Главная · Поиск книг · Поступления книг · Top 40 · Форумы · Ссылки · Читатели

Настройка текста
Перенос строк


    Реклама    

liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Rambler's Top100
Зарубежная фантастика - Клиффорд Саймак Весь текст 56.26 Kb

Галактический фонд призрения

Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5
	- Ни души.
	Я поперхнулся глотком.
	- Но ты же сказала, что она тебя знакомила.
	- Знакомила. С пустыми стульями.
	- Боже правый!
	- Все ее гости давно умерли.
	- Слушай, выражайся яснее!
	- Она сказала: №Мисс Эванс, познакомьтесь, пожалуйста, с моей старинной приятельницей миссис Смит. Она живет на нашей улице, совсем рядом. Хорошо помню день, когда она стала нашей соседкой, это еще в тридцать третьем. Тяжелые были времена, можете мне поверить...¤ И продолжала щебетать, понимаешь, как обычно щебечут старушки. А я стою как дура, смотрю на пустые стулья и не понимаю, как тут поступить. И, Марк, не знаю, права я была или нет, но я сказала. №Здравствуйте, миссис Смит. Рада с вами познакомиться¤. И представляешь, что случилось потом?
	- Не представляю, конечно.
	- Старушка добавила самым обычным тоном, между прочим, будто речь шла о чем-то совершенно естественном; №Понимаете, мисс Эванс, миссис Смит умерла три года назад. Ну как по-вашему, не славно ли с ее стороны, что она заглянула ко мне сегодня?
	- Да разыграла тебя твоя старушка! Некоторые из них с возрастом становятся очень лукавыми.
	- Нет, не думаю. Она познакомила меня со всеми своими гостями. Их было шесть или семь, и все до одного - мертвецы.
	- Но она-то была счастлива, воображая, что у нее полно гостей. Тебе, в конце концов, какая разница?
	- Все равно это было ужасно, - заявила Джо-Энн.
	Пришлось выпить еще по одной, чтобы смыть ужас. А бармен Джо не унимался:
	- Ну видели ли вы когда-нибудь что либо подобное? Сегодня здесь хоть из пушки стреляй - все равно никого не заденешь. Обычно в этот час у стойки очередь выстраивалась, и редко когда выпадал скучный вечер, чтоб никто ни с кем не подрался, - хотя, как вам известно, у меня приличное заведение...
	- Конечно, конечно, - перебил я. - Садись-ка с нами и выпей за компанию...
	- Не надо бы мне пить, - засомневался Джо. - Пока торговля не кончилась, бармен не должен разрешать себе ни рюмки. Но сегодня мне так паршиво, что я, пожалуй, поймаю вас на слове, если вы не передумали.
	Он потопал к стойке, достал бутылку и стакан для себя, и мы выпили еще, а потом еще.
	На перекрестке, тянул свое Джо, всегда было такое хорошее место - дело шло с самого утра, в полдень большой наплыв, а уж к вечеру яблоку негде было упасть. Но вот недель шесть назад торговля начала засыхать на корню и теперь, по сути, прекратилась совсем.
	- И так по всему городу, - жаловался он, - в одних местах чуть получше, в других похуже. А здесь у меня едва ли не хуже всех. Прямо не знаю, что на людей нашло...
	Мы ответили, что тоже не знаем. Я выудил их кармана какие-то деньги, оставил их на столе, и мы удрали. На улице я предложил Джо-Энн поужинать со мной, но она отказалась на том основании, что уже договорилась играть в бридж в клубе. Я завез ее домой и поехал к себе.
	В редакции надо мной частенько подтрунивали: чего это ради я решил поселиться так далеко от города, - но мне загородная жизнь нравилась. Домик мой обошелся мне дешево и уж во всяком случае был лучше, чем парочка тесных комнатенок в третьеразрядном отеле - а оставайся я в городе, ни на что лучшее я бы рассчитывать не мог.
	Соорудив себе на ужин бифштекс с жареной картошкой, я спустился к причалу и выгреб на озеро, правда, недалеко. И просто посидел в лодке, глядя, как по всему берегу перемигиваются освещенные окна, и впитывая звуки, каких днем не услышишь: проплыла ондатра, тихо перекрякиваются утки, а то вдруг шлепнула хвостом выпрыгнувшая из воды рыба.
	Было холодновато, и какое-то время спустя я подгреб обратно к причалу, размышляя о том, сколько еще всякой всячины надо успеть до прихода зимы. Лодку надо проконопатить, просмолить и покрасить, да и самому домику слой свежей краски не повредит, если только у меня дойдут до этого руки. Зимние вторые рамы - две из них нуждаются в новых стеклах, а по совести надо бы еще и прошпатлевать их все до одной. Труба на крыше - никуда не денешься, надо заменить кирпичи, которые в этом году выбило ураганом. И еще не забыть поставить утепляющие прокладки на входную дверь.
	Я немного посидел почитал, затем отправился на боковую. Перед сном мне мимолетно вспомнились две старушки - одна счастливая в своих фантазиях, другая упокоенная в могиле.
	На следующее утро я первым делом свалил с плеч колонку о фондах призрения. Затем взял из библиотеки энциклопедию и усвоил кое-что про магнетизм. Ведь прежде чем увидеться с этим умником из университета, следует получить хоть какое-то представление о предмете разговора.
	Однако я мог бы и не тревожиться - доктор Томас оказался вполне свойским парнем. Мы славно посидели и потолковали. Он рассказал мне про магнетизм, а когда выяснилось, что я живу на озере, мы поговорили о рыбалке и к тому же нашли общих знакомых, так что все прошло очень хорошо.
	Кроме одного - статьей здесь и не пахло. Все, что я из него выжал, это неопределенное:
	- Может, что-нибудь и получится, но не раньше чем через год. Как только это произойдет, я дам вам знать. - Такие посулы я тоже слыхивал, так что попытался связать его обещанием. И он сказал: - Обещаю, вы узнаете о результатах первым, раньше всех остальных.
	Пришлось тем и ограничиться. Нельзя же требовать от человека, чтоб он подписал по такому поводу формальный контракт.
	Я уже искал случай откланяться, однако почуял, что он еще не все сказал. И задержался еще немного - не каждый день находишь кого-то, кто искренне хочет с тобой поговорить.
	- Да, я определенно думаю, что статья будет, - он говорил и выглядел озабоченным, словно боялся, что ни черта не будет. - Я же вгрызался в эту проблему годами. Магнетизм - одно из явлений, о которых мы до сих пор мало что знаем. Когда-то мы ничего не знали об электричестве, да и сегодня не разобрались до конца во всем, что с ним связано. Но кое-что мы все-таки выяснили, а раз выяснили, то запрягли электричество в работу. Что-то подобное может произойти и с магнетизмом - если только мы установим основные закономерности...
	Тут он запнулся и посмотрел мне прямо в глаза.
	- Вы в детстве верили в домовых? - вопросик застал меня врасплох, и от него это, надо полагать, не укрылось. - Ну в таких маленьких вездесущих помощников? Если ты им понравишься, они с радостью сделают за тебя все, что угодно, а от тебя требуется только одно - выставлять им на ночь плошку с молоком...
	Я ответил, что читал такие байки и, наверное, в свое время принимал их за чистую монету, хотя в данный момент поклясться в том не могу.
	- Будь я в силах поверить в такое, - заявил он, - я бы решил, что здесь в лаборатории завелись домовые. Кто-то или что-то переворошил или переворошило мои заметки. Я оставил их на столе, водрузив на них пресс-папье, а на следующее утро они оказались разбросаны и частично сброшены на пол.
	- Возможно, уборщица? - предположил я.
	Он усмехнулся:
	- Я здесь сам себе уборщица.
	Мне показалось, что он высказался, и я, в общем, недоумевал, к чему вся эта болтовня про заметки и домовых. Я потянулся за шляпой - и тут он решился поставить точки над №i¤.
	- Вся соль в том, что два листочка остались под пресс-папье. Один из них оказался тщательно сложен пополам. Я уже вознамерился бросить их в общую кучу, чтоб рассортировать заметки когда-нибудь потом, но в последний момент все-таки прочел то, что было записано на этих двух листках. - Он глубоко вздохнул. Понимаете, две отрывочные записи, которые я по своей инициативе, наверное, никогда не связал бы друг с другом. Иногда мы странным образом не видим того, что у нас под носом, смотрим на предмет с такого близкого расстояния, что не можем его разглядеть. Так и тут - два листка по какой-то случайности оказались вместе. Да еще один из них сложен пополам и второй вложен в первый, и это подсказало мне идею, до какой я бы иначе не додумался. С тех самых пор я работаю именно в этом направлении и питаю надежду, что работа может увенчаться успехом.
	- И когда это случится...
	- Я вам сообщу.
	Я взял шляпу и откланялся. И по дороге в редакцию от нечего делать размышлял о домовых.

	Только-только я вернулся в редакцию и решил побездельничать часок-другой, как старику Дж. Х., нашему издателю, приспичило закатиться в отдел с одним из эпизодических визитов доброй воли. Дж. Х. - напыщенный пустозвон, не сохранивший ни грана честности. Он знает, что нам известно об этом, и мы знаем, что ему известно наше мнение, и все равно он продолжает ломать комедию, изображая из себя нашего доброго товарища, да и мы с ним заодно.
	Он задержался подле моего стола, хлопнул меня по плечу и изрек зычно, так что голос раскатился по всей комнате:
	- Ты потрясающе ведешь тему муниципальных фондов призрения, мой мальчик. Просто потрясающе.
	Чувствуя себя последним идиотом и борясь с тошнотой, я встал и промямлил.
	- Благодарю вас, Дж. Х. Это очень любезно с вашей стороны.
	Что от меня и требовалось. Почти священный ритуал. Сграбастав мою ладонь, а другую руку возложив мне на плечо, он удостоил меня энергичным рукопожатием и сжал плечо чуть не до боли. И будь я проклят, если у него не увлажнились глаза, когда он объявил мне:
	- Продолжай в том же духе, Марк, просто делай свое дело. Ты никогда об этом не пожалеешь. Мы можем не показывать этого демонстративно, но мы ценим честную работу и преданность газете. И каждодневно следим за тем, что делает каждый из вас.
	С этими словами он бросил меня, будто обжегшись, и отправился приветствовать других.
	Я опустился на стул, понимая, что остаток дня отравлен. Ежели я заслужил похвалу вообще, то предпочел бы, чтоб меня похвалили за что угодно, только не за фонды призрения. Паршивая колонка, я сам сознавал, что паршивая. И Пластырь сознавал, и все остальные. Никто не попрекал меня тем, что она паршивая, - никому на свете не удалось бы выжать из фондов призрения ничего иного, эти статейки обречены быть паршивыми. Но душу мне происшедшее все равно не грело.
	И еще во мне зародилось неприятное подозрение, что старик Дж. Х. каким-то образом пронюхал о запросах, которые я разослал в полдюжины других газет, и дал мне мягко понять, что осведомлен об этом и что лучше бы мне поостеречься.
	Перед полуднем ко мне подступился Стив Джонсон - он ведет в нашей лавочке медицинские темы наряду со всеми прочими, какие Пластырю заблагорассудится ему всучить. В руках он держал пачку вырезок и выглядел озабоченным.
	- Очень совестно просить тебя об одолжении, Марк, и все-таки не согласишься ли ты меня выручить?
	- Ну о чем речь, Стив!
	- Речь об операции. Я должен бы проверить, как там дела, но не успеваю. Надо нестись в аэропорт брать интервью. - Он плюхнул вырезки мне на стол. - Тут все изложено.
	И умчался за своим интервью. А я перебрал вырезки и вчитался в них. Да, история была из тех, что берут за душу. Мальца всего-то трех лет от роду приговорили к операции на сердце. К операции сложной, за какую до того брались лишь самые знаменитые хирурги в больших больницах Восточного побережья, да и вообще ее делали считанное число раз и никогда - пациентам столь юного возраста.
	Трудно было заставить себя поднять телефонную трубку и позвонить: я почти не сомневался в том, что именно мне ответят. Я все-таки пересилил себя и, разумеется, нарвался на неприятности, каких следует ждать непременно, когда пытаешься что-то выяснить у медицинского персонала, - словно они стерильно чисты, а ты грязная дворняжка, норовящая пролезть к ним со всеми своими блохами. Однако в конце концов я добрался до кого-то, кто сказал мне, что малец, вероятно, выживет и что операция, по-видимому, прошла успешно.
	Тогда я набрался смелости и позвонил хирургу, проводившему операцию. Должно быть, я застал его в счастливую минуту, и он не отказался снабдить меня подробностями, каких мне недоставало.
	- Вас, доктор, надо поздравить с успехом, - сказал я, и вот тут он впал в раздражительность.
	- Молодой человек, - сказал он, - при операциях такой сложности руки хирурга - это всего лишь один фактор. Есть великое множество других факторов, которые никто не вправе считать своей личной заслугой. - Внезапно его голос зазвучал устало и даже испуганно. - Произошло чудо. - И после паузы: - Только не вздумайте ссылаться на эти мои слова!
Предыдущая страница Следующая страница
1  2 3 4 5
Ваша оценка:
Комментарий:
  Подпись:
(Чтобы комментарии всегда подписывались Вашим именем, можете зарегистрироваться в Клубе читателей)
  Сайт:
 

Реклама