о   том,  как ваша милость,
неведомо с  какого   времени страдая трясучкой  в   руках,  извела уже
восемнадцать жемчужных  матриц,  которые  нам пришлось выбросить,  ибо
после  формулы о любви ко всему  небольшому ты  не оставил ни капельки
места для запрета   любить  все  неподводное!  Тебе угодно   было  нас
уверять,  почтеннейший  Филонавт, что  то был недосмотр,  -- однако ж,
повторенный  осьмнадцатикратно,   он   служит  достаточным  основанием
упрятать тебя в дом изменников или безумцев, и к выбору между таковыми
пристанищами сведется твоя свобода!
     Хотел Филонавт, увиденный  насквозь, защищаться, го  его опередил
Миногар, сказав:
     --  Можно подумать, благороднейший Амассид, что  уж ты-то в нашем
собранье словно медуза хрустальная, без  единого пятнышка. А ведь и ты
непонятно как в раздел матрицы,  трактующий о предметах, коими  должен
королевич   гнушаться, одиннадцатикратно  вписывал    то   хвостатость
трехчленную,    то спину вороненую с   сизым  отливом, дважды -- глаза
навыкате, то опять-таки  панцирь брюшной и три  алые искры, словно  не
зная, что каждая из этих примет может указывать на присутствующего меж
нами Диоптрика, государева  родича, и тем внушить королевичу ненависть
к оному мужу...
     -- А зачем Диоптрик на  самом кончике матрицы неустанно записывал
презрение  к  существам, коих  имя  оканчивается  на "ид"? --  спросил
Амассид.  -- И, коль уж  об этом речь,  отчего же ты сам, почтеннейший
Миногар,  невесть почему к    предметам, ненавистным  для  королевича,
упорно причислял высокий стул о  пяти углах, с плавникастой спинкой  в
брильянтах? Или тебе невдомек, что это точное описание трона?
     Наступила   тягостная     тишина,     нарушаемая   лишь    слабым
поплескиваньем.  Долго    бились вельможи  над   матрицей, раздираемые
враждебными интересами, пока не сложились средь них партии. Филонавт с
Миногаром сошлись на том, что  матрица должна предусматривать симпатию
ко  всему   мелкому,    а   также   желание  уступать    таким  формам
дорогу. Филонавт при этом думал о микроцитах,  а Миногар о себе, затем
что  был наименьшим из  четверых. Быстро согласился  с этой формулой и
Диоптрик, ибо   самым  рослым из  сыноделов был  Амассид.  Тот яростно
упирался, но вдруг уступил, смекнув, что  он ведь может уменьшиться, а
вдобавок подкупить лейббашмачника, чтобы  тот подбил подошвы Диоптрика
плитками из тантала;  а  тогда подросший   соперник  навлечет на  себя
неприязнь королевича.
     Потом уже быстро  изготовили они  сыноматрицу, неудачные  проекты
выбросили   через клапан,  и   началось великое  торжество придворного
сыновосприемства.
     Едва лишь матрица с  проектом королевича оказалась в детопекарне,
а почетная стража построилась  перед детскою печью, из которой  вскоре
должен был выйти будущий государь  аргонавтиков, как Амассид взялся за
исполнение  задуманной    им  интриги.  Лейб-башмачник,  которого   он
подкупил, начал привинчивать  к подошвам Диоптрика  танталовые плитки,
одну  за другой.  Королевич уже  доходил  до готовности под присмотром
младших  сыноделов, когда Диоптрик,  случайно   увидев себя в  большом
дворцовом зерцале, с ужасом убедился,  что он уже выше своего недруга,
а  ведь   королевичу была  запрограммирована   симпатия только к малым
предметам и лицам!
     Вернувшись домой,  Диоптрик тщательно себя обследовал и простукал
серебряным  молоточком, обнаружил  бляшки,  к подошвам привинченные, и
вмиг догадался, чьих это рук дело.  "Ах, мерзавец! -- подумал он, имея
в виду Амассида.   --  Но как   теперь быть?!" Поразмыслив,  решил  он
уменьшиться. Кликнул  верного  слугу и  велел тому  привести во дворец
искусного слесаря.  Выплыл слуга  на улицу   и, не слишком   вникнув в
приказ,  привел бедного мастерового по  имени Фротон, что целыми днями
бродил   по городу, крича:  "Головы лудить!  Жабры паяю, спины клепаю,
хвосты полирую!" Была у жестянщика  злая жена, которая вечно поджидала
возвращения мужа с  ломом  в руках и,  едва завидев  его, оглашала всю
улицу злобными  воплями; все заработанное она  у него отнимала, да еще
вминала спину его и бока боем немилосердным.
     Дрожа, предстал перед великим программистом Фротон, а тот говорит
ему:
     -- Слушай,  любезный, можешь  меня  уменьшить? Что-то я  вроде бы
великоват... а впрочем, не  в этом дело!  Ты должен уменьшить меня, но
чтобы  моя  красота не потерпела  никакого  ущерба! Сделаешь хорошо --
получишь щедрую плату, только  немедленно об этом  забудь. Ни гугу  --
иначе я велю тебя заклепать!
     Фротон удивился, но  виду не подал --  чего только не  взбредет в
голову этим вельможам! Пригляделся он зорко к Диоптрику, в середку ему
заглянул, обстукал его, обтюкал и говорит:
     -- Ваша светлость, можно бы среднюю часть хвоста отвинтить...
     -- Нет, не желаю! -- живо возразил Диоптрик.  -- Жаль мне хвоста!
Уж больно красив!
     -- Так, может, отвинтить ноги? -- спросил Фротон. -- Ведь, право,
совсем лишние.
     И точно, аргонавтики ногами  не пользуются, это пережиток прежних
времен, когда их  предки еще обитали на  суше. Но Диоптрик разгневался
пуще прежнего:
     -- Ах  ты, олух  железный!  Да разве тебе  неизвестно, что только
нам, высокорожденным, позволено иметь ноги?! Как ты смеешь лишать меня
этих регалий дворянства?!
     -- Покорнейше  прошу прощения, ваша светлость...  Но что  тогда я
могу отвинтить?
     Понял Диоптрик,  что с такой несговорчивостью немногого добьется,
и пробурчал:
     -- Делай, как знаешь...
     Измерил его Фротон, постукал, потюкал и говорит:
     -- С позволения вашей светлости, можно бы отвинтить голову...
Следующая страница
 1 2 3
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама